НОВАЯ КУЗНИЦА МАСТЕРОВ СЛОВА. Высшая школа экономики бросила вызов Литинституту

№ 2016 / 42, 02.12.2016

На прошлой неделе на сайте Высшей школы экономики появилась новость об открытии в этом влиятельном российском университете магистерской программы по подготовке профессиональных литераторов – «Литературное мастерство» . Набор студентов на новую программу начнётся совсем скоро – уже в следующем году.

До сих пор образованием и выпуском дипломированных, так сказать, писателей у нас вроде бы занимался Литературный институт им. А.М. Горького. Это государственное учреждение высшего образования всегда считалось по-своему уникальным. Но это творческий вуз, который сопоставим с такими учебными заведениями, как ВГИК, Театральный институт имени Щукина, Консерватория имени Чайковского или Академии музыки Гнесиных и т.д., в каждом из которых – своя особая традиция пестования творческих работников. А как и зачем нечто подобное появилось в прагматичной и ориентированной на западную систему образования Вышке?

Novaya programma

Поскольку мы внимательно следим за судьбой писательского образования в России, у нас сразу возникли вопросы: В какой степени эта новая программа ВШЭ будет учитывать успехи и трудности Литературного института? Как создатели программы оценивают, например, Высшие литературные курсы (во многом – плод советской концепции подготовки «инженеров человеческих душ», ликбеза для талантливых сочинителей среди «рабочих и крестьян»; «Вышка» в свою очередь имеет совсем другие ориентиры: с начала 90-х этот вуз, напомню, перешёл на так называемую «болонскую» систему образования)? Как ВШЭ собирается своих выпускников по такой экзотической специальности (хотя в дипломе она будет сформулирована «филолог») делать конкурентоспособными в современном российском обществе (что не всегда удавалось, опять же, Литинституту с его ранимыми птенцами – «литературными работниками»)?

Мы связались непосредственно с академическим руководителем будущих студентов «Литературного мастерства» в ВШЭ, известным писателем, литературоведом Майей Кучерской.

Майя Александровна, отталкивались ли вы, когда задумывали эту программу, в какой-то мере (в положительном или отрицательном смысле) от опыта и традиций Высших литературных курсов Литературного института им. А.М. Горького?

2 Kucherskaya– Честно говоря, нет. Образцом для меня служили британские и американские магистерские программы по creative writing. И отчасти Высший литературно-художественный институт (ВЛХИ) Валерия Брюсова, существовавший в Москве в 1920-е годы. Я внимательно читала программу этого института и почерпнула оттуда немало полезного.

А вообще, Литературный институт, по Вашему мнению, для этой новой программы ВШЭ – конкурент или, скорее, непересекающаяся параллель? В чём их основные отличия?

– По-моему, параллель. Основных отличий два. Мы много будем говорить о технической стороне литературного дела, потому что мы готовим ремесленников, литераторов-универсалов, которые сумеют создать умный, глубокий, яркий текст любого жанра. Наш выпускник – это человек эпохи Возрождения от литературы, который сможет стать и сценаристом, и романистом, и создателем компьютерной игры. Второе связано с первым – мы будем работать в тесной связи с потенциальными работодателями, готовить наших магистров к практической жизни и работе в конкретных компаниях. Вот как Блок сформулировал суть нашей программы: «Мы любим всё и жар холодных числ,/ И дар божественных видений,/ Нам внятно всё и острый галльский смысл,/ И сумрачный германский гений…» И у нас действительно будут курсы и по зарубежной литературе тоже.

 

Несмотря на дипломатичное устранение от критики коллег, из сказанного (отметим слово «отличия») вполне «вычитывается», что подготовить универсала-ремесленника, готового к практической жизни и работе, в достославном Литературном институте, видимо, по мнению некоторых специалистов, не всегда получается (или не получалось; ведь с недавних пор в Лите начала работу отчасти новая команда под руководством Алексея Варламова с несколько иными акцентами и установками). Второе, что бросается в глаза – прагматичная западная модель работы Вышки в противовес, повторим, всё-таки во многом советским, консервативным традициям Литинститута. В целом, установка на подготовку «писателя с маленькой буквы», «райтера» (выражения из интервью М.Кучерской на сайте ВШЭ) – кажется, беспроигрышный вариант. Впрочем, задача подготовки просто профессионального «литературного работника» вроде бы ставится и в Литературном институте. Это недавно в интервью «Литгазете» подтвердил его проректор по научной и творческой работе Сергей Дмитренко: «Наша цель – готовить квалифицированных специалистов для работы в литературном сообществе: в издательствах, журналах, газетах… Мы рады, что среди наших выпускников … и пресс-секретари, спичрайтеры».

Получается, конкуренция всё-таки, по крайней мере на уровне деклараций, будет. Однако давать нам оперативный комментарий по этому поводу Сергей Дмитренко отказался (опять, наверное, из дипломатических соображений), заметив, правда, попутно, что в Литинституте в целом к открытию новой, потенциально конкурентной, программы Высшей школы экономики отнеслись совершенно равнодушно. Может, и зря, как знать…

Лично мои симпатии пока ещё остаются на стороне Литературного института, который всё-таки продолжает благородный риск по взращиванию в своих памятных стенах, хочется верить, не столько «райтеров», сколько писателей с большой буквы и настоящих поэтов (риск, разумеется, в том, что чаще из гнезда выпадают совершенно не приспособленные к жизни и несостоятельные в литературе люди), и делает это в отечественных традициях большой русской литературы.

Впрочем, это всё теория. А кое-что о практике мы узнаем не ранее, чем через пару лет. Вдруг «Литературное мастерство» выдаст нам нового русского Диккенса или Хэмингуэя.

 

Евгений БОГАЧКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *