К постановке запрещено? Будет поставлено!

Рубрика в газете: Это мы уже проходили, № 2020 / 1, 16.01.2020, автор: Андрей САВЕЛЬЕВ

Книга Ильи Рубинштейна «Двадцать пятое по полудню» вышла в издательстве «Овертайм» с грифом на обложке «К постановке запрещено».
Почему так?
«Двадцать пятое по полудню» – сценарий сериала, пропутешествовавший по студиям и везде вызвавший восхищение, сопряжённое с вердиктом: «Жаль, нельзя поставить!».
Как вздохнул редактор одного из центральных телеканалов: «Ты же сам понимаешь, получилась очень несвоевременная штука. Потому что очень современная. Хотя вроде бы и про шестьдесят восьмой год».


«Двадцать пятое по полудню» рассказывает об участниках демонстрации на Красной площади 25 августа 1968 года против ввода советских войск в Чехословакию. Но и не только о них. Герои киноповести – цвет советской диссиды: Наталья Горбаневская, Лариса Богораз, Вадим Делоне, Павел Литвинов, Виктор Файнберг, Владимир Дремлюга, Константин Бабицкий а также Даниэль и Синявский, Анатолий Якобсон, Владимир Буковский, Анатолий Марченко, Пётр Григоренко, Александр Гинзбург… Люди настолько разные, что не могли они выработать платформу и концепцию развития страны. Они боролись здесь и сейчас с тем, что считали злом, несправедливостью и позором для Родины.
Поступок великолепной семёрки, вышедшей на Красную площадь с протестом, подвергался корректировке несколько раз. С началом перестройки бывших «очернителей» объявили героями и совестью нации, ретиво проводя параллель с декабристами. Меж тем, разница именно с декабристами у советских бунтарей была ощутима. Они в отличие от безнадёжно проигравших жизнь, но выигравших судьбу, декабристов и в мыслях не держали смены общественного строя, желая лишь в его рамках торжества закона и справедливости. Достаточно вспомнить их главный лозунг, адресованный властям, на митингах, ежегодно проводимых 5 декабря на Пушкинской площади – «Уважайте свою конституцию»! В сравнении с декабристами, исходя из последних исследований о попытке военной революции 1825-го года, диссиденты-шестидесятники были во сто крат романтичней, гуманней, беззащитней и дезорганизованней. Хотя, смелости, дерзости и силы духа им тоже было не занимать. Чего уж точно не скажешь о государственно-политических амбициях.

Россия. Москва. 25 августа. Участница демонстрации 25 августа 1968 года, поэтесса и правозащитница Наталья Горбаневская во время акции, посвященной годовщине со дня демонстрации в поддержку Чехословакии, на Красной площади. Фото ИТАР-ТАСС/ Зураб Джавахадзе

В 1991-м империя загнулась, подавившись нежизнеспособной идеологией, дегенеративной экономикой и показушной национальной политикой. И тогда бывших героев стали воспринимать в обществе в лучшем случае индифферентно, в худшем с упрёком: «И вы этого хотели?». Но в основном – всё-таки индифферентно, с оттенком «Было да сплыло… Неинтересно…» При том, что многие из видных диссидентов новое время просто не приняли. Как, к примеру, тот же Зиновьев, чей роман «Зияющие высоты» одно время считался Библией диссидентского движения. Ну, а отношение Солженицына к новой России известно всем.
И вот, на излёте 2010-х, человек поднявший историю противостояния кучки людей государству, обнаруживает новую её актуальность. И руководитель одной из телевизионных компаний ему говорит: «Да пусть твой сериал трижды хорош. Одного не понимаю – зачем ты его написал сейчас? Не пятнадцать лет назад, а именно сейчас».
Именно сейчас, когда Горбаневская с одиннадцатью единомышленниками 25 августа только уже 2013 года выходит на Лобное место с прежним лозунгом «За вашу и нашу свободу». Когда 25 августа 2018 на том же месте с тем же лозунгом задерживают внучку Горбаневской и двоюродного брата Вадима Делоне… И когда у стен Кремля убивают Немцова, а на следующий день в пятнадцатимиллионной Москве на митинг его памяти выходит не больше пятидесяти тысяч человек…

Одно из качеств настоящего драматурга, – он чувствует время так, что его опережает. Он знает, что будет актуально завтра.
Я помню, как крутил пальцем у виска, читая сценарий Ильи «Старлей, Победа и Весна», где во времена господства тарантиновских примочек предугадывалось возвращение жанровой эстетики советского кино. Сценарий этот купили на корню и фильм «Май» под режиссурой автора сценария и Марата Рафикова увидел экран.
«Двадцать пятое по полудню» появился на новом историческом витке, напоминая карманной и сытенькой системной «оппозиции», гордо заседающей в Думе, и оппозиции не системной обескровленной государством и дрязгами внутри, с чего всё начиналось. Как любили, надеялись и боролись люди с кристальной совестью, искренними заблуждениями и чем пришлось заплатить им за право выйти на площадь. Это чуть ли не первое произведение художественного плана, где диссиденты представлены не подсвеченными лампочками манекенами, а живыми людьми.

А тем временем запрос на протест возвращается, что продемонстрировал уже не август 1968-го года, а август 2019-го. И лицо этого протеста будет молодеть с каждым годом.
Рифма «август – август» не в последнюю, а, может быть, и в первую очередь повлияла на судьбу сценария Ильи Рубинштейна, опубликованного в формате киноповести в его новой книге. Хотя сценарий Илья закончил писать за год до августа 19-го, а значит никаких параллелей и аллюзий, которые так напугали продюсеров, в голове не держал. Но… Создаваемая им драматургия, видимо, уже держала, сорвавшись с авторского поводка. И здесь уже совершенно неважно, нравится это кому-то или нет. Просто грядёт историческая реальность, в которой фильм о советских диссидентах попросту неизбежен. С аллюзиями, рифмами или без таковых. Фильм, наполненный не симпатичной лакированной правденкой о тех близко-далёких временах, а нормальной, обыкновенной правдой.
Другой вопрос, – когда это случится?
Хотелось бы поскорее, поскольку задержка исторического процесса ведёт к застою, а это мы уже проходили.
И нам не понравилось…

 

Один комментарий на «“К постановке запрещено? Будет поставлено!”»

  1. Сам я книгу не читал, но она мне понравилась. Понравилась за смелость, за тему, поднятую в ней, за ее актуальность. Жаль только, что наш многомиллионный народ ее не прочтет, ибо погруженный в сладкий опиумный сон православия, кроме «Отче наш» и «Боже, царя храни» ничего читать уже не может.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *