LUIS CORVALAN ВО ВЛАДИВОСТОКЕ

№ 2015 / 32, 17.09.2015

Тогда я был ещё старпомом на плавзаводе. На Дальнем Востоке работала в те годы, 1960-е – 90-е, целая флотилия плавзаводов, все называли их краболовами. Эти огромные пароходы – 190 метров длиной, экипаж больше 700 человек – в сутки выпускали до трёхсот тысяч банок консервов! Условных банок, то есть в пересчёте на стандартную «шестёрку», 240-граммовую, а выпускали ведь, работая на рыбе, и пресервы – банки с селёдкой по пять с половиной кг.

Пожарным помощником капитан-директора работал у нас Василий Макарович Симушкин,знаменитый, да нет, просто легендарный мужик! Личность! Он был даже участником событий на озере Хасан и реке Халхин-Гол в 1938-м.

14

И вот он написал однажды, это было примерно в 1973–74 году, письмо Луису Корвалану, генеральному секретарю ЦК компартии Чили. Письмо в тюрьму! В поддержку. Из пролетарской солидарности…

А было дело вот как. На короткое время перехватываю нить рассказа у капитана Ижко:

В море в те уже далёкие годы, кроме радио, никаких таких «гаджетов» не было. Зато радио включали по всему судну в семь утра: – Судовое время 7 часов. Команде – подъём! Доброе утро, товарищи! Сегодня 6 мая, четверг. Погода: ветер норд-ост, 5 баллов, море – 3 балла, температура воздуха четыре градуса жары, – старпом был с юмором мужик, – воды – плюс пять. Работаем в Охотском море, в районе острова Птичьего, на Западном берегу Камчатки. За сутки на борт принято 30 тонн краба-сырца, выпущено готовой продукции 32 стандартных ящика.

И дальше пошли – утренняя зарядка: р-раз-два, р-раз-два, «Последние известия», лёгкая музыка. В 17.15 – радиостанция «Тихий океан», час в эфире для моряков и рыбаков Дальнего Востока: трудовые свершения доблестных промысловиков, стахановские подвиги рыбообработчиков в море и на берегу, письма близких, музыкальные приветы. А в 23 часа: – По судну отбой. Всем свободным от вахт и работ – спокойной ночи, товарищи!

Ну, это кому как. Пожарники отлично умеют высыпаться и днём. А ночами Василию Макаровичу не даёт покоя судьба Луиса Корвалана, узника замка-тюрьмы на чилийском острове Досон. Это же почти Монте-Кристо! Страшные вещи доносит радио на север Охотского моря: В Вальпараисо заключённых сбрасывают на дно баржи с 15-метровой высоты. Один дипломат насчитал 180 изуродованных тел в морге Сантьяго…

И далее вещает: После военного переворота генерала Аугусто Пиночета 11 сентября 1973 года Корвалан был арестован вместе со многими другими противниками режима. Содержался сначала в одиночном заключении, затем в различных концлагерях, в том числе на острове Досон.

Лишь через тридцать лет мы, дивясь и восхищаясь, словно читатели «Графа Монте-Кристо», узнаем, что рыцари из КГБ СССР рассматривали вариант вооружённого освобождения Луиса Корвалана с острова Досон!..

И Василий Макарович в часы бдений ночных старательно, как отличник, выводил на листке школьной тетради:

Уважаемый Генеральный Секретарь Коммунистической партии Чили! Дорогой Луис, простите не знаю, как Вас величают по отчеству. Мы в России очень переживаем за Вас, потому что любим Вас как самого родного человека. Холодная солёная вода Тихого океана омывает и Ваш остров Досон, который на 54 градусе южной широты (я разыскал его в лоции), и наш остров Птичий, который выше 57 градуса северной широты, где мы работаем на промысле краба. Подлый диктатор Пиночет сослал Вас за 3000 км от столицы Сантьяго, на остров, который ещё Чарльз Дарвин не зря назвал островом смерти! У нас тут студёная весна, у Вас студёная осень, поэтому мы близки с Вами, хотя по географии и очень далеки.

 

Я всем сердцем с Вами, дорогой

                                                            Луис Корвалан!

Как ратуют на братской Кубе:

                                      Venceremos! Мы победим!!!

С самым огромным уважением –

 

Член Коммунистической партии Советского Союза с 1954 года, помощник капитан-директора п/з «Евгений Никишин» Управления производственных флотилий «Дальморепродукт» Василий Макарович Симушкин.

 

Ах, этот остров Досон! Вы найдёте его на карте?.. Вот, а чилийские почтальоны, да в какие жуткие времена, сумели доставить – да кому ведь – политзаключённому (!) письмо, да откуда ж – из самого сердца коммунизма, то есть злейшего врага Пиночета, Советского Союза!

И Василий Макарович получил вскоре ответ – оттуда, из застенка!!!

За период правления чилийской хунты по политическим мотивам были убиты либо пропали без вести более 3 тысяч человек. 28 тысяч (по другим данным, около 40 тысяч) прошли через аресты и тюремное заключение, многие подверглись пыткам, женщины – изнасилованиям. Насаждался также антиинтеллектуализм, поскольку интеллигенция, особенно творческая, считалась склонной к марксизму.

В 1975 году, как свидетельствует Википедия, во время заключения, Корвалан был удостоен Международной Ленинской премии. И СССР немедленно возглавил международную кампанию за его освобождение. А в 1976-ом Андрей Сахаров предложил обменять Корвалана на известного советского политзаключённого, диссидента Владимира Буковского.По обвинению в антисоветской агитации и пропаганде Буковский провёл в тюрьмах, лагерях и психиатрических больницах в общей сложности двенадцать лет. Ну а в декабре 1976 года был выслан в Швейцарию в обмен на лидера компартии Чили Луиса Корвалана. Обмен состоялся, после чего Корвалан получил в СССР политическое убежище. Это стало особым подарком Леониду Брежневу и произошло в Цюрихе, Швейцария, за день до его 70-летнего юбилея, отмечавшегося 19 декабря. А Буковский с тех самых пор проживает за рубежом. Через тридцать лет он даже выдвигался кандидатом в президенты Российской федерации на выборах 2008-го, однако не был зарегистрирован Центральной избирательной комиссией России…

– А взмыл бы на волне всенародной симпатии, – Владимир Антонович сам слегка улыбается симпатичной своей ижковской улыбкой, – вот когда Василий Макарович вознёсся б на пьедестал! Глядишь, тогда и плавзавод бы наш прогремел…

Корвалан получил в СССР политическое убежище, – продолжает свой рассказ капитан. – Народ (кроме Симушкина, естественно) хохотал: «Обменяли хулигана на Луиса Корвалана!» Ну да, раньше-то сомневающиеся в Политике Партии, инако-гады-мыслящие уходили на 58-ю широту по 58-й статье, а ныне вот Буковского просто записали в хулиганы…

Симушкин супер-принципиальный мужик был: штрафовал жену за пользование электроплиткой в каюте. Она ему блины жарила, а он на 10 рублей оштрафовал её и акт старпому принёс на подпись. Это было в 1969 году…

 

Капитан Ижко по сю пору помнит!

 

Василий Макарович Симушкин заслуживает, мы с капитаном пришли к единому мнению, следующего лирического отступления, простите уж, весьма объёмного:

Первая мировая война началась, всем известно, с выстрела Гаврилы Принципа, девятнадцатилетнего сербского студента, члена тайной организации «Млада Босна», борющейся за объединение всех южнославянских народов в одном государстве. Благая цель, не правда ли? Святой принцип Принципа!..

Волшебник слова русского Николай Лесков после встречи с неким известным писателем, не видевшим на Руси «ничего, кроме мерзости», пошёл «искать праведных, пошёл с обетом не успокоиться, доколе не найду хотя то небольшое число трёх праведных, без которых «несть городу стояния». Так и родилось повествование о том, «как мог жить и как действительно жил… Александр Афанасьевич Рыжов, по уличному прозванию «Однодум».

Герой Лескова «и на ходу и на отдыхе читал одну только свою Библию в затрапезном переплёте. Он начитался её вволю и приобрёл в ней большие и твёрдые познания, лёгшие в основу всей его последующей оригинальной жизни, когда он стал умствовать и прилагать к делу свои библейские воззрения… Рыжов, например, знал наизусть все писания многих пророков и особенно любил Исаию, широкое боговедение которого отвечало его душевной настроенности и составляло весь его катехизис».

В ожидании губернатора, затеявшего объезд губернии, «в домах чернили парадные сапоги, белили ретузы и приготовляли слежавшиеся и поточенные молью мундиры». А квартальный Рыжов отмочил вот что: «Вступив в храм, губернатор не положил на себя креста и никому не поклонился – ни алтарю, ни народу, и шёл как шест, не сгибая головы, к амвону… Рыжов всё шёл следом за губернатором… и вдруг неожиданно схватил его за руку и громко произнёс: – Раб Божий Сергий! входи во храм господень не надменно, а смиренно, представляя себя самым большим грешником, – вот как!

С этим он положил губернатору руку на спину и, степенно нагнув его в полный поклон, снова отпустил и стал навытяжку… Губернатор позже стал расспрашивать городского голову о Рыжове: – А как он насчёт взяток: умерен ли? – Помилуйте, – говорит голова, – он совсем ничего не берёт… Губернатор ещё больше не поверил. – Этому, – говорит, – я уже ни за что не поверю. – Нет, действительно не берёт. – А как же, – говорит, – он какими средствами живёт? – Живёт на жалованье. – Вы вздор мне рассказываете: такого человека во всей России нет. – Точно, – отвечает, – нет; но у нас такой объявился. – А сколько ему жалованья положено? – В месяц десять рублей. – Ведь на это, – говорит, – овцу прокормить нельзя. – Действительно, – говорит, – мудрено жить – только он живёт.

Вот и герой наш – почти точь-в-точь так же. Слово снова капитану Ижко:

Где-то в 1976-м Корвалан приехал к корефану Брежневу. У Корвалана в СССР было всего два корефана – Лёня и Вася… – У меня на Дальнем Востоке, – говорит Луис, – лучший друг есть. Хочу к нему.

А Симушкин наш уже на пенсии. Живёт в коммунальной халупе. Ну, ему срочно – двухкомнатную квартиру, обставили её по высшему классу, посуды навезли, выделили двух поваров, официантку. Ага, и Корвалан – втихаря, безо всякого афиширования – два дня во Владивостоке. Лучшие друзья, ну да, соратники ж по партии, а попросту корефаны, наконец, встретились, погужевали маленько да и расстались…

А один добрый человек из «сопровождающих его лиц» шепнул Макарычу: «квартиру заберут, а ты не отдавай, понял! Корвалану, мол, напишу»…

Так всё и было!

Последние годы жизни Корвалан вместе с семьёй провёл в Сантьяго. Стены его квартиры были увешаны портретами и фотографиями Че Гевары, Фиделя Кастро, классиков марксизма-ленинизма, а также его современников – коммунистических лидеров эпохи идеологического противостояния СССР и США. По непроверенным свидетельствам, рядом с Брежневым висел и портрет Василия Макаровича Симушкина!..

В 1995 году вышла книга Луиса Корвалана «Крушение советской власти», в которой он назвал распад СССР трагедией мирового социалистического движения.

Несмотря на крах социалистической системы в СССР, Корвалан продолжал придерживаться коммунистических взглядов и бороться за социализм в Чили.

Умер он 21 июля 2010 года. А 14 сентября нынешнего Луису Альберто Корвалану исполняется 99 лет!

Вот такой у нас с капитаном Владимиром Ижко и писателем Николаем Лесковым получился рассказ о трёх праведных, без которых «несть городу стояния».

Борис МИСЮК

г. ВЛАДИВОСТОК

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *