Опасна ли армия для наших мальчиков?

Рубрика в газете: Идёт призыв, № 2019 / 39, 24.10.2019, автор: Николай ДРОНОВ (ТУЛА)

1 октября Президент В.Путин подписал Указ о проведении в России очередного призыва новобранцев на срочную военную службу. По случаю сразу хочется сказать, что после известных «дел» (и «делишек») уже экс-министра обороны РФ лейтенанта запаса А.Сердюкова, армия заметно оправилась. Но до сих пор далеко не все последствия его «чёрной оптимизации» устранены. Особое беспокойство у людей и ныне вызывает вопрос состояния воинской дисциплины и взаимоотношений рядовых воинов как между собой, так и с непосредственными начальниками.


…До сих пор перед глазами первый грубый цинковый ящик из Афганистана, при виде которого старые женщины села N (на Буковине) падали в обморок (не зря со мной постоянно находился врач). Были и подстрекатели. На удивление, одним из них оказался подвыпивший офицер милиции. Были и попытки некоторых должностных лиц отказать в нужной помощи семье погибшего. Были и попытки топорами вскрыть цинк и даже выкопать с той же целью гроб из могилы, чего допускать было совершенно нельзя. Это же смерть в бою, а не в постели. Да и время, прошедшее со дня гибели солдата-интернационалиста, часто бывало большим, что делало недопустимым вскрытие гроба.


Представим себе, роковая пуля или мина «нашли» нашего бойца на горном перевале, на высоте 3–4, а то и более тысяч метров. Сколько времени и усилий нужно, чтобы, где на верёвках, где на руках с неприступных скал и обрывов спустить тело погибшего вниз, потом доставить в тыл, потом на промежуточную базу (вертолёт в горах далеко не всегда мог выручить). И лишь затем – на последнюю прямую, и то при условии лётной погоды.
Всё осложнялось вдвое-втрое, когда эвакуация проходила под губительным огнём, когда не прекращалось выполнение боевой задачи на незнакомой, непривычной и враждебной территории. Кроме того, в Афганистане было (и есть) предостаточно мест опасных в санитарно-эпидемиологическом отношении, где многие наши военные заболели и умерли, а другие мучаются до сих пор, состоя на специальном медицинском учёте.
Через два дня после похорон отец погибшего десантника, похоронивший перед этим ещё и любимого дядю, находясь в алко-депрессивном состоянии, облил себя в сарае керосином и поджёг.
Пришлось экстренно отправлять страшно обожжённого в Киев и помещать его в лечебный ожоговый центр. Когда после излечения пострадавший с супругой – она постоянно находилась рядом, так как давала кожу для пересадки – возвратились домой, я вручил им посмертный сыновний орден Красной Звезды. По известному ритуалу освятили награду, помянули героя-сына. Но и после этого родители остались при своём мнении: мол, их сын всё-таки жив, а в земле находится… другой. Их вера основывалась на том, что в стране действительно было несколько «счастливых случаев», когда в силу стечения обстоятельств «чёрный тюльпан» доставлял роковой груз не по адресу.
Учтя горький опыт первых таких похорон, во второй (и третий – последний) раз я приказал обшить цинк красным материалом с бахромой, провёл детальные беседы с молодёжью и активом сёл. Такой же разговор состоялся у меня и с воинами, сопровождавшими останки погибших. Кстати, внимание к этим бойцам со стороны населения было исключительным! В итоге нелёгкие тризны прошли с полным пониманием односельчан, их сочувствием и помощью не только убитым горем семьям, но и мне, военкому! Вот тебе и Западная Украина! Кстати, по их горячей просьбе, взял грех на душу – продлил этим воинам их командировку, чтобы могли проведать своих родных…
На этом у меня и закончились Буковинские интерпогребения, хотя и мирные трагические случаи тоже оборачивались нелёгкими испытаниями.
Даже не знаешь, как относиться к трагедиям, когда один земляк в солдатских погонах умер от алкогольного отравления, а второй – утонул в результате самовольного купания в незнакомом месте. Беду случайно увидел 9-летний мальчик. Он-то и рассказал, и показал, где запутался в водорослях и захлебнулся несчастный пловец. Труден и сложен был разговор с безутешной матерью, безумно требовавшей у меня живого сына, раз она живого отдавала его мне в армию. Какие мои слова могли утешить её, коль не было главного – её сына!
Третий военнослужащий погиб на охраняемом автопарке от рикошетной пули, после того как его безалаберный сослуживец выстрелил из автомата по голубям! Какой шок пережили родители убитого солдата – сорокалетняя красавица-мать и семидесятилетний отец, потерявшие единственного сына, можно догадаться без моей дополнительной информации…
Четвёртый погибший – военный водитель, призванный из другого села N (Буковина), – находясь в рейсе, самовольно отклонился от маршрута движения. При замене колеса у прицепа, из-за ненадёжной установки домкрата оказался подмятым сорвавшейся рамой. Через несколько дней его нашли мёртвым вертолётчики, участвовавшие в поисках пропавшего в казахстанской степи.
В этом же селе, чуть раньше был осуждён призывник-сектант, официально отказавшийся идти на службу по религиозным мотивам. Такие страдальцы «за веру» (нередко липовые), возвращаясь домой, получали от секты дорогие презенты в виде мотоциклов и даже автомашин. Их регулярно отпускали с «зоны» домой, о приличной зарплате, вольном проживании в общежитии и прочих поблажках «воспитательного» значения, я уже не говорю. На похоронах погибшего водителя, мать осуждённого отказчика сказала матери, потерявшей сына: «Мой-то «на химии», но живой, а твой – герой, а мёртвый…».
Так и хочется сказать призывникам и их родителям, что многих несчастий удастся избежать, если первые будут постоянно помнить, а вторые неустанно напоминать: военная служба полна неожиданностей. Одно дело погибнуть в бою, и другое – расстаться с жизнью из-за собственной беспечности, бездумности, безответственности. Провожая ребят в армию, мы всегда говорим «до свидания», а не «прощай». Напутствуем свою смену служить, как следует; во имя жизни, а не только во имя конституционного долга или контракта.
Трагически погибший отставной генерал А. Лебедь в своей книге «За державу обидно» писал, что он скрупулёзно подсчитывал свои потери в Афганистане. В итоге оказалось, что 52% были потерями в бою, а 48% – «по дури», то есть по пьянке, недисциплинированности и безответственности. Эти цифры только подтверждают моё однозначное мнение. Если уж в боевой обстановке небоевые потери составили целую половину, то в ожидания «дембеля» они составляют основную часть. Кстати, самое убойное время службы – это когда «дедам» остаётся несколько месяцев до увольнения в запас.
По теме печального разговора волей-неволей напрашивается вопрос, а как эти самые показатели выглядели у Красной Армии в годы Великой Отечественной войны? Отвечу, даже там, на войне, не простая наша человеческая натура тоже давала о себе знать, притом тоже самыми горькими цифрами. Наши небоевые потери составили тогда 555,5 тысяч воинов и командиров или 12% по отношению к безвозвратным потерям только на поле боя (4.470 тысяч человек).
Для сравнения, у евроагрессоров, «по дури» погибло 250 тысяч человек, соответственно, 4,2% от их безвозвратных потерь на поле боя (6.372 тысячи).
Тяжелы для восприятия уже приведённые армейские цифры, факты и случаи, но и они явно блекнут на фоне жизни в привычных условиях гражданки. С чем можно сравнить ежегодные 30 тысяч утопленников, 50 тысяч жертв транспорта, 30 тысяч павших от рук убийц, 90 тысяч отравленных алкогольным пойлом, 70 тысяч самоубийств?..
По словам начальника УМВД РФ по Тульской области генерал-майора С.А. Галкина, сказанным на недавней «Прямой линии», в нашем краю, только за 6 месяцев текущего года, только на дорогах погибло более 100 человек!.. Напомню: за 10 лет боевых действий в Афганистане там погибли 82 интернационалиста родом из Тульской области или в среднем 8 человек за год, или в 77 раз меньше, чем у мирян! А что же «радетели-пацифисты»? Молчок! Понятно, по их «сердобольной» деятельности, дома смерть – по своей вине, а там – «по вине» государства…
Безусловно, нельзя сравнивать личный состав Вооружённых сил с общей массой населения. В конечном счёте армия достаточно избранный и закрытый дом, а командирской власти у каждого начальника достаточно, чтобы обстановка в коллективе была контролируема и соответствовала установленным требованиям. Но ведь экстремальность условий службы, сложность и рискованность решаемых задач, постоянное наличие в руках оружия, концентрация молодых людей самого горячего возраста, разных убеждений, вер, воспитания, нравов, привычек, обычаев. В последнее время многие новобранцы заражены иждивенчеством, а подчас цинизмом, стяжательством, рэкетом, национализмом. Всё это подтверждает: эксцессы в армии не случайны. Куда денутся таковые от самих себя, даже надев камуфляжную форму! Поэтому и нужно нам самим своевременно говорить о теневых сторонах службы, об истинных причинах и виновниках появления ЧП.
Считаю, что настала пора вслух, честно и открыто сказать, что большинство наиболее здоровых, грамотных, благополучных, без ограничений годных к строевой службе призывников оседают на дне привычной, тёплой и расслабленной гражданской жизни. 10 тысяч «рекрутов» ежегодно в дни призывных кампаний прячутся за рубежом. Меньшая часть, гораздо менее здоровая, менее грамотная, менее социально защищённая, но больше всех обойдённая современной жизнью, становится в строй! 12% наших призывников «на ты» с наркотиками, 30% – с алкоголем, 50% – заражены сексом, 25% уже совершили правонарушения. По данным Генштаба, «кое-кто» из наших бойцов не способен решить даже простейшую математическую задачу, а у некоторых, только начальное образование…
А вот и виды на «перспективу». В России сейчас один миллион беспризорников (при живых родителях), один миллион нигде не учащихся детей, 500 тысяч сирот, только за один год 300 тысяч девочек делают (только зарегистрированные) аборты, а 60 тысяч их подружек (ежегодно) становятся мини-мамами! Многие тысячи молодых людей стоят на учёте милиции как социально опасные для окружающих!
Падение нравов у младороссов таково, что даже одиозный фонвизинский Митрофан из «Недоросля» выглядит предпочтительнее. Тот, как известно, «не хотел учиться, а хотел жениться», а его современные последователи, не хотят ни учиться, ни жениться, а хотят… сожительствовать.
Честь имею!

Николай ДРОНОВ,
полковник в отставке

10 комментариев на «“Опасна ли армия для наших мальчиков?”»

  1. Если армия разом оправится, то не продохнешь. Шагу не ступишь, чтоб не увязнуть по щиколотку. А главное, где у Митрофанушки падение нравов? Перечитали б Фонвизина, бравый полковник в отставке, а то возводите напраслину.
    Неотесан, необразован, глуп бескрайне. Но падение нравов? Это ж не чиновник Роскосмоса, у которого спутники то и дело пикируют, а ракеты, если и летают, то низенько-низенько, по-над стартовым столом.

  2. «50% заражены сексом» — это круче, чем эпохалка «В СССР секса нет». Странно, что простая мысль о том, что гетеросексуальная половая активность к 18 годам — это физиологическая норма в голову полковнику в отставке не пришла за всё время службы в армии. Знаете что страшно реально — у нас в стране идёт социальное расслоение общества и приведенные в предпоследнем абзаце цифры (хотелось бы узнать их источник) — это всего лишь его следствие.

  3. А с точки зрения полковников в отставке — лучше нее и нет ничего на свете. Но он же не родитель, он отец солдатам, среди которых 50 % заражены сексом, а остальные на ты с алкоголем, наркотиками и правонарушительством. В семье не без уродов. Но чтобы столько?

  4. Только что прочитал, что в Забайкальском крае солдат-срочник расстрелял 8 человек. Предполагают нервный срыв из-за личных причин… После такого что думать?

  5. Молодец автор Николай ДРОНОВ (ТУЛА), что честно оценил «деяния» мебельщика Сердюкова.
    Но написанное напрягло:
    -только по прочтении многих строк становится понятным, что автор военком,
    — в написанном не чувствуется сочувствия к родителям погибших,
    — зачем в пример поставлен «паровоз ельцина» генерал Лебедь — есть другие более достойные офицеры Советского Союза,
    — поерничал автор над «радетелями-пацифистами», о «вине государства» (хотя сегодня огромные вопросы именно к государству по воспитанию молодежи).
    Автор полковник в отставке Николай ДРОНОВ в своей статье не сделал выводы — к кому обращена эта статья? Думаю, что все-таки к верхней власти России. Как честно обратился подполковник КГБ Малашенко Виктор Александрович к полковнику Путину.

  6. Для Guest: Боюсь это не армия опасна, а общество, которое прямо сейчас делится на рабов и господ. И, кстати, по поводу расстрела в Забайкалье — просто описание как это было — без причин произошедшего.
    «По предварительным данным, солдат-стрелок прослужил всего четыре месяца. Он открыл огонь по сослуживцам во время смены караула: сначала выстрелил в капитана, когда остальные легли на пол — начал расстреливать их. Своим жертвам солдат целился в голову, затем добивал контрольными выстрелами».
    Ничего не напоминает? Мне кажется очень конкретное воспроизведение сцен из боевиков. Вот и думайте…

  7. Здесь уже был комментарий о том, как группа подростков пытала своего сверстники изощренным способом. Когда их спросили, почему они выбрали именно этот способ, они сказали, что заимствовали его из кинофильма. Неудивительно, что и упомянутый солдат не сам придумал, как расстреливать своих сослуживцев.

  8. Для Анонима.
    Вы абсолютно правы — нашим детям готовые сценарии поступков в избытке поставляет ТВ и кино. Но я немного не это имел в виду. Это не действия человека в состоянии аффекта (я имею в виду — простите за цинизм — контрольные выстрелы в голову). Это действия убийцы, хладнокровно продумавшего план убийства. Сейчас много пишут о старлее, «кошмарившем» этого бойца. Причём пишут со слов уже отслуживших в этой части. Почему отслужившие не сообщили об этом никому — ведь они уже от старлея никак не зависели? И — второе — армии нужны независимые психологи — не надо им погон, дайте людям приличную зарплату и не от МО, а от Минздрава. И начинать свою работу они должны в военкоматах и не с призывников, а с военкомов, ничтоже сумняшеся выдающих перлы о «зараженных сексом» и т.п. .. А допуск бойца к оружию? Кто принимал решение? Кто тестировал? Вопросы, вопросы…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *