У бога дней много

№ 2010 / 50, 23.02.2015

Дми­т­рий Да­ни­лов под ви­дом кни­ги «Го­ри­зон­таль­ное по­ло­же­ние» вы­пу­с­тил ри­мейк днев­ни­ков Ни­ко­лая II. С ком­мер­че­с­кой точ­ки зре­ния этот ход дол­жен быть при­знан чрез­вы­чай­но удач­ным, по­сколь­ку риск воз­ник­но­ве­ния пре­тен­зий со сто­ро­ны на­след­ни­ков

Дмитрий Данилов под видом книги «Горизонтальное положение» выпустил римейк дневников Николая II. С коммерческой точки зрения этот ход должен быть признан чрезвычайно удачным, поскольку риск возникновения претензий со стороны наследников и «правообладателей» фактически равен нулю.






Дмитрий ДАНИЛОВ
Дмитрий ДАНИЛОВ

И в исходном тексте, и в его современной адаптации мы имеем прекрасную возможность заглянуть в так называемый «внутренний мир» маленького человека. В первом случае душа маленького человека укутана в шкурку современного российского литератора, который, как известно, является прямым потомком Акакия Акакиевича; во втором – облачена в пышные императорские одежды, до поры до времени надёжно скрывавшие как слабодушие, так и нищету рассудка.


Чтобы не быть голословными, устроим очную ставку обоим «лытдыбрам». Вот как, например, описывает 25 января 1896 года Николай Александрович Романов: «Проснулся поздно, пришлось много почитать. Кроме до [sic] докладов принял Гурко, кот. живёт в Зимнем по званию генерал-фельдмаршала. Завтракали вдвоём. Тётя Евгения приехала проститься. Бегали на каток. После чаю с Мама вернулись домой. Снова много читал – такой день выдался! В 9 3/4 начался второй Концертный бал. Во время ужина обходил столы. Всё кончилось в половине третьего».


А вот каким образом прожил 25 января 2009 года герой «Горизонтального положения»: «Очень позднее пробуждение. Вялое, полусонное изучение опубликованных в Сети материалов о митрополите Кирилле, который вот-вот должен стать Патриархом. Участие в двух турнирах, команда уже в двух шагах от четвёртого уровня. Вернее, в двадцати примерно очках. Неизбежный, неотвратимый сон».


Разумеется, способы убийства времени за прошедшее столетие радикальным образом изменились, но само «преступное» деяние осталось по своей сути тем же и квалифицируется по старой статье онтологического кодекса. Поэтому разница между блогом Романова и ЖЖ Данилова поддерживается не столько расхождением предметных реалий, сколько стилистическими нюансами.


Так, Данилов испытывает особое пристрастие к номинализации – образованию отглагольных существительных. Вместо «сидеть» у него «сидение», вместо «засыпать» – «засыпание», вместо «читать» – «чтение», вместо «выпить чая» – «выпивание чая», вместо «принять горизонтальное положение» – «принятие горизонтального положения» и т.п. Если бы произведение Данилова разбирали представители школы «критической лингвистики», они не преминули бы вспомнить, что использование номинализации позволяет, во-первых, усиливать «эффект истины», а во-вторых, обходиться практически без подробностей при рассказе о каком-либо событии.


Кроме того, Данилов обожает несобственно-прямую речь, также обеспечивающую дополнительную компактность повествования («Дохождение вместе с Павлом до 6-й авеню. Ну давай, рад был познакомиться, до завтра, тебе идти вон туда, вверх, и по любой улице до 5-й авеню, и потом до Утюга, до пересечения с 23-й улицей, там найдёшь, спасибо, пока, давай, до завтра, удачи»).


И, наконец, в отличие от своего венценосного предшественника, Данилов обнаруживает значительно большую жёсткость в композиционном построении текста. По сути дела, он сводится у него к бесконечному повторению одной-единственной «серии», состоящей из трёх событийных элементов. В почти незамутнённой форме эти элементы предстают в лаконичной записи от 16 августа: «Религиозно окрашенная праздность, горизонтальное положение, сон». На протяжении всего романа незначительно варьируется лишь первый член этой бытийственной триады, благодаря чему читатель узнаёт, что праздность может быть литературно окрашенной, алкогольно окрашенной, деятельностно окрашенной, фестивально окрашенной, командировочно окрашенной, служебно окрашенной и много ещё какой. Вот только почему-то сексуально окрашенной праздность у Дмитрия Данилова не бывает никогда. Что, конечно же, огорчает и даже в некоторой степени настораживает.


Впрочем, это нисколько не мешает признать решение автором поставленных задач. Дмитрий Данилов сумел доказать с терпением и несомненным талантом, что жизнь сегодняшнего человека состоит из действий «разной степени бессмысленности». Правда, информация подобного рода является несомненным «бояном», но это, как сказал бы сам Данилов, ничего. Читатель как-нибудь с этим смирится. Что ему ещё остаётся делать.

Алексей КОРОВАШКО,
г. НИЖНИЙ НОВГОРОД

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *