Почему нам не положено?

№ 2011 / 29, 23.02.2015

За по­след­ние два де­ся­ти­ле­тия на стра­ни­цах «Ли­те­ра­тур­ной Рос­сии» по­яви­лось не­сколь­ко мо­их пуб­ли­ка­ций, где я вкрат­це пы­тал­ся по­раз­мы­ш­лять о при­чи­нах воз­ник­но­ве­ния из­ве­ст­ных шах­тёр­ских за­ба­с­то­вок.

За последние два десятилетия на страницах «Литературной России» появилось несколько моих публикаций, где я вкратце пытался поразмышлять о причинах возникновения известных шахтёрских забастовок. Эту тему я продолжил и в своей книге рассказов и очерков «Другая упряжка», которая два года тому назад вышла в Кемеровском областном издательстве «Офсет».


Но почему прошедшие события «жаркого июля» 1989 года особенно взволновали моих бывших коллег по лопате и кайлу в эти дни, я и хочу поразмышлять в этих заметках…





В мае нынешнего года отработавшие двадцать лет в основных профессиях или двадцать пять лет под землёй (по профессиям, отнесённым к Первому льготному списку) стали получать дополнительное пенсионное обеспечение. По информации правительственных структур, такое право на доплату имеют 31,7 тысячи пенсионеров угольной промышленности. Разработчикам проекта отраслевой профсоюз предложил трудовую пенсию по старости назначать не ниже 40% утраченного среднемесячного заработка, а стандартный размер ежемесячной доплаты должен составить 7705 рублей.


Конечно, приятная новость. Но что в итоге получилось? Ведь сколько об этом говорилось, сколько было разных разговоров-обещаний, а наболевший горняцкий вопрос долго не решался на государственном уровне. Неоднократно в правительство по этому поводу обращался губернатор Кузбасса А.Г. Тулеев, директор Кемеровского областного общественного фонда «Шахтёрская память» имени В.П. Романова М.И. Найдов, руководители территориальных комитетов профсоюза, ветеранские организации. И только недавняя цепочка серьёзных шахтёрских трагедий с многочисленными человеческими жертвами заставила столичных чиновников заговорить об этом. Нет ничего удивительного, что вопрос дополнительного пенсионного обеспечения поддержан правительством. А кому бы, если не ему, этим заняться. Да и сколько можно было ещё ждать? Ведь от олигархов – собственников шахт вряд ли можно дождаться этой долгожданной инициативы. В большинстве случаев они привыкли думать о стабильной прибыли, высоких дивидендах, шикарных развлечениях и пр.


За примерами далеко ходить не будем. Вот, скажем, новогодний обед в ресторане на экзотических островах на шесть персон у Романа Абрамовича обошёлся в 47 тысяч долларов. На эти деньги, если перевести их в российские рубли, можно было бы в заводской столовой накормить весь оставшийся ныне после сокращений и разного рода оптимизаций списочный состав трудящихся Западно-Сибирского металлургического комбината. Мы, конечно, в карман олигарха не заглядывали. Эта информация из новостного выпуска центрального телевидения.


И как тут не вспомнить прошлогоднее письмо руководителей первичной организации шахты «Грамотеинская» (г. Белово Кемеровской обл.) Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Совету директоров ООО «ЕвразХолдинг». Копии письма также были направлены в управление Президента РФ по работе с обращениями граждан и организаций, в правительство страны, региональным властям. В обращении, в частности, говорилось: «Сегодня май, а мы по-прежнему ждём обещанного повышения зарплаты. Конечно, мы понимаем, что жизнь в Москве отличается от условий жизни в далёкой провинции, особенно в Сибири, и наши требования по повышению зарплаты – как назойливый комариный писк. Но шахтёрское терпение на пределе. Гроз 5 разряда вместе с выслугой лет сегодня получает 30 000 рублей, проходчик 5 разряда – менее 30 000 рублей. По основным профессиям, чтобы заработать 33 000 рублей, надо выполнить максимально возможные объёмы работ. А про более высокую зарплату и говорить не стоит, надо нереальные нормативы выполнить. При такой нагрузке и допускаются нарушения правил безопасности, травматизм.


На вспомогательных участках ситуация по зарплате ещё взрывоопасней. К примеру, самая высокая зарплата была в феврале: горномонтажники, горнорабочие по ремонту горных выработок 3 разряда (со всеми начислениями), шахтный транспорт – горнорабочие подземные, электрослесари 3 разряда – 19 100 рублей… По поверхностным профессиям люди зарабатывают менее 10 000 рублей». И далее: «Прочитали в шахтёрской газете: «Ни в одной стране Евросоюза человек не станет рисковать жизнью за 1000 евро в месяц». И только на шахтах «Южкузбассугля» спускаются в шахты и рискуют жизнью за гораздо меньшие зарплаты, лишь мечтая об этих 1000 евро.


Хотим, чтобы Вы нас услышали!»


Видим, что в последние годы многие регионы (в том числе и Кузбасс) посещают очень высокие чиновники правительственных структур. К их приезду тщательно готовятся, заблаговременно собственники отпечатывают новые «ракушки» со значительно большими «зарплатами». Эти проинструктированные рабочие стоят, в основном, в первых рядах, задают заученные наперёд вопросы. Неблагонадёжных и тех, кто может сказать «не то», – отправляют в отгулы, а тех, кого нельзя спрятать подальше от начальства, загружают таким «усиленным» нарядом, что рабочему не до комиссий. Такую школу «показухи» сам прошёл ещё в 80-х годах, когда трудился на гидрошахте «Юбилейная». Но мне, по сравнению с нынешними горнорабочими, было легче. Как рабкор, я мог обратиться в райком, горком, обком партии, облисполком или облсофпроф и был уверен, что в этих серьёзных учреждениях обязательно найдутся порядочные люди, которые защитят меня от преследований за критику в печати. До сих пор благодарен бывшему заведующему угольным отделом Кемеровского обкома КПСС, а затем заместителю председателя облсофпрофа В.Коровицыну за моральную поддержку. Больше бы таких людей на руководящие должности надо выдвигать нынешним собственникам крупных предприятий.


А сейчас-то ведь этих структур нет. Куда податься? Кто тебя защитит? Ныне собственники наделены такими правами, что рядовому труженику бесполезно искать справедливость. Он в любой момент может оказаться за проходной предприятия в связи с сокращением численности трудящихся.


Так почему бы высоким московским чиновникам, которые отправляются в командировки в отдалённые регионы России, посещать не специально подготовленные предприятия, а те, откуда поступают тревожные сигналы о невыплате и низкой зарплате, о массовых сокращениях, так называемых акутсорсингах, оптимизациях численности и пр.?


Если решился вопрос с выплатой дополнительного обеспечения, которое в мае вместо обещанных 7705 рублей составило от 100 рублей до 2,5 тыс. рублей (в зависимости от должности и средней зарплаты) при стаже подземных работ не менее 25 лет (!!!), то уже сейчас слышна озабоченность специалистов Пенсионного фонда о возможных срывах или неполной выдаче выплат из-за несвоевременного перечисления взносов отдельными собственниками угледобывающих предприятий в последующие месяцы. А поскольку есть такие опасения, то, возможно, было бы правильнее в начале этого сложного процесса именно государству профинансировать выплаты (ведь правительство прислушалось к просьбе горняков!), пока механизм сбора взносов не заработает отлаженно.


Не исключено, что отдельные шахты испытывают определённые финансовые трудности. Но ведь надо с чего-то начинать! И первое, что хочется предложить, так это помимо финансовых отчислений предприятий законодательно обязать собственников делиться той баснословной частью прибыли, которую они получают за счёт акций.


Знаем, каким «непосильным» и загадочным путём приобретались акции некоторых угольных предприятий, как они оказались в руках нескольких собственников. Кое-где это прошло настолько скрытно для большинства горняков, что многие неработающие теперь пенсионеры до сих пор считают, что их акции хранятся в сейфах угольных предприятий.


Когда началась работа над этим материалом, вдруг, как гром среди ясного неба, появилась в СМИ неожиданная информация, будто Роман Абрамович начал искать покупателя своей доли в шахте «Распадская», где в мае 2010 года в результате двух мощных взрывов метана трагически погиб 91 человек. Не все ещё до сих пор найдены и подняты на поверхность тела погибших. И одновременно тут сообщается, что «Евраз Групп» Р.Абрамовича и А.Абрамова может продать свои 40 процентов акций. Пока не известна конкретная цена предложения, но, как отмечает газета «Коммерсантъ», она выше рыночной стоимости пакета. На закрытии торгов на ММВБ в конце февраля «Распадская» стоила примерно 6,1 млрд. долларов. Соответственно, доля «Евраза» составляла боле 2,4 миллиарда.


К чему всё это? Как-то не по-человечески получается. Вместо того чтобы восстановить шахту, которая собственникам приносила неплохую прибыль, искать в подземелье тела погибших горняков, Р.Абрамович со своим коллегой по бизнесу решил, мягко говоря, уйти в тень? Пусть другие её восстанавливают? Им, видите ли, нужна стабильная прибыль.


Проблемы рядовых угольщиков нужно решать с учётом мнений трудовых коллективов, где решающее слово должно быть на стороне не собственников, а государственных структур.


Это ещё раз подчёркивает, что шахтёрский труд не из лёгких, требует комплексного подхода к решению многих накопившихся социальных проблем, в том числе и с выплатой дополнительного пенсионного обеспечения.


А то ведь порой доходит до абсурда. В период трудовой деятельности многих горняков «по производственной необходимости» отвлекали на сенокосные кампании, уборку сельскохозяйственной продукции в подшефных совхозах. Эти люди не по своей прихоти, а по приказу руководителя предприятия выводились на поверхность. Хотя они в тот период и получали среднюю зарплату, но при выходе на заслуженный отдых этот «колхозный» период вычёркивался из льготного стажа.


А вот теперь, когда объявлено о дополнительном обеспечении, немощные старики вновь обращаются в пенсионные фонды. Там повторно требуют предоставить разные подтверждающие справки. Хорошо, если угольное предприятие функционирует. А что делать с обанкротившимися? Приходится ехать в архив соседнего города. Это около ста километров в одну сторону. Простительно, если удастся собрать всё необходимое.


А иногда ситуация доходит до абсурда. Немощному шахтёру с вычетом «поверхностного» периода насчитывают 24 года, 11 месяцев и несколько дней. Такой стаж не даёт права на получение пособия. Были бы эти горняки-ветераны помоложе, то, конечно, доработали несколько недостающих смен. А кто сейчас больных 70–80-летних стариков примет в шахту? Порой молодые специалисты не могут найти работу.


Как видим, за бортом распределения доплат оказалось много ветеранов, кто отработал в добывающей угольной отрасли от десяти до двадцати пяти лет. Известно, что во время работы в шахте можно подхватить множество простудных и других профессиональных заболеваний, испытать стрессы и попасть в опасные для жизни ситуации, из-за чего по состоянию здоровья для многих горняков просто невозможно выработать требуемые двадцать пять лет. Так почему бы это долгожданное дополнительное пенсионное обеспечение не распределить среди шахтёров пропорционально отработанному в подземных условиях времени, начиная от десяти лет и далее по нарастающей? Такая система распределения стала бы справедливым поощрением каждого горняка, кто в силу своих возможностей, профессионального мастерства и здоровья приумножал прибыль нынешних собственников угледобывающих предприятий.

Николай НИЧИК,
член Союза писателей России,
г. НОВОКУЗНЕЦК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *