Расчленёнка за государственный счёт

№ 2016 / 8, 02.03.2016

Может ли современное визуальное (уточнение уже самоиронично) искусство удивить чем-то, кроме собственных мук, кризиса, отчаяния и бессилия? По крайней мере, то, что сосредоточено в коллекциях и галереях США – не может. В Государственном центральном центре современного искусства, где почти год назад фото-экспонировался однодневно и ваш покорный, – открылась выставка «Мистификаторы», экспозиция провисит до 20 марта. 

Разброс работ охватывает период новейшей истории и РФ – её окончательно-сырьевой «аварийной посадки» на рельсы трёх кризисов, – 1998, 2008, 2014–16… В общем, что в жизни, то и тут – правда, в экзотическом, конечно, отражении. Но когда видишь в качестве главной картины направленный в зрачок шприц с комментарием в плакатом духе – «Проклинай это, осуждай это» (Барбара Крюгер), понимаешь, что, видимо, проклинали и осуждали мало. Точнее – неэффективно. Раньше-то, в СССР было проще, помахал Никита Сергеевич кулаками, назвал «педерасами» – и готова биография, модное направление разлетается по зарубежным коллекциям, а Эрнст Неизвестный становится настолько известным, что даже своему «крёстному» потом ставит надгробие…

 

Зал, в котором я видел прекрасного Черникова, конструктивистские «лекала» которого легли в основу многих реальных построек – вопиет чёрной пустотой и отчаянием. На месте полезной информации, на стенах, способных с помощью авторов рассказать немало – какие-то даже не карикатуры, а сцены из жизни нью-йоркской элиты, наркоманов и «педерасов», ушедших от расправы за «абстракционизьм». Кривые, ущербные рожи и великолепный слоган: «Хватит целовать мою задницу, давай займёмся делом».

С глубокомысленным видом вглядываюсь в штрихи, технику живописи, ищу тайные смыслы… И понимаю насколько были правы те плакаты, которые на заре девяностых так высмеивали «люди нового времени» – вспоминаю плакаты советские оптимистические, а вот эти все по уровню и не плакаты, а по духу, конечно же, пессимистические. Пустотные…

Посреди зала – словно оставленное после презентации застолье художников, нью-йоркские будни Эдички Лимонова и богемки 1970-х: «кухонный набор из проекта Art of Chess (2003) Пола Маккарти. Как тут не вспомнить маккартизм – сугубо политический американский, флешмобный антикоммунизм, когда студиозусы носили плакатики про то, что лучший коммунист – мёртвый коммунист. Ну вот вам и последствия – только в искусстве, отдалённые, но именно этой волны. Да, вы победили, господа – любуйтесь плодами победы, достижениями мира без нашего, советского будущего!

Да, я совсем забыл о той, первой комнатке, встречающей посетителей «выставки»! Чёрная прозекторская (сейчас поймёте, почему) содержит триптих Джоэла-Питера Уиткина (1999-го года) – фотонатюрморты, смешанная техника. Вглядевшись, обнаруживаете части трупов, заботливо обрамлённые другими дарами природы. Вот тут-то, пожалуй, и ключ ко всей выставке, главным мессяджем которой (повторюсь) является Её величество Пустота.

12

Дж.-П. УИТКИН, 1939 г.р.

 

Не надо подходить к искусству как к чему-то отвлечённому – хотя, эти американцы и прочие господа, давно привыкли к этой роли, мол, с нас спросу нету – «мы так видим». Нет-нет, господа, искусство – это в наши дни способ не только субъективного преобразования реальности! Это воздействие на зрителя, это пробуждение в нём определённых дум, намерений, даже прозрений. И вот на это всё глядя – на ступню, грудь и даже лицо, как-то излишне заботливо и трусливо забинтованное Уиткиным, – понимаешь, в каком проживаем мы кошмаре со времён вступления в «цивилизованное общество», перехода из СССР в РФ и на прочие постсоветские островки.

Да-да, и уродцев в зале, и натюрморты, разрубленное наше человечество – роднит одно. Можно сформулировать состояние сие «недостижимостью коммунизма». Ведь тут, если перефразировать реакционера Достоевского, «если коммунизм недостижим – то можно всё». Какой там соцреализм! Какие там «романтики социализма», красовавшиеся в прошлом году в Манеже? Какой Серов, зачем?! Взгляните правде в глаза – вам впору прикинуть своё «бессмертие» в руках Уиткина, ведь он не просто дожидается трупов определённых для своих композиций, он «морально» их дожидается! В длинной аннотации сказано, что всё взято цивилизованно – после определённого срока, так что идентичность тех, кого разъяли на части для натюрмортов, потеряна, растворилась, ушла.

Как тут не узнать нас, родимых! «Мы-мы русские» – подмымЫкивал Караулов в конце девяностых, ощущая, что воронка безвременья вот-вот засосёт и микросоциумы, созданные «демократами» на месте проживания советского народа. Ну вот «вы-вы русские» и смотрите теперь на себя в зеркале американского искусства – причём, плакатность этого пост-поп-арта это ещё и вам вызов. Вы же не собираетесь строить дальше коммунизм, объединять народы, уничтожать как классы тех, кто вас эксплуатирует, кто обращает вас в гастарбайтеров? Вы же бессильны – ну, признайте своё бессилие, и шагайте следом за «цивилизованным» Западом! А тут именно вот такое, и ничего другого не ожидается.

Расчленёнка классового общества – в самую натуральную величину. «Стыдись этого, осуждай это» – как велит нам Крюгер. Барбара, а не Фредди – впрочем, нет сомнений, что это его рук дело… Ведь как мы любили накануне августа 1991-го смотреть, как Фредди рубает детишек на вэхаэсках! Грешны, что там скрывать… Да и сами к современному искусству причастны – «зашкварились» в боди-арте и флексизме…

Питер Соул с «Женщиной, пьющей Мартини» 2009-го года – это ещё хоть что-то. А Вим Дельвуа с его «готическими грузовиками» – вообще тончайшее искусство! Но вот противогазы, которыми выставка завершается – это именно то, с чем придётся гулять жителям «свободной России» по дивному новому миру. Где в великолепных цветах на вас глядит черепушка Демиена Хёрста и более разноцветные и утончённые, но снова черепушки Кейичи Танаами (2015) – «интенсивная параноидальная живопись».

Понятно, что ГЦСИ, созданный ныне фрондирующим опять Маратом Гельманом – ничего иного и не должен экспонировать. Но вот подумать, что Минкульт под командованием просветителя Мединского такое финансирует и соответственно пропагандирует – как-то всё же приходится. И сделать выводы.        

Одно мне понравилось безусловно на выставке (коль скоро меня-то им мистифицировать удалось) – это одуванчики, сорняки Тони Мателли. Действительно был уверен, что это тут выросло. Сорняк – это то, что вселяет надежду на фоне этой живописи, инсталляций и натюр-мертвяцких. Надежду на то, что сквозь асфальт и плитку классового общества прорастёт новое искусство, которое отразит не распад, а созидание, то самое революционное искусство, что вместе с отражением несёт и футурологию, взгляд в будущее, убеждающий, что там не только морг.

 

Дмитрий ЧЁРНЫЙ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *