ЛУЧ ИСТИНЫ В НЕОПРЕДЕЛЁННОСТИ СЕРОГО

№ 2015 / 27, 23.07.2015

Почти сорок лет – изо дня в день и из года в год – я пытаюсь нащупать узенькую тропинку, ведущую к Богу.

Рождённый и воспитанный в краю отцов, в духе и вере отцов, я с детства пристально всматривался в жизнь и видел: с высоким соседствует низкое, с небесным – земное; возвышенная и чистая любовь сопровождается зачастую низкими страстями и плотским вожделением; благодушная сытость сытого оплачена отчаяньем голодного; глупость и трусость одного вынуждает многих к невольному подвигу; алчность и изощрённое словоблудие правящего порождены смиренным терпением подданных.

22

Я видел разное: камнями побивали праведного, а после над могилой молитву читали те, кто первыми бросали камни.

Я видел: ограбив тысячи и тысячи семей и бросив их в нищету и пучину страданий, от стонов обездоленных отгораживались стенами храмов, построенных на украденные деньги – и славословили грабителей. Но святы ли эти храмы?

Я был свидетелем: служитель культа, встав из-за стола с яствами, медоточивыми от обильной трапезы устами призывал нищего к терпению и надежде на милость Творца – вместо того, чтобы дать со своего стола стакан воды и ломоть хлеба просящему.

Я смотрел с прискорбием, как нанятый для защиты и охраны народа выходит к народу под охраной автоматчиков.

Также я видел: благородную отвагу и жертвенность, мужество; возвышенную любовь и целомудренность; честь, которую берегли ценою жизни. Милосердие к униженным и гонимым – я видел.

Многое я видел – и чёрное, и белое, и не смог их примирить в душе своей – всё сливалось в серое. Был Аллах, на всё дающий ответы, но в невежестве своём я не видел ответа на всё увиденное мной в краю отцов, где я воспитывался в вере отцов.

Я думал, что, может быть, ответы лежат за горизонтом. И отправился в долгие странствия в надежде на прозрение.

Глотая тысячелетнюю пыль папирусов, я искал ответы в древней земле фараонов, вникая в сокровенную суть таинственных символов. И там было всё то же, что в земле отцов.

Искал я в древнем Вавилоне. Пристально всматривался в чуждые линии скульптур Гудеа, – они, далёкие мне, недоумённо молчали. Но в глубине их мёртвых глаз тоже был ужас непонимания.

Наслышанный о чудесах Индии, я вчитывался в полные смысла строки Упанишад, пытаясь в причудливых арабесках тёмных иносказаний разгадать ответы. Но и там были, всё больше, вопросы.

В тиши ночей я беседовал с Гаутамой Буддой, и он не успокоил моего сердца, пребывая в вечной нирване, где вопросы и вовсе неуместны.

Почти отчаявшийся, преодолев громады гор, пробрался я в далёкий Китай, надеясь на мудрость Кун Фу-цзы и Лао-цзы. Среди таинственных парков, возле журчащих ручейков несколько лет я слушал их беседы. Душа наслаждалась, предаваясь безмятежной неге цветников, но в жизни, бурлящей за пределами парка, слух мой улавливал всё те же вопросы, на которые я искал ответы.

Тогда я решил вернуться обратно, виня себя за собственную слепоту и глухоту. Но по пути домой я увидел Зардушта, который сидел у входа в свою пещеру, разговаривая с орлом и змеёй, свернувшейся у его ног. Он долго говорил со мной. Я с волнением вслушивался в его гаты, впадая в сладкий гипноз от размеренных звуков песнопений, но вдруг налетевший вихрь вывел меня из истомы и я, в мелодии каждой ясны, уловил всё те же вопросы…

На площади в Афинах, в виду Акрополя, я беседовал с Сократом. Я ходил с Платоном по платановой аллее, слушая его диалоги с учениками. Но ложь я уловил в их диалектике – разговоры о добродетели сопровождались гнусным мужеложством. Тогда понял я: в их мире нет ответов. По крайней мере, на вопросы моего мира они не ответят…

Ещё много лет потратил я, пытаясь найти успокоение. Древние фолианты были моими собеседниками в те годы. Многое я узнал, о чём раньше и не догадывался.

Но ни талмудист Гиллель, прославленный своим всеведением, ни блаженный Августин, сопричастный многим тайнам, ни неистовый и многомудрый ал-Газали не смогли ответить на мой простой, но главный вопрос: как в клубящейся бездне серого найти сияющую ниточку пути к Богу, который всё примиряет.

Тогда, отряхнув с себя пыль бесконечных дорог, поседевший и согбенный, я решил – свою заблудшую овцу надо поискать в родных краях. И вернулся домой.

Полной грудью вдыхая целебный воздух родины, отправился я в славный город Дербент к прославленному алиму Абубакр Мухаммаду, надеясь найти ответы в его «Райхан ал-хакаик ва бустан ад-дакаик» («Базилик истин и сад тонкостей»). Но и в саду алима не пахло базиликом ответа. В его ханаке толпились такие же ищущие, как и я.

Много исходил я дорог в родном краю – то взбирался на крутые пики, то спускался в зелёные долины. Посетил я Саида Араканского и Мирза Али Ахтынского, Абдуллатифа Доногоно и Юсуфа Яхсайского. Заглядывал на огонёк к Гасану Алкадарскому и к своему земляку Малла Мухаммеду Катрухскому… И они тоже, как и я, задавали вопросы и искали ответы.

Поговорил я по душам с Етим Эмином и Али-Гаджи из Инхо, и был близок к ответу. Но спустился от них вниз – и снова перед моим взором замаячили вопросы.

Так я мучился сорок лет.

И вот я снова в Дагестане. И уже не надеюсь когда-нибудь получить ответы на мучительные вопросы о добре и зле, о свете и тьме. Стараюсь впитать в себя всю панораму жизни в целом, со всей палитрой красок – от белого до чёрного. Но дыхание моё сбивается и я задыхаюсь без ответа на свой главный вопрос: как в серой бездне буден выйти на путь, ведущий к Аллаху?

Вопрос этот звучит не только в сердце моем, он горестным стоном вырывается и наружу.

И когда мой племянник, заросший диким волосом и навсегда и однозначно определивший для себя – вот это белое, а это – чёрное, начинает порицать меня за невежество и укорять в ереси, я думаю: любой однозначный ответ – это гибель души, это падение в пропасть. А жизнь сложнее. Жизнь – Сиратский мост, по которому на ощупь, балансируя между фанатизмом и неверием, разрываясь между свободой и необходимостью, мы неуклонно движемся по пути, ведущему к Богу.

Простите, великие, что так поздно разглядел я ответы в кружевах ваших мыслей.

Малый отрезок любого кольца кажется прямой. Суждение о кривизне – прерогатива тех, кто прошагал по всему кольцу.

В точке схождения начала и конца начинается дорога к истине.

Мир вам!

Мамед ХАЛИЛОВ

пос. ПРЕЧИСТОЕ,

Ярославская обл.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *