Хвалить современников – всегда риск

№ 2011 / 35, 23.02.2015

Некоторые из моих друзей, читая реплики и комментарии к статьям и постам на интернет-сайтах и литературных порталах, высказали одну и ту же идею: неплохо было бы объединить разрозненные высказывания в одно целое.

Некоторые из моих друзей, читая реплики и комментарии к статьям и постам на интернет-сайтах и литературных порталах, высказали одну и ту же идею: неплохо было бы объединить разрозненные высказывания в одно целое. Я задумался и решил попробовать. Ниже представлены мои суждения обо всём, что касается литературы, размещённые на сайте «Живая литература».



…о литературе вообще



Только что прочитал интервью Сергея Шаргунова, где он озвучил мысль о том, что «мы перестали быть самой читающей страной, но не перестали быть самой пишущей». Мне кажется – в самую точку. Все кинулись писать стихи и прозу, не прочитав и не пропустив через себя классику. Ну, пусть не классику, она большинству современников наших кажется неинтересной, так достойную современную литературу. Нет. Времени нету – пишут все. Стучат самозабвенно пальцами по клавиатуре, тут же, даже Word’ом не проверив, отсылают в Интернет – спешат стать писателями. А литература (поэзия даже больше, на мой взгляд, чем проза) не любит суеты. Как и всякое настоящее и стоящее дело.






Рис. Елены Наумовой
Рис. Елены Наумовой

Лучше пусть у большинства людей стоит проблема выбора «что читать?». Сейчас об этом задумывается очень маленькое количество людей. Все остальные не заморачиваются: газеты с программой и кроссвордом (причём отгадывают далеко не всегда, некоторые даже не начинают – напрягать мозги отучило нас ТВ), детективы в мягкой обложке, в лучшем случае – Коэльо, Мураками и Браун.


Самое главное, и обидное, что практически не читают современных русскоязычных авторов. Исключения: Акунин, реже Гришковец и Пелевин, ну и детективы, естественно. Никого из тех, кто сейчас на слуху у критиков и самих писателей, большинство людей не знают и с текстами их не знакомы.


По поводу иерархии в литературе сломано немало копий в последнее время. Все сходятся лишь в одном: на вершине всегда находится классическая литература. Чуть ниже некоторые ставят элитарную литературу (или интеллектуальную, кто как называет). Хотя я вообще не приемлю такой термин. Это «от лукавого». Вернее, от писателя Кабакова. Ещё ниже в этой пирамиде стоит серьёзная литература. Ещё ниже – беллетристика. И в самом низу развлекательная или массовая литература. Я привёл в пример самую распространённую модель (по крайней мере, я встречал именно её в нескольких источниках раньше).


Да, любая градация в вопросах литературы – сомнительна, потому что определить чёткие критерии для этого неимоверно сложно, практически невозможно. Сколько литераторов (читателей), столько и мнений. Главное, что мы эти вопросы затрагиваем, глядишь, ещё кто-то подключится, заинтересуется, пойдёт цепная реакция, а это уже положительный результат – всколыхнуть и пробудить интерес.


«Новые реалисты» – это писатели, которые интересны критикам, потому что их тексты стоят внимания, вызывают эмоции, далеко не всегда со знаком «плюс» у многих. Другие имена есть, о них пишут. Но меньше…


Пробиться, заявить о себе, как показывает история литературного процесса последних 200 лет, намного проще вместе, группой.


Пробиваться трудно везде и во всём. Кроме таланта в любом деле нужны ещё трудолюбие и удача. Если хотя бы одна из этих составляющих отсутствует – быть проблемам…


Что касается взаимоотношений литературных объединений (клубов, союзов) и литераторов-одиночек, тут решение проблемы лежит в плоскости их взаимодействия. Важно желание обеих сторон. А зачастую этого нет, потому что или литератор хочет быть полностью свободным и ни от кого не зависеть, или союзам писателей на местах нет никакого дела до тех, кто в данных союзах не состоит. Пока что ситуация, к сожалению, выглядит именно так.


Да, проблемы региональных литератур во многом сходны и похожи, как две капли воды. Я, по мере сил, пытаюсь в своих статьях их освещать. Но, к примеру, редактор того же «Литературного Ставрополья» «завернул» мою статью. Значит, не интересно ему и не выгодно, чтобы об этих проблемах знали наши читатели. Зато «Литературная Россия» и «Литературная газета» их печатают…


Нишу «патриотической» могла бы заполнить военная литература: об Афгане, о Чечне. Но её издают преступно мало.


Судя по тому, что сейчас печатают толстяки, их уровень падает. Потому что перестали по-настоящему работать с авторами. «Премиального» писателя не надо раскручивать, а нового – обязательно.


Фантастические произведения со временем больше всего теряют новизну восприятия: многое из описанного там приобрело статус обыденного и нефантастического, стало частью жизни. Или наоборот, какие-то авторские идеи не прошли проверку временем и полностью изжили себя – научный прогресс не жалеет фантастов. Иногда и классику, перечитывая, воспринимаешь совершенно по-другому, находишь какие-то другие (новые) смыслы.


Внутренний диалог с классиками – вещь нынче, к сожалению, редкая и не пользующаяся популярностью у авторов. Хотя, казалось бы, очевидно, что без неё никак.


Когда прочитанное заставляет думать, переосмысливать или является толчком к какому-то действию читателя – значит, труд писателя и журналиста не пропал зря.


Ну что ж поделать – время нынче такое. Собирать камни. Выбираться из пропасти нашего невежества.



…о писателях


У нас есть писатели, которые пытаются писать «на злобу дня» в периодике (Садулаев, тот же Проханов, да и Быков, по-моему, отмечался такими статьями). Но это дивидендов никому из них не принесло, а Герману так вообще приходится «отбиваться» от чеченских чиновников и иже с ними. Не готов сейчас наш народ слышать писательское слово. Слушать, может, и будет, а вот слышать уже отучили, телевидение, в частности.


Хотя начинать опять надо, начинать с нуля, иначе падение в бездну бездуховности будет продолжаться до бесконечности.


Многие начинающие авторы считают себя если уж не гениями, то одарёнными поэтами и прозаиками, как минимум. Начинаешь аккуратненько показывать их недостатки, наравне с достоинствами, естественно, и тут начинается истерика творческого человека: поток слов о непонимании, о несовпадении взглядов и концепций и т.д. и т.п. Я человек терпеливый по натуре, и то не всегда выдерживаю. Но есть и адекватные молодые авторы, которые прислушиваются, стараются исправить. С ними и надо работать, им надо помогать.


Мне трудно судить о количестве «писателей с корочкой» по всей России, в Ставропольском крае, по моим данным, их совсем немного: в СПР – не больше 50, в СРП – не более 20 человек. Я понимаю, что одним только объединением дело не поправишь: нужно ещё, чтобы в эти две организации вступали писатели, заинтересованные в изменении ситуации. Сейчас у меня складывается впечатление, что большинству членов этих союзов совершенно всё равно, у них есть высокое звание российского писателя, и всё – жизнь удалась…


Мне лично посчастливилось быть знакомым со многими молодыми ставропольскими литераторами именно посредством ЛитО. Так вот, некоторые из них поначалу очень были не похожи на того, кого можно назвать литератором, а больше были похожи на графоманов. Но по прошествии некоторого времени, поднаторев профессионально, поднабравшись жизненного опыта и под влиянием товарищей они стали писать очень неплохие стихи. Нельзя быть стражником… Нельзя быть в таких делах юношей-максималистом. Литература, как и жизнь, требует многостороннего подхода. Рубить сплеча никак нельзя.


Всегда приятно, когда писатель хвалит своего коллегу и тем самым опровергает расхожее мнение обывателей о том, что в литературном пространстве существуют лишь зависть, спесь и лицемерие среди его обитателей. Причём не просто хвалит, а аргументированно объясняет остальным, за что.


Варламов – человек удивительный, я это понял, несмотря на то, что наше личное общение было очень коротким. Готовясь к интервью, я перелопатил гору материалов о нём, и потом, при встрече, я не разочаровался в этом человеке, а, скорее, даже наоборот – ещё больше убедился в цельности его натуры и глубине литературного дарования.



…о критике


Самобытных, не ангажированных и дельных критиков мало… Но, может быть, их и должно быть немного? Представляете, если бы сразу появились сотня белинских, ещё сотня добролюбовых и т.д. Бедные наши писатели.


Полностью согласен с тем, что многие критики «не заморачиваются» на анализе – это долго, трудозатратно и, в конечном итоге, не факт, что получится. Проще написать что-то быстро, испечь очередной «критический фастфудный пирожок».


Критика должна «идти по горячим следам», жить сегодняшним, а не вчерашним днём. Мало у кого хватает образования, чтобы заниматься литературоведческой деятельностью. Я иногда почитываю такие труды, но процесс идёт с трудом, действительно, бывает скучновато.


Дело критики, на мой взгляд, исследовать современный литературный процесс. Писать рецензии и статьи – это, конечно, важно. Но на этом нельзя останавливаться, это не должно стать конечной целью в работе. Нужно осмысление процессов, происходящих в литературе. Изучение литературных течений. Обработка всей поступающей информации и, на основе этого, выработка концепции критического исследования. Это всё известно и без меня.


Современные критики не сидят, сложа руки, но всё больше времени уделяют не совсем рабочим моментам: исследуют не тексты, а достоинства и недостатки авторов и друг друга; занимаются «самопиаром», а не продвижением критических идей… В общем, теряют время. А литература теряет читателей, которым надоедает читать всё это «околокритическое» вещество.


Да, у Василия Ширяева – это концепция. Именно такая подача материала – залог того, что тебя запомнят. А нужно, чтобы запоминали текст, мысли критика, его идеи. Я так считаю. Василий этого и не скрывает. Это его путь, конечно. Но со стороны иногда тоже бывает кое-что видно. И мне жаль, если Ширяева запомнят лишь как ниспровергателя критических авторитетов.


Василий Ширяев – молодец, когда не кривляется. Довольно интересный критик, я много читал его статей, сам написал несколько материалов, где призывал его стать серьёзнее в подаче материала. Он из-за этого теряет некоторый сегмент читателей (кто постарше).


Жаль, что Герман Садулаев считает критику – «…это что-то неприличное. Хорошо, когда есть умный читатель. Он может быть по совместительству и литературным критиком, а может и не быть им – это не важно. Вот читатели – важны».


Критик – одиночка изначально. Не слышал о том, чтобы критики консолидировались для каких-то серьёзных целей. Группа ПоПуГан – исключение, и те два мероприятия, проведённые ими вместе, вряд ли можно считать серьёзной заявкой в этом плане.


Что же касается Василия Ширяева: я думаю, что он и сам потихоньку и со временем придёт к пониманию несерьёзности такой подачи материала. Его приёмы рассчитаны на сегмент читателей (в основном молодёжь), который критикой сейчас не интересуется. А сами критики и писатели, которые и составляют основную массу читателей данного раздела литературы, относятся к таким штучкам неодобрительно, на мой взгляд, и непонимающе.


Впервые я познакомился со статьями Виктора Топорова, когда занялся распространением питерского журнала «Литературные кубики». Главным редактором этого издания является мой хороший знакомый Сергей Сурин. Статьи были довольно резкие, именно критические, хвалил Виктор мало. После этого я, уже встречая имя этого критика в Интернете, стал с возрастающим интересом читать его рецензии и полемические материалы.


Не совсем согласен с тем, что «критика – это и есть игра в литературу». Я считаю, что критика – это часть литературы. Она требует серьёзных знаний, иногда специальных, ясности мыслей и суждений, наличия аналитических способностей, литературного вкуса и многого другого.

Игорь КАСЬКО,
г. СТАВРОПОЛЬ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *