В ответ судьбе

№ 2012 / 35, 23.02.2015

Уважаемая редакция!
Хочу показать Вам свой очерк об актрисе Юноне КАРЕВОЙ, первой жене С.С. Говорухина и матери их сына, писателя и режиссёра Сергея Говорухина.





Уважаемая редакция!



Хочу показать Вам свой очерк об актрисе Юноне КАРЕВОЙ, первой жене С.С. Говорухина и матери их сына, писателя и режиссёра Сергея Говорухина. С преждевременной кончиной сына было много соболезнований в адрес Станислава Сергеевича Говорухина и, мне показалось, ни одного в адрес Великой матери Юноны Каревой, встречу с которой мне подарила судьба много лет назад. Да и то, что было о ней когда-то написано, уже нигде и никем не упоминается. А так важно говорить о человеке при жизни! Чувствуя за собой долг, ищу любую возможность написать сейчас и сегодня.


О себе: пианистка, живу в Израиле. В России работала в консерватории и академии искусств, внештатным корреспондентом на телеканалах «СТС-Казань» и «Вариант». Автор двух поэтических сборников, печаталась в литературном журнале «Начало» (Израиль).


С уважением,



Лика КНУБОВЕЦ




Юнона Карева родилась в Харькове, окончила Высшее театральное училище им. Щепкина при Малом театре. С 1955 по 1992 год работала в Качаловском театре Казани. Заслуженная артистка РТ, заслуженный деятель искусств РТ и РФ. Сейчас преподаёт в Казанском театральном училище. У актрисы более десятка театральных ролей и около 5–10 ролей в кино. В кино Карева дебютировала в 1979 году: снялась в фильме «Место встречи изменить нельзя». Была замужем за Станиславом Говорухиным. Их сын Сергей стал режиссёром, сценаристом, писателем.


…Птица билась в окно. Её тревожный стук прорывался сквозь раннее утро в ещё не пробудившееся сознание. И билась она так тщетно, так безутешно, будто минуты её сочтены. Утро в горах тихое. 700 метров над уровнем моря. Ты словно оторван от суеты, звуков машин за окном, выбит из круговорота дней. Ещё никогда я не видела такой отчаянной птицы, которая битый час так бы стучала в окно… А через пару часов, за тысячи километров отсюда хоронят одного из талантливейших людей нашей эпохи, Сергея Говорухина. Среди вещей, привезённых с собой в Израиль, бережно хранятся письма и фотографии, связанные с этой семьёй.





1990 год. Урок «театра» скорее был экспериментальным, чем входившим в обязательную программу школы при консерватории. Я хорошо помню тот первый урок, день и час, когда впервые увидела Юнону Ильиничну Кареву. Чёрная водолазка, бирюзовая шаль, накинутая на плечи, чёрная юбка в пол. Что такое судьба? Её появление невозможно объяснить, но приход её ярко ощутим. Тогда я ещё и не могла знать, что именно меня заворожило: этот строгий образ или бархатный низкий тембр голоса, а может быть, бирюзовые с поволокой глаза. Урок состоял из многочисленных упражнений на воображение и пластику тела. Мне было 11 лет, и меня больше всего занимала её тревога в глазах, с которой она то уходила в себя, то возвращалась к нам. Не заметить этого было так же невозможно, как и оторвать от неё глаз. Дождавшись окончания урока, совсем не робея, я подошла и призналась ей в том, чего уже не могла в себе удержать: Юнона Ильинична, я очень хочу быть похожей на вас. Улыбнувшись, она проведёт меня рукой по моим волосам и произнесёт: «Что ты, что ты…» Что ей, казалось бы, до меня? Но помню, как тронуло её, что живу я в свои 11 лет вдали от родителей, в интернате для иногородних детей средней специальной музыкальной школы, при казанской государственной консерватории. С этого дня она часто брала меня с собой и угощала тарелкой горячего супа. Я носила ей свои первые стихи, а она доставала рукописи своего сына, который к тому времени уже состоялся в литературе и активно печатался. Своим первым учителем на литературном поприще я считаю именно Сергея, на книгах которого я росла, к мнению которого всегда прислушивалась… Наши встречи случались уже не касательно уроков в школе. Я приходила к Юноне Ильиничне, мне давались ещё неопубликованные рукописи Сергея для прочтения, и я была счастлива тем, что имела возможность находиться вместе. Порой я просто шла рядом, сопровождая её по делам, до конца улицы и, кажется, только этим уже и жила. Моё восхищение и влюблённость так, вероятно, зашкаливали, что однажды я сказала своей маме с грустью: как жаль, что я родилась не у Юноны Ильиничны. Но моя мама очень мудро отнеслась ко всему сказанному. Дом Юноны Каревой уютен и прост: скромная мебель, небольшой столик, расписанный под хохлому, который служил днём как журнальный, а вечером – как стол для друзей, которых всегда и в любое время было много. Но особое место в квартире всегда занимает комната сына, который уже давно жил в Москве. Комната эта напоминала всегда некую святыню, чисто убранная, будто в любой момент её хозяин появится на пороге. Скажи мне тогда, что через пару лет именно эта комната станет моим домом на время учёбы в консерватории, я бы упала в глубокий обморок. Только потом, спустя много лет, живя с Юноной Ильиничной рука об руку рядом, я многое пойму про её вечную грусть и тревогу в глазах. Сын – это единственное, что всегда волновало её больше всего. Тоска по нему, волнение и частые звонки на протяжении всех этих лет. В феврале 1995 года в Грозном при возвращении со съёмок фильма Сергей был обстрелян чеченскими боевиками и получил огнестрельное ранение, приведшее к ампутации ноги. Мужество и стойкость этой великой матери дорогого стоит. Позже, когда у меня будет подрастать мой собственный сын, я задам ей вопрос: как воспитываются такие сыновья? Книги и музыка, ответит Юнона Ильинична и растерянно закурит. Она всегда говорила: Серёжа вырос на книгах и музыке, а его любимым композитором был Вивальди. Её мама была пианистка и певица, писала стихи и музыку. Ноты, по которым она играла, я также бережно храню. Это редчайшие, уже не издающиеся ноты под лучшими редакциями музыкантов всего мира. Символично, что многое из этих нот мы использовали в совместном концерте с Юноной Каревой, представляя композицию по мотивам романа Валентина Каверина «Перед зеркалом». Отец был архитектор и директор скульптурной фабрики. Семья, состоящая из представителей чуть ли не всех видов искусства, не могла не наложить свой отпечаток на формирование Сергея уже в раннем детстве. С 9 лет маленькая Юнона вместе с другими детьми грузила на военном заводе снаряды. А утром отправлялась в госпитали – читать раненым стихи. Она вспоминала, что в этот момент впервые и почувствовала себя артисткой. О себе всегда рассказывала мало, но были вечера, когда мы перебирали фотографии спектаклей, где она играла ведущие роли, и Юнона Ильинична поведала мне о своей непростой театральной судьбе. Случилось так, что в 1992 году её карьера актрисы внезапно оборвалась. Вся её жизнь с тех пор – это студенты. Ими она живёт и по сей день, вкладывая всю себя. Это человек с очень большим сердцем, который всегда спешит на помощь. У каждого из нас есть своя Юнона Карева. Для кого-то Юнона Ильинична, для кого-то Юнона, для кого-то просто Юшенька.


Случайная встреча – самая неслучайная вещь на свете. Что мы можем подарить в ответ судьбе? Чем ответить людям, однажды оставившим след в нашей жизни? Память – это единственное, что говорит нам о том, что мы живы.


Лика КНУБОВЕЦ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *