Когда будем учитывать опыт интеграции Востока и Запада?

Рубрика в газете: Будем спорить, № 2019 / 25, 05.07.2019, автор: Мария НИКОЛАЕВА (САНКТ-ПЕТЕРБУРГ)

Откликнуться на статью А.Андрюшкина («Наука и церковь – одинаково обременены проблемами?», «ЛР», № 22, 2019 г.) меня побудил, во-первых, мой интерес к автору-коллеге-востоковеду, – с которым мы познакомились в Доме писателей Санкт-Петербурга на встрече с иранскими литераторами, где он выступал как переводчик с фарси. Во-вторых, проведя в общей сложности 15 лет в 33-х странах Европы и Азии, я многое знаю о взаимоотношениях науки и религии в мире, и порой меня удивляет, как об этих предметах рассуждают в России. Здесь любят щеголять термином «евразийство», но не хотят вдумываться в то, что же он должен означать в современных условиях. А мне посчастливилось многое узнать о происходящем сейчас реальном синтезе европейских и азиатских ценностей: этому способствовало и моё образование (антиковедение и индология), и фактическая география моих исследований, позволивших мне наблюдать проникновение западных ценностей в жизнь Востока и обратные процессы.


Нашумевшие события в Екатеринбурге, послужившие неким импульсом для нынешней полемики, уже многие охарактеризовали не как протест против строительства церкви, а как стихийное движение за сохранение зелёных зон отдыха горожан. Когда вы приезжаете в Китай, страну перенаселённых мегаполисов с ужасной экологией, вы каждое утро видите китайцев, выходящих на хотя бы относительно зелёные площади и скверы, чтобы упражняться в цигун и тайцзы. Напомню, там и так коммунизм и атеизм, речь идёт просто о стремлении к оздоровлению и поддержанию хорошей формы. Не случайно Китай вырывается в мировые лидеры, когда каждый китаец работает над собой, совершенством своего тела и гармонией эмоциональных проявлений. Именно этого не хватает россиянам во многих крупных городах, и вполне понятно их желание сохранить парк для пробежек и прогулок, тем более церквей очень много, и до них легко дойти, исходя из этого, протест надо понимать как выражение общечеловеческих потребностей в здоровом образе жизни.


Совсем недавно, 21 июня, отмечался Всемирный день йоги, который праздновали в Петербурге совместно с Консульством Индии. Йога без единого выстрела завоёвывает мир по одной простой причине: всего сотню лет назад тайные знания были открыты для всех, и ранее тщательно скрывавшиеся практики стали достоянием народа. А ведь йога – не просто оздоровление, но совершенствование здорового человека выше нормы. Православная церковь осуждает йогу, но не ведёт широкого обучения духовному деланию, которое доселе остаётся уделом только монахов. Уже многие философы проводили параллели между йогой и исихазмом, который я сама в юности практиковала по «Добротолюбию». Однако христианские психотехники в России мало известны не только широким массам, но даже тем россиянам, которые позиционируют себя как православные. Я сталкивалась с тем, что прихожане церквей даже не слышали о «Добротолюбии», и мне самой приходилось рассказывать им о существовании вполне адекватной замены йоги.
Сейчас в России быстро становится популярным и другой вид саморазвития: буддийская медитация випассана, особенно в формате ритритов, или, говоря по-христиански, затворов. Еду как-то в метро, а рядом одна студентка рассказывает другой, что она собирается десять дней сидеть в полном молчании. Когда я сама несколько лет назад проходила ритриты по випассане в монастырях Таиланда, там помимо монахов было много мирян, причём как тайцев, так и иностранцев – представителей любых вероисповеданий, хотя бы и мусульман. Из бесед с местными я с удивлением узнала, что в странах буддийского региона, особенно в Бирме, принято проводить отпуска в медитативных центрах, чтобы далее жить в миру в высоком духовном состоянии. Возможно, я не в курсе, но пока я не слышала, чтобы в России было принято уходить в монастырь на время отпуска, а ведь идея прекрасная! Принятие временного монашества предполагает, что каждому доступно обучение всем психотехникам прямо в монастырях, и люди владеют собой даже в самых тяжёлых обстоятельствах.
Интересен опыт Индонезии в плане конституционного равенства пяти религий при подавляющем большинстве мусульманского населения. Так, ислам исповедуют около 90%, а признаны законными также буддизм, индуизм, католицизм, протестантизм и позже конфуцианство. У нас конституционно закреплена свобода веры, но признаны четыре традиционных религии – христианство, буддизм, иудаизм и ислам. Однако возникает странное впечатление, когда, несмотря ни на что, многие называют Россию в целом православной страной, хотя здесь одних только мусульман по официальной статистике около 20 миллионов! Царская Россия в начале ХХ века пыталась установить равенство религий, для чего в столице – Санкт-Петербурге – были возведены соборная мечеть и буддийский храм, а синагога была построена немногим ранее. Однако постсоветское возрождение религий не отличается такой очевидностью, какую демонстрирует, например, комплекс «Панча-шила» на острове Бали, где все пять храмов стоят рядом!
Европейский опыт мультикультурализма доходит до таких степеней терпимости, что непосредственно в католических монастырях порой проводят дзенские медитативные ритриты, о чём я знаю от коллеги, который сам в таковых участвовал во Франции. Другой пример духовной кооперации: дзенский медитативный центр на юге Индии, построенный протестантским священником. Но в России мы слышим от церкви только то, что заниматься медитацией вредно уже просто потому, что она не православная. Однако проведено много научных исследований в институтах Европы, я сама встречалась с индийским йогом, которого изучали в космической лаборатории, и объективное рассмотрение давно подтвердило реальность происходящих изменений в человеческом сознании и даже физиологии; эти изменения давно не считаются мистикой. Конечно, медитация – слово латинского происхождения, и в католических храмах часто есть пособия по христианской медитации, мне попадались в Вене и других городах.
Осуждая йогов за приверженность к сверхъестественным способностям, православные священники даже не в курсе, что в классической йоге отношение к «сиддхам» (экстрасенсорике) примерно такое же, как к «прелести» в христианстве. Да, духовное делание, как это было и у святых отцов, и у ведических риши, открывает видение невидимого. Но мы находим предупреждения у древних индийских комментаторов, что чрезмерное увлечение паранормальными опытами отвлекает йога от пути к освобождению и отдаляет его от единения с богом. Однако многие тонкие проявления опять-таки совершенно научны, поскольку йоги развивают свои органы чувств для восприятия, поэтому даже так называемые мистические явления остаются в рамках реальности, данной нам в ощущениях, если пользоваться классическим определением материализма. Научный подход к йоге привёл к созданию целых исследовательских институтов как в Индии, так и в Европе, и вот этого синтеза науки и религии, мне кажется, по-прежнему не хватает в России.
Выше я отмечала всеобщую доступность в Индии ценностей йоги, в отличие от стран христианской традиции, где духовное делание остаётся тайной для посвящённых. Но существует и другой аспект проблемы, противоположный. Например, в России и в Европе фитнес и спорт доступны всем подряд: заплатил деньги – и приходи в спортзал заниматься. В традиционном индийском обществе было не так, и в сегодняшней Индии сохранились остатки этой традиции. А именно: к занятиям йогой, в том числе, и к связанным с йогой физическим упражнениям, и к боевым искусствам, допускались не все, а только люди, прошедшие определённое испытание, чтобы доказать чистоту своих намерений. Опасность йоги в случае «плохого человека» достаточно очевидна. Йога усиливает тело, и злой человек причинит больше вреда. Йога усиливает энергию, и коварный человек распространяет негативные эмоции. Йога усиливает разум, а злонамеренный человек способен реализовать все свои дурные замыслы. Однако как осуществлять такой отбор в современных условиях? Не обуславливать же допуск в фитнес-центры и к профессиональному спорту (это гораздо опаснее: вспомним случай с футболистами Кокориным и Мамаевым) созданием каких-то «комиссий по этике» при фитнес-залах и спортивных секциях? На эти вопросы у меня нет ответов.
Конечно, в России запрещена религиозная пропаганда лицами, не принадлежащими к зарегестрированным организациям. Но такие дисциплины, как йога или випассана, в принципе не являются религиозными, они относятся к сфере практики, или психотехники. Здесь вообще отсутствует элемент веры, на Востоке главным аргументом в пользу занятий служила сама личность, которая впечатляет своим уровнем достижений. Однако, такой человек занимается йогой исключительно для себя, и он ничуть не собирается никого вокруг менять. Восточный учитель не станет учить, пока его не попросят, а будет молчать по самой простой причине, как мне однажды ответили: «Кому надо?» Неудивительно, что нашумевшее недавно административное дело Дмитрия Угая, читавшего лекцию по философии йоги и обвинённого в пропаганде, было им выиграно окончательно и после апелляции. Йога исключает проповедь по определению. Это сознательное единство, где нет клейма «иноверцев».
В данном контексте, Александру Андрюшкину можно было бы поставить в упрёк склонность обострять проблемы, но здесь он выступает как истинно русский человек, а не равнодушный йог, остающийся бесстрастным наблюдателем всего сущего в мире, за что я ему искренне благодарна как инициатору полемики.
Итак, я могу сделать два важных вывода из своих наблюдений. Во-первых, российское общество не выполняет функции «моста» между Востоком и Западом, а интеграция восточных и западных ценностей во многом происходит напрямую, как бы мимо России. Во-вторых, слабая координация религии и науки в нашей стране оставляет некий люфт, где пустое пространство для людей, не удовлетворённых как религией, так и наукой, занимают именно восточные психотехники (йога, випассана и др.) и западные методы (коучинг, консалтинг и др.). Концепцию евразийства следовало бы пересмотреть ещё более прицельно: продолжает ли самоизолирующееся связующее звено развиваться?

 

4 комментария на «“Когда будем учитывать опыт интеграции Востока и Запада?”»

  1. Думаю,что этот спорный вопрос вмещает не только религии и психотехники,но и идеологию с психиатрией!!! А в постсоветской России «пустое пространство» успешно заполняется мистикой,далёкой от разума.

  2. У меня простые вопросы к Марии Николаевой:
    1. Где похоронены Ваши родители? На каком кладбище? Если на православном, то вы не предаёте своих родителей, историю?
    2. Если на православном, то на каком мировоззрении («религии») вы будете воспитывать своих детей? Есть ли у вас дети и сколько вам лет?
    3. Вы набрались Всяких знаний. Зачем вам нетрадиционная идеология на территории православной России. Кроме методов йоги, катаре, джиу-джитсу и т.п. есть Русские методы физического развития и самообороны. Можно и даже нужно овладевать восточными методами, но это не значит, что нужно брать «чуждую философию».
    4.У нас есть Православие и история Православной России, где наши предки не позволили ассимилировать русско-славянский православный этнос!
    5. Может это у вас- Горе от ума?

  3. Простые ответы на простые вопросы:
    1. Мои родители ЖИВЫ!!!
    2. У меня нет детей, мне 48.
    3. Я живу годами по всему миру.
    4. Это не вопрос, а Ваше мнение.
    5. Это тоже не вопрос, а Ваше отношение.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *