Изумляемся вместе с Александром Трапезниковым

№ 2016 / 17, 31.03.2016

Востребованный жанр

Есть проза художественная, а есть документальная, и ещё неизвестно, какую интереснее читать. На мой взгляд, сегодня документальная проза относится к самому востребованному жанру.

Описание реальной жизни куда как полезнее для ума и сердца, чем творческое воображение. Такова книга Ксении Лученко «Россия: взгляд с колокольни. От Калининграда до Якутии» (Издательский дом «Никея»). А соавтором по праву можно считать фотографа Анну Гальперину – её снимки практически на каждой странице. Вот так в сборнике сплелись очерки-эссе и люди, интервью и лица, короткие информативные рассказы о городах и картинки быта. Дети, старики, церкви, памятники, причалы, нефтяные вышки, сельская живность, фрагменты фресок. Некоторые юные лики поистине ангельские.
Всю Россию охватить даже в четырёхсот страничном сборнике невозможно. Авторы пропутешествовали по восьми регионам: Чебоксары, Урал, Кавказ, Новгород, Малоярославец, шахтёрский Губкин, Якутия, Калининград. И высветили то, как судьбы городов переплетаются с человеческими судьбами, как живут священники (многие из которых прибыли из дальнего зарубежья) и церковные общины, чем дышат миряне, принадлежащие к разным поколениям.
Что думают о своей жизни и о стране, почему все они однажды решили посвятить себя служению Богу. А исторические экскурсы не менее интересны и познавательны, чем исповедальные рассказы
простых героев книги.

Лученко opt
Вот несколько строк из этой книги: «Северные склоны и ущелья Кавказского хребта – бесстрастные свидетели нескольких тысячелетий истории человечества. Здесь были стоянки первобытных людей и поселения древнейших племён, горцы и кочевники делили плодородные земли по берегам мутных пенящихся рек, христианские просветители приносили благую весть из Византии, языческие орды сметали их поселения и разоряли храмы, арабы, турки и персы завоёвывали территории, русские цари заселяли их своими подданными, большевики завозили советских граждан… Каждая историческая волна, как прилив, подступала к хребту, захлёстывала кровью и болью, а потом сходила, оставляя после себя ещё народ, ещё людей, которые оседали на этой земле и учились миру». Написано с любовью.
И здесь хотелось бы привести слова московского протоиерея Алексея Уминского: «Очень сложно современному человеку, окружённому бесконечными источниками информации, но лишённому хотя бы малого личного опыта нахождения в настоящем, увидеть, что такое Церковь. Довольно просто принять на веру слова: «Бог есть Любовь», хотя бы потому, что это устоявшаяся идиома. Но если сказать: «Церковь есть любовь», это вызовет по крайней мере недоумение. Ксения Лученко отважилась это произнести для всех через свою прекрасную книгу».
Постскриптум. А на соседствующих фотографиях в книге видишь вдруг чудом уцелевший монумент Ленину в каком-то посёлке, и крестный ход там же, и первое причастие языческой девочки-
якутки, и согбенную мудрую старуху с клюкой. Велика Россия, и включает в себя великое множество…

 

Ценная авторская интонация

Ещё одна книга от издательства «Никея» – «Схолии. Простые и сложные истории о людях». Написал её священник Александр Дьяченко, и это его не первый прозаический сборник, но первое произведение крупной формы. А как определить жанр книги? Схолии в переводе с греческого – небольшие комментарии на полях или между строк античной или средневековой рукописи. После каждой главы-истории у автора следуют «схолии». А в центре всего повествования – дневники реальной женщины (имя изменено), на чью долю выпало и голодное детство, и коллективизация, и война, и гонения на Церковь, и потеря единственной дочери, а потом и внука. Но на её жизнь как бы «нанизаны» и другие – самого отца Александра, его путь к Богу, рассказы о прихожанах, священниках, друзьях и близких. Истории то радостные, то смешные и забавные, то ужасные, но все они написаны пронзительно и с глубоким состраданием к людям. В каждом из них автор видит прежде всего Свет Божий.
Но есть ещё один персонаж книги, да не персонаж даже (слово это какое-то чересчур книжное), а подлинный подвижник веры и благочестия ХХ века – Андрей Кузьмич Логинов, малограмотный крестьянин из села Старая Рачейка Сызранского района Самарской области. Дедушка той женщины, чьи дневники легли в основу книги. Сохранились и тетради, исписанные Андреем Кузьмичом во время его затворничества в лесной пустыни. Вошли в книгу и наставления старца, к которому стекались люди. Но что нам известно о мучениках и исповедниках нового времени? Крайне мало. Мы почти ничего не знаем о жизни простых верующих людей, тех, кто жил в годы гонений на Церковь. Александр Дьяченко восполняет этот пробел. И почти все события, описанные в книге реальны. Но поскольку, как объясняет сам автор, книга эта всё-таки художественная, то он позволил себе некоторые отступления от хронологии событий, сюжетность и некую избирательность повествования и «даже эксперимент».
То есть привнёс своё видение.

Схолии opt
Он пишет, обращаясь к читателю: «Повесть это, роман или рассказ – не знаю. Скорее, это наш с тобой разговор. Я пока ещё не знаю тебя, а ты не знаешь меня, но это поправимо… В юности мне казалось, что жизнь, которую я проживу, ещё не началась, что она наступит когда-то завтра, где-то там, в неведомых мне замечательных далёких мирах. Я не понимал, что уже живу и что моя жизнь творится здесь, в окружении людей, хорошо мне знакомых. Со временем я научился смотреть вокруг себя и замечать тех, кто живёт рядом…

Эта книга о тех, кого я полюбил и продолжаю любить, даже если их уже нет с нами. В ней нет ни одного проигравшего, несмотря на кажущийся поначалу трагизм ситуации, здесь все – только победители. В первую очередь, преодолевшие самих себя. Дорогой читатель, я не обещаю тебе, что открыв эту книгу, ты получишь лёгкое развлекательное чтение. Нет. Потому что я хочу с тобой говорить. Вместе мы будем смеяться и вместе плакать. Потому что по-другому нельзя, если люди хотят стать друзьями, они должны быть друг с другом честными».
Постскриптум. Сегодняшний обзор составлен почти целиком из книг издательства «Никея». Его девиз звучит так: «Для нас православное христианство – это жизнь во всём её многообразии. Это уникальная возможность не пропустить себя, сделав маленьких шаг навстречу своей душе, стать ближе к Богу… В мире суеты и вечной погони за счастьем человек мечется в поисках чуда. А самое прекрасное, светлое чудо – это изменение человеческой души. От зла – к добру! От бессмысленности – к Смыслу и Истине! Это и есть настоящее счастье! Мы работаем для того, чтобы помочь вам жить по вере в многосложном современном мире, ощущая достоинство и глубину собственной жизни».
Следует добавить, что среди уже вышедших книг этого издательства в серии «Духовная проза» – «священническая» проза Николая Агафонова, Михаила Шполянского, автобиографические произведения Алексея Арцыбушева и сестёр Софьи и Натальи Самуиловых. Все они, что симптоматично, без назидательных поучений и прописных истин. Читаются с глубоким вниманием, поскольку несут тёплое, близкое каждому человеку слово. Что уже большая редкость в масс-медиа пространстве.

 

Погружение

В этот роман – «В окопах. 1916 год. Хроника одного полка» – невольно погружаешься как в реку времени. Стопроцентное попадание в тему, в атмосферу Первой мировой войны, в перипетии локальной операции на Рижском боевом участке при обороне Сморгони и в Бараничевском наступлении, в тыловую жизнь Симбирска. Спасибо Евгению Анташкевичу и издательству «Центрполиграф». Хотя у меня есть некоторые претензии к стилю. Но даже эту филологическую корявость в построении предложений (повторы существительных и местоимений в одной фразе) вскоре перестаёшь замечать – красоты речи вместе с пением птиц во время войны отступают на второй план. Автор и его герои говорят так, как и должны говорить люди, которые ежедневно ощущают свист пуль и разрывы снарядов, даже в напряжённой тишине в минуты отдыха. Тут не подредактируешь. Анташкевич, на мой взгляд, в изображении эпизодов этой войны превзошёл знаменитое «Красное колесо» Солженицына, тоже достаточно корявое, но где из всех щелей лезут идеологемы. А здесь только хроника, ничего личного…
А ведь у Анташкевича это тоже эпопея. Первый роман об этом полке затрагивает 1915 год. Третий – «Харбин» – переносит нас в послевоенное время. Там, в «русской Атлантиде», приютившей тысячи беженцев из России, охваченной огнём революции и Гражданской войны, продолжаются «тайные войны» и, может быть, это самый лучший роман трилогии. Но каждый из них является уникальным явлением в современной русской литературе, культурно-историческим феноменом, не иначе. Возрождением большого русского романа-эпопеи с полюбившимися героями. Вот они, поимённо: командир 22-го драгунского Воскресенского полка полковник Аркадий Вяземский, вахмистр Иннокентий Четвертаков, прапорщик Жамин, полковой священник отец Илларион, доктор Алексей Курашвили, сестра милосердия Елена Павловна, еврейская беженка Малка, барон Александр Петрович фон Адельберг. Другие персонажи, например, поляк Станислав, оказавшийся в одном окопе на нейтральной полосе с денщиком Александром – оба ранены, враги, помогают друг другу выжить – поразительная в точности деталей
и человечности сцена.
Постскриптум. По сути, вся трилогия и этот роман в частности невероятно увлекательны и исторически достоверны. Действие происходит не только на отдельных участках фронта, в тылу, в эмиграции, в таёжном селе «на Байкал-море», но и в судьбах солдат и офицеров, в их трагически изломанных жизнях. А всё это в итоге складывается в полномасштабную картину великой страны в один из самых драматических периодов русской и мировой истории. Словом, «погружение» состоялось.

 

Русь уходящая

Борис Екимов – писатель востребованный, лауреат многочисленных премий, в том числе Государственной в области литературы. Он во многом продолжает традиции «деревенской прозы», хотя сам себя к ней не относит. Не считает себя и писателем «городским». Это выделенное кем-то деление вообще условно и даже как-то нарочито резервационно, снисходительно.
– Я русский писатель, – говорит он сам о себе. И это точно и верно.

Екимов opt
Новая его книга называется «Возвращение: Рассказы о живой жизни» (издательство «Никея»). И в ней он продолжает свою главную тему – описывает «Русь уходящую» – жизнь опустевших деревень, разорённых задонских хуторов, затерянных посёлков. Делает это с любовью и болью, как всегда в своём творчестве, начиная с середины 60-х годов, с первых дебютных книг. Через два года Борису Петровичу исполнится 80 лет. В юности и в средние годы он овладел многими рабочими и сельскими профессиями, но истинным его призванием всегда была литература. Живой классик, который вместе со своими героями несёт пожизненную вахту, оставаясь верен своей малой родине и пытаясь сохранить то немногое, что ещё уцелело. В его обыденных на первый взгляд рассказах (а он, в основном, рассказчик, но не бесстрастный наблюдатель или летописец) всегда, в каждой строчке чувствуется именно живое слово о живой жизни, сострадание и сопереживание своим героям, которые порой трогают до слёз. Он учит нас быть милосердными, способными понять и разделить чужую боль, «созидать свои души» – по его собственному выражению, здесь и сейчас.
Мальчик Фетисыч, одинокая старуха Надежда, Тимофей, Хурдин, семья Тебякиных, – разные лица, поколения, простые люди с неустроенной жизнью, но в каждом из них есть место любви, мечте, искренней вере, подвигу, даже чуду. Живой поток екимовских картин, как сказал о его творчестве Солженицын, раздвигает наши представления о непростой сельской жизни, помогает восстановить, хотя бы мысленно, «единство национального тела». Стоит добавить, что повесть Бориса Екимова «Пастушья звезда», представленная в этом сборнике, включена в президентскую библиотеку – в серию книг выдающихся российских авторов.
Постскриптум. Приведу формулировку, с которой Борису Екимову восемь лет назад была вручена одна из значимых литературных премий: «За остроту и боль в описании потерянного состояния русской провинции и отражение неистребимого достоинства скромного человека; за бьющий в прозе писателя источник живого народного языка». Язык действительно волшебен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *