Должны быть яростней горгон

№ 2014 / 30, 23.02.2015

Поэт Евгений Лесин – фигура в Москве (обо всей России судить не берусь) известная. И хоть сборниками стихов его библиография небогата

Поэт Евгений Лесин – фигура в Москве (обо всей России судить не берусь) известная. И хоть сборниками стихов его библиография небогата, подборки выходят в периодических изданиях нечасто, зато в интернете Лесин публикуется активно, часто выступает живьём. И его участие в поэтическом вечере гарантирует, что такой вечер будет нескучным.

Нескучной получилась и новая, крошечная книжка Лесина «В философском автозаке», вышедшая в «Библиотечке поэзии Союза писателей Москвы». Да, книжка нескучная, но грустная.

Многие ценители поэзии относят Евгения Лесина к наследникам Николая Глазкова. То же скоморошество, ёрничество, «игра в дурака». Серьёзность надёжно укрыта за иронией и стёбом… Кстати сказать, всё больше поэтов, говоря на серьёзные темы («о политике», например), уходят в иронию и игру, если и не в откровенный юмор, то в публицистическую сатиру. Такие произведения пользуются успехом, их печатают в газетах, передают по радио, иногда даже пускают в телевизор. Вспомним Дмитрия Быкова, Орлушу, Всеволода Емелина, Игоря Иртеньева… Серьёзно о серьёзном и общественно-значимом пишут нынче немногие. Удач ещё меньше.

Справедливости ради надо заметить, что Лесин, во-первых, встал на такой путь творчества одним из первых, а во-вторых, хоть и обыгрывает «политику», но в публицистику скатывается редко. Здесь он ближе всего, по-моему, к Емелину, – обоим удалось найти лирических героев, за которыми хочется наблюдать. И эти герои кочуют у Лесина с Емелиным из стихотворения в стихотворение, преодолевают годы и десятилетия. Однажды они попали под одну обложку – несколько лет назад увидела свет совместная книга Емелина и Лесина под названием «Недобор».

Но вернусь к новой книге – «В философском автозаке».

Три десятка недатированных стихотворений. Скорее всего, написанных недавно. Угадываются приметы, а главное – настроение последних месяцев. Тут уже не до скоморошества, не до ёрничества. Осталась горькая, грустная ирония. И растерянно-испуганные взгляды в прошлое в попытке найти там созвучие с нашими реалиями.

Вот, например, явная параллель с «Безумцами» Беранже:

Оловянных солдатиков строем

По шнурочку равняемся мы.

Основания нет, но разроем,

Разломаем остатки тюрьмы.

Ничего, что одни воевали,

А другие готовили речь.

Если б делать людей из эмали,

Можно было б людей поберечь.

А пока всюду слышится: топай.

Становись, горемыка, к стене.

Раз Европа воюет с Европой,

Значит, мы на гражданской войне.

Патриоты при всяком режиме

Вам пчелиную слепят фигню.

Воевали хотя бы с чужими

Те, кто видел Афган и Чечню…

У Лесина много отсылок к культурному (и, скажем так, малокультурному) наследию, к библейским сюжетам. В них герой запутывается, как в паутину, но ими и спасается.

Когда Москву разрушат, как Содом,

За все её победы и парады,

Из города греха в счастливый дом

Бегите, не оглядываясь, гады.

Вы здесь чужие, праведники вы,

Бегите и молитесь, боги с вами.

А я пойду бульварами Москвы

Беседовать с фонарными столбами.

Мы сами, как всегда, всему виной.

Но если вдруг случайно среди улиц

Я встречу столб ещё и соляной,

Скажу: спасибо, Вы хоть оглянулись.

И, конечно, тоска по прошлому. Недавнему, но невозвратному и потому кажущемуся счастливым временем:

Две тысячи четырнадцать. Неясно,

Что ждёт нас. Но сегодня, боже свят,

Всё как-то уж совсем взрывоопасно,

Почти, как сотню лет тому назад.

А я-то помню: окна без решёток

На первых этажах, ну а ключи

Под ковриком лежали. Хорошо так.

И дворники все были москвичи.

Ужасный век. Ни выдоха, ни вдоха.

А мне невероятно повезло:

У нас была безликая эпоха.

В такую жить ещё куда ни шло.

Есть, конечно, в книжке и игровые стихи, каламбуры, но между горькими вещами они смотрятся неким довеском. Может быть, автору и боязно было собрать сплошь серьёзный сборник. Хотя, кажется, он идёт к этому. Время заставляет.

Виноваты всегда другие.

Хоть потоп, не твоя вина.

Говорят, что прошли «лихие»

Да и «прежние» времена.

Говорят, что не те масштабы.

Говорят, что не тот размах.

Просто маленькие ухабы,

Перегибчики на местах.

Там волнуются о бейсболе.

Здесь душа за футбол горит.

Но любовь никогда без боли

Не бывает и без обид.

И в уютной берлоге ватной

Не услышит и не поймёт

Вопли Родины суррогатной

Ваш пробирочный патриот.

Сатира, ирония, это, конечно, нужные литературе черты. Но должен возвращаться, особенно в поэзию, серьёзный, твёрдый голос. Поэты сегодня зачастую шепчут, усмехаются, бормочут. Их почти неслышно. Наверняка они тяготятся этим.

Хорошо сказала Лариса Миллер: «Скучно всё это читать. Наверное, и писать скучно. Просто ироническая маска приросла и не отдирается. А может, страшно отказаться от стиля, который принёс успех. К успеху привыкаешь, им не хочется рисковать». Впрочем, успех такого рода сомнителен. Успех на час, чаще всего, не дольше. Надолго остаются стихотворения другого рода, другого звучания. И другого сорта поэты.

Вот и у Евгения Лесина встречаем: «…нежные поэты/ Должны быть яростней горгон». Да, должны быть. Согласен. Пора. А то действительно: «Ни выдоха, ни вдоха».

Роман СЕНЧИН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *