МИР ОКАЗАЛСЯ НИ С ЧЕМ НЕ СРАВНИМО ЖЕСТОК

№ 2015 / 27, 23.07.2015

Эта книга уникальна уже потому, что её в принципе не должно было быть. Автор, указанный на обложке, умер в 2002 году в далеко запрятанном от людских глаз доме престарелых, в полной безвестности. Да и при жизни о Владимире Доронине, как о поэте и критике, знал очень узкий круг лиц.

Фактически для многих он умер ещё в середине 90-ых, когда, став жертвой мошенников, потерял жильё и на старости лет испытал все горести бездомного существования. Потомок русских дворян с достоинством нёс этот крест, никому не жалуясь и сохраняя человеческий облик. Долгое время жил у знакомого в гараже, питаясь, чем Бог пошлёт, но и в этот период думал больше о духовном, чем о земном. Даже в странноприимном доме, как он называл своё последнее пристанище, Владимир Доронин писал и планировал работу над новыми книгами. Увы, осуществить все свои планы он не успел. Поэтому в книгу «Эпилоги» вошла лишь малая часть его писательского наследия. Остальное пропало либо было уничтожено самим автором.

02

 Но, как видно, чудеса ещё случаются, и Господь решил воздать поэту после его смерти – за его несомненный талант и беззаветное служение литературе. Судьбой и наследием Доронина всерьёз озаботилась критик Елена Сафронова. Её очерк «Я дуэлянт, гидальго» был опубликован в «ЛР» в 2013 году (№ 25) и, как вспоминает сама Елена в предисловии, «произвёл эффект метафизический». С критиком связались те немногие люди, кто мог восполнить пробелы в биографии Владимира Доронина. Тогда, наверное, и родилась идея издать стихи забытого автора, благо сохранилась рукопись его поэтической книги. И, что не менее важно, появилась возможность снабдить её подробной биографической справкой и серьёзным критическим анализом.

То, что сделала Елена Сафронова, иначе как подвижничеством не назовёшь. Она провела огромную исследовательскую работу, привлекла к ней людей таких же неравнодушных и по крупицам восстановила для нас образ писателя яркого и достойного доброй памяти. Причём всё это делалось безо всякого спонсирования, стимулирования и т.д., что для нашего прагматичного времени большая редкость. А ведь только чтобы установить дату смерти В.И. Доронина, пришлось добраться до дома престарелых в деревне Авдотьинка Шиловского района Рязанской области, найти людей, работавших в то время, раскопать архив… Уверен, что Елене Сафроновой и её друзьям ещё при жизни воздастся за этот благородный труд. Своими силами, за свой счёт они издали книгу писателя, обречённого на забвение. Так стоило ли оно того?Ответ находится в книге.

Полагаю, многие любители и знатоки поэзии были бы рады знакомству с творчеством Владимира Доронина. И не только рады, но и удивлены! Так как Доронин нисколько не похож на большинство стихотворцев своего времени: высокоэрудированный знаток поэзии, даже по стилю письма он оказался современнее их, что сразу бросается в глаза. Видимо, эта непохожесть и сыграла с поэтом злую штуку. Таких в советской литературе обычно не привечали, им была уготовлена вечная роль белой вороны, и Доронин явно принадлежал к этому виду.

 

Поэт, как в «Гамлете» –

                                     Он был Король! –

таких ко мне не заметала вьюга.

И как они распознают друг друга?

У них пароль?

Он, может, ходит как-нибудь «упруго»,

свою в себе подбадривая роль,

а может, тайно злобится, как тролль,

не встретив троллей избранного круга…

 

Надо сказать, по форме стихи у Доронина очень разные, наверное, оттого, что он отлично ею владел и знал её законы. Порой ему не нужна была рифма, и он с лёгкостью от неё отказывался. Он не боялся нарушить размер и ритмический рисунок стиха, и всегда это было оправданно. Но особенно тонко Доронин различал смысловую окраску слов, их сочетаемость и взаимоуживаемость в каждом конкретном примере. Неслучайно в книге помещён критический отзыв Владимира Доронина на сборник стихов молодой поэтессы, где этому уделено особое внимание. Когда же читаешь стихи самого Доронина, не раз ловишь себя на мысли, что поэт, играя словами, порой балансирует на грани, но как же завораживает эта игра!

 

Смяты фланги, и флаг не полощется,

и в агонии дерзкий редут –

по равнине моей, как по площади,

твои детские кони бредут.

………………………………………..

Мне пока что не страшно – не верю я

в обязательность мук и тревог…

Как изящна твоя кавалерия!

Легконога, как пляшущий бог!

 

Впрочем, все эти фрагменты говорят лишь об отдельных гранях в творчестве поэта, о его вкусе, писательском и читательском. Но невозможно в маленькой рецензии рассказать и показать всё. Я, к примеру, не сразу разгадал, почему книга называется «Эпилоги», и лишь к финалу понял, что почти в каждом стихотворении автор подводит итоги своей непростой жизни, каких-то самых важных её линий и ответвлений. Тут и пронизанная болью любовная лирика, и яркие сюжетные воспоминания о военном и послевоенном детстве, и, наконец, тема осознанного одиночества и предстоящего ухода. И всё это с отсылками к любимым литературным произведениям, историческим персонажам. Русский интеллигент остаётся интеллигентом, даже ночуя в гараже и проводя закатные дни в странноприимном доме, где умирают последние надежды.


Владимир Доронин. Эпилоги. Сборник стихотворений. – Рязань, 2015

 


Константин ПАСКАЛЬ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *