Печальный фараон

Рубрика в газете: Страна поэтов, № 2026 / 36, 11.09.2026, автор: Юрий ТАТАРЕНКО (г. Новосибирск)

В 2026 году в книжной серии «ПодбоРКа» рыбинского издательства «РК» вышел сборник мурманского поэта Ильи Виноградова «Неполнокрылый серафим». Прежде произведения 48-летнего автора, окончившего физмат МГПУ, печатались в журналах «Дружба народов», «Наш современник», «Север», «День и ночь», «Сибирские огни», «Бельские просторы», а также в «Литературной газете» и других изданиях. Автор семи поэтических сборников с 2020 года возглавляет Мурманское отделение Союза писателей России.

 

 

Книгу сопровождают отзывы маститых поэтов – Виктора Пеленягрэ и Нины Ягодинцевой. Говоря о младшем коллеге по литцеху, Нина Александровна отмечает:

«Его поэтическая вселенная раскинулась между тремя океанами – Северным Ледовитым, Атлантическим и Индийским… Самые разные бытовые ситуации, сюжеты, картины… сплетаются в пеструю, красочную ткань жизни. И это происходит так же просто и естественно, как и чудесно».

Отрадно, что в своё путешествие по вселенной творческих поисков Виноградов радушно приглашает читателя.

Главные темы для поэта и гражданина – судьба родины, предназначение человека, значимость искусства поэзии. Илья Виноградов исследует их в вагоне поезда.

 

Стихам не нужен сон и дом –

А только тишина.

Я сплю без сна, и за окном

Качается страна;

Колышется купель небес,

Строга и холодна;

В неё воткнул макушки лес –

И не достал до дна.

 

Но за всё нужно платить. Самое трагичное в жизни – потерю близкого человека, разрыв долгих отношений – суровый мурманчанин подаёт с легкой улыбкой, скрывающей тяжесть на сердце:

 

Махни, улыбнись беззаботно –

Не как у последней межи –

И сделай привычное что-то…

Вон, шарф потеплей повяжи.

 

И далее:

 

Как Сусанин под музыку Глинки,

В лес ушёл я по свежей тропинке…

А снегам ни конца и ни краю.

 

Но тут же вырывается трудное признание:

 

Даже если тропка хороша –

Всё равно печалится душа.

 

Душа поэта жива, и это главное. А значит, неотменимо поэтическое видение мира:

 

Есть не птичьи права у пичуг

На небесный лазоревый луг…

 

И можно кожей почувствовать точку экзистенциальной бифуркации:

 

Сев на мизинец, стрекоза

Смирила трепетанье крыльев.

Весь мир объявшие глаза

На миг на мне одном застыли:

Бездонной пустотой от них

Повеяло…

 

И всё чаще посещают мысли и

 

О том, что обретенье рая

Ещё не близко на Земле,

 

и том, что всё проходит – но дай бог, чтобы не бесследно. Как ни крути, жизнь, состоящая из тревог и надежд, радости и боли, умещается в четыре глагола.

 

Ходил, страдал, любил, примял траву,

Оглянешься – а след зарос, нехожен.

 

Певец минимализма, Виноградов – в диалоге с хитом группы «ДДТ»:

 

Нарисуй что-нибудь на окне

И шепни на прощанье рекой.

Это всё, что останется после меня.

Это всё, что возьму я с собой.

 

Поэту-путешественнику необходим свой сопровождающий. Лирического героя Ильи Виноградова посещает «посланец вечности», ангел – в виде стрекозы с двумя парами крыльев. Для чего? Помочь в самоидентификации. И – вот оно, приходит понимание:

 

Я в душе – фараон печальный.

 

Но для этого надо было посетить дальнюю страну с её не стряхиваемыми песчинками.

 

Дня огонь отпылал и сник,

Опрокинулись ввысь чернила,

Отшумевший утих тростник.

Как стихи. Как любовь. Как родник

У заиленного Нила.

 

 

Но после писательских поездок в ЛНР у Виноградова рождаются совсем другие строки:

 

В роще тополя-калеки

Минами иссечены.

Света нет в библиотеке –

Есть могилы у стены.

 

Поэту свойственна и горькая усмешка:

 

Из пластиковых джунглей

Глядеть, тоску гоня,

На выстывшие угли

Великого огня.

И, слушая, как камни

Ведут свой разговор,

Признаться, что за нами

Не будет и того.

 

«Итог» – это важное слово прорывается в поэтическую речь. И хорошо, когда результатом прочувствованного события является стихотворение.

А впереди – новые встречи и новые разлуки. То есть – ничего нового «с точки зрения вечности». Но есть азарт рассказать обо всем увиденном и пережитом по-своему. И вот уже зима признаёт своё поражение.

 

Солнце бросит лучистую россыпь,

С белым флагом отступит мороз;

Но над вазой – огнём вечным – розы,

Что тебе на прощанье принёс.

 

Поэт утверждает: вечный огонь – не только на монументах.

А ещё «жарко десять лет подряд» в донбасских степях: «Сверху пламя, снизу пламя». Несомненно, главное действующее лицо этой книги – огонь. Испепеляющий, уничтожающий – и обновляющий, благодатный.

Поэт Виктор Пеленягрэ высоко ценит поэта Виноградова:

«Лирика для него остаётся не только звуком, но и эмоциональной правдой. Даже если погаснет свет, Илья Виноградов продолжит искать эту правду – с ручкой в руке и открытым сердцем. Когда-нибудь напишут историю этих строк, и мы поймём, сколько истин и заблуждений таили в себе эти открытия».

Новый сборник мурманского поэта уже сейчас наводит на размышления. Да, фараоны XXI века – не вершители судеб, но властители дум. Но есть существенное отличие. Фараонов чтут – поэтов читают. И на том спасибо.