НОВАЯ КУЗНИЦА МАСТЕРОВ СЛОВА. Высшая школа экономики бросила вызов Литинституту

№ 2016 / 42, 02.12.2016

На прошлой неделе на сайте Высшей школы экономики появилась новость об открытии в этом влиятельном российском университете магистерской программы по подготовке профессиональных литераторов – «Литературное мастерство» . Набор студентов на новую программу начнётся совсем скоро – уже в следующем году.

До сих пор образованием и выпуском дипломированных, так сказать, писателей у нас вроде бы занимался Литературный институт им. А.М. Горького. Это государственное учреждение высшего образования всегда считалось по-своему уникальным. Но это творческий вуз, который сопоставим с такими учебными заведениями, как ВГИК, Театральный институт имени Щукина, Консерватория имени Чайковского или Академии музыки Гнесиных и т.д., в каждом из которых – своя особая традиция пестования творческих работников. А как и зачем нечто подобное появилось в прагматичной и ориентированной на западную систему образования Вышке?

Novaya programma

Поскольку мы внимательно следим за судьбой писательского образования в России, у нас сразу возникли вопросы: В какой степени эта новая программа ВШЭ будет учитывать успехи и трудности Литературного института? Как создатели программы оценивают, например, Высшие литературные курсы (во многом – плод советской концепции подготовки «инженеров человеческих душ», ликбеза для талантливых сочинителей среди «рабочих и крестьян»; «Вышка» в свою очередь имеет совсем другие ориентиры: с начала 90-х этот вуз, напомню, перешёл на так называемую «болонскую» систему образования)? Как ВШЭ собирается своих выпускников по такой экзотической специальности (хотя в дипломе она будет сформулирована «филолог») делать конкурентоспособными в современном российском обществе (что не всегда удавалось, опять же, Литинституту с его ранимыми птенцами – «литературными работниками»)?

Мы связались непосредственно с академическим руководителем будущих студентов «Литературного мастерства» в ВШЭ, известным писателем, литературоведом Майей Кучерской.

Майя Александровна, отталкивались ли вы, когда задумывали эту программу, в какой-то мере (в положительном или отрицательном смысле) от опыта и традиций Высших литературных курсов Литературного института им. А.М. Горького?

2 Kucherskaya– Честно говоря, нет. Образцом для меня служили британские и американские магистерские программы по creative writing. И отчасти Высший литературно-художественный институт (ВЛХИ) Валерия Брюсова, существовавший в Москве в 1920-е годы. Я внимательно читала программу этого института и почерпнула оттуда немало полезного.

А вообще, Литературный институт, по Вашему мнению, для этой новой программы ВШЭ – конкурент или, скорее, непересекающаяся параллель? В чём их основные отличия?

– По-моему, параллель. Основных отличий два. Мы много будем говорить о технической стороне литературного дела, потому что мы готовим ремесленников, литераторов-универсалов, которые сумеют создать умный, глубокий, яркий текст любого жанра. Наш выпускник – это человек эпохи Возрождения от литературы, который сможет стать и сценаристом, и романистом, и создателем компьютерной игры. Второе связано с первым – мы будем работать в тесной связи с потенциальными работодателями, готовить наших магистров к практической жизни и работе в конкретных компаниях. Вот как Блок сформулировал суть нашей программы: «Мы любим всё и жар холодных числ,/ И дар божественных видений,/ Нам внятно всё и острый галльский смысл,/ И сумрачный германский гений…» И у нас действительно будут курсы и по зарубежной литературе тоже.

 

Несмотря на дипломатичное устранение от критики коллег, из сказанного (отметим слово «отличия») вполне «вычитывается», что подготовить универсала-ремесленника, готового к практической жизни и работе, в достославном Литературном институте, видимо, по мнению некоторых специалистов, не всегда получается (или не получалось; ведь с недавних пор в Лите начала работу отчасти новая команда под руководством Алексея Варламова с несколько иными акцентами и установками). Второе, что бросается в глаза – прагматичная западная модель работы Вышки в противовес, повторим, всё-таки во многом советским, консервативным традициям Литинститута. В целом, установка на подготовку «писателя с маленькой буквы», «райтера» (выражения из интервью М.Кучерской на сайте ВШЭ) – кажется, беспроигрышный вариант. Впрочем, задача подготовки просто профессионального «литературного работника» вроде бы ставится и в Литературном институте. Это недавно в интервью «Литгазете» подтвердил его проректор по научной и творческой работе Сергей Дмитренко: «Наша цель – готовить квалифицированных специалистов для работы в литературном сообществе: в издательствах, журналах, газетах… Мы рады, что среди наших выпускников … и пресс-секретари, спичрайтеры».

Получается, конкуренция всё-таки, по крайней мере на уровне деклараций, будет. Однако давать нам оперативный комментарий по этому поводу Сергей Дмитренко отказался (опять, наверное, из дипломатических соображений), заметив, правда, попутно, что в Литинституте в целом к открытию новой, потенциально конкурентной, программы Высшей школы экономики отнеслись совершенно равнодушно. Может, и зря, как знать…

Лично мои симпатии пока ещё остаются на стороне Литературного института, который всё-таки продолжает благородный риск по взращиванию в своих памятных стенах, хочется верить, не столько «райтеров», сколько писателей с большой буквы и настоящих поэтов (риск, разумеется, в том, что чаще из гнезда выпадают совершенно не приспособленные к жизни и несостоятельные в литературе люди), и делает это в отечественных традициях большой русской литературы.

Впрочем, это всё теория. А кое-что о практике мы узнаем не ранее, чем через пару лет. Вдруг «Литературное мастерство» выдаст нам нового русского Диккенса или Хэмингуэя.

 

Евгений БОГАЧКОВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *