Песни Меджнуна

Рубрика в газете: Поэтический альбом, № 2024 / 9, 08.03.2024, автор: Анастасия БОЙЦОВА (г. Орёл)

Анастасия Бойцова – поэт, драматург. Член Союза писателей России с 2009 года. Автор трёх книг: «Стихотворения и поэма» (2008), «Легенды и апокрифы» (2014) и «Легенда о Вис и Рамине» (2020). Её произведения публиковались в журналах «Подъём», «Новый Енисейский литератор», альманахах «Орёл литературный» и «Лесной орех», интернет-альманахах «Артбухта» и «45 параллель». Родилась и живёт в Орле.


 

ПЕСНИ МЕДЖНУНА

 

                                1.

Оттого я безумен, что мать меня родила;

Что недвижна земля; что днем молчат соловьи;

Оттого я безумен, что имя тебе – Лейла;

Оттого я безумен, что эти глаза – твои.

 

Оттого я дик, как шакал, и худ, как скелет,

Оттого слова мои – пламя, а стоны – дым,

Что из тысячи тысяч ступающих по земле

Нет ноги, что могла бы оставить твои следы.

 

Оттого-то, как только прохладой пахнет в окно,

Я безумен. Я вижу тебя. Я с тобой вдвоём.

Что мне проку хвалить твои очи и губы, Ночь?

Кто сгорел, тот не хвалит ожоги в сердце своём.

 

                         2.

За пуды серебра покупают жён,

Словно море, текут по степи стада, –

У меня только нож, да и тот чужой,

Только сердце, да разве ж его продашь?

 

Две сумы я надел, да и те пусты,

Три страны я прошёл – на тебя взглянуть.

Что пуды серебра для такой, как ты?

Всё равно, что за грош торговать луну.

 

Где возьму я парчи тебе для шатра?

Из каких самоцветов построю дом?

У меня только нож, да и тот украл;

Только краденый нож, да своя ладонь.

 

Но из тех, кто рабом для тебя служил,

Никому не гордиться ни перед кем:

Разве что-нибудь, кроме крови из жил, –

Это плата за ночь на твоей руке?

 

Нет вина у меня – напоить гостей;

Нет ума у меня – уж не первый год…

Только нож у меня – рассчитаться с тем,

Кто под свадебный кров тебя поведёт.

 

                                3.

Я – на руке у тебя перстень с печатью, девушка:

Мной запечатано слово твоё любое.

Я – у тебя под ногою камень брусчатый, девушка:

Каждый твой шаг отзывается в сердце болью.

 

Я – непривязанный пёс, и если луна – ты,

Плач мой несётся к тебе на дороге горной.

Я – у тебя под фатою цветок граната:

Запах волос твоих перехватил мне горло.

 

Я – бесноватый, юродивый, грош цена мне,

Брошенный камень, волны разнесённый рокот.

Я – под перстами истерзанных струн стенанье,

Падаль, присохшая взглядом к твоим воротам.

 

Имя моё для тебя – плод недоспелый, любовь моя.

Сорванный лист на ветру меж летящих сонмищ.

Имя моё для тебя – песнь без припева, любовь моя:

Даже и в сонном бреду ты его не вспомнишь.

 

Что же во мне, как огонь в пустоте ночи,
Победоносное имя твоё звучит?

                               4.

 

               Передайте той, белогрудой, –

                 Пусть наденет синее платье.
                 Видеть в синем её – проклятье,
                 Я смотреть на неё не буду,
                 Убегу, уеду, забуду…
                 Сотвори, о Господь мой, чудо:
                 Обесцветь проклятое платье,
                 Перекрась синий цвет повсюду…
                              (Наапет Кучак)

 

Клином солнце тянется от дверей,

Под окном премудрствуют сизари…

Я хотел бы певчим быть при дворе,

Чтобы синее платье тебе подарить.

 

Чтобы стали блеклыми пред тобой

Свод небес и моря лазурный вал,

Я пошёл бы горше, чем на разбой, –

Для воров бы на площади танцевал.

 

Я бы отдал золота – сто возов,

Сам за это бы нищим в тюрьме зачах,

Чтобы самый синий в мире узор

Заиграл бы парчой на твоих плечах.

 

Я запродал бы клочья своей души,

Чтоб оно предстало моим глазам;

Я сапфирами дал бы его расшить –

Пусть рабыням достанется бирюза!

 

Но бессильны руки мои, и не-

У кого просить: нищета и сор.

А в чертоги сильных в любой стране

Не пускают петь ободранных псов.

 

Никогда бы ты не стала носить,

Не взяла бы подарка из этих рук…

И во сне мне снится смертная синь,

Застилая зной на сером ветру.

 

                       5.

В кабаке густеет пьяный дым,

В кабаке пирует всякий сброд…

Нынче пью с бродягою одним,

Что сидел на камне у ворот.

 

И на пальцы, скрюченные вдрожь,

Ты ему, из дома выходя,

Уронила в пыль блестящий грош –

Каплю золотистого дождя.

 

До кончины дней его тугих

Он теперь от стужи защищён:

Отдал башмаки ему с ноги,

Обменялся платьем и плащом;

 

Отдал всё. И нет тому причин,

Чтобы нам не пьянствовать вдвоём:

Место у ворот теперь моё –

Я его навеки получил.

 

Кто тебя не видел – не постиг,

Что таится в слове «навсегда».

Мне теперь отсюда не сойти

Даже в час последнего суда.

 

И ни часовому на посту,

И ни башне в каменном тыну…

Я корнями в камне прорасту,

Ветви над оградой протяну,

 

Уподоблюсь тёрну и плющу,

Стану тамариском и травой…

Я корнями сердце проращу

Посреди булыжной мостовой.

 

Чтобы не сумела миновать

Ни в одной из троп твоих земных –

Для того я выкупил права

На своё владенье у стены.

 

В кабаке бессумрачные дни,

В кабаке щербатая луна…

Нынче пью с бродягою одним,

Пью и упиваюсь без вина.

 

Всю неделю ни куска во рту

Не держать почти наверняка –

Все монеты отдал я за ту,

Что дала ему твоя рука.

 

                           6.

Пятьдесят у тебя рабов, клеймёные лбы.

Пятьдесят у тебя рабов и сорок рабынь;

Затеряться бы в этом стаде, став посреди…

Пятьдесят рабов. Со мной – пятьдесят один.

 

Пятьдесят женихов (был бы с ними, если бы мог).

Пятьдесят теней, обступившие твой порог,

Пятьдесят трофеев к чести отцовских седин…

Пятьдесят влюблённых. Со мной – пятьдесят один.

 

Пятьдесят ночей не могу осилить тоску.

В полусотый раз мне снится, как по песку

Увлекают за трупом трупы, с ножом в груди…

Пятьдесят убитых. Со мной – пятьдесят один.

 

                            7.

Ты замкнул небеса для меня, Творец!

Просверлил глаза мне Твой окоем!

Я бы стал святым на своей горе,

Если б я любил Тебя, как Её.

 

Убери с души мне каменный груз –

Я, как птица, взлечу к Тебе в вышину!

Вместо этого ниже и ниже гнусь,

Ни рукой, ни ногою не шевельну.

 

Ни движенья, ни сил у меня в груди –

Только эта проклятая там, внутри…

Отвори небеса Твои, Господин.

Забери навсегда меня… забери…

 

                                  8.

Руки высохли. Рот и глаза затянуло льдом.

Даже имя утратил– не помню, когда и где.

Только пепел остался от места, где был мой дом.

Как живой среди мёртвых. Как мёртвый в мире людей.

 

Что за тени вокруг разевают немые рты?

Не могу я думать о них, если снилась ты.

 

Кандалами клубится дороги призрачный шелк.

Я зажал себе уши, пытался закрыть глаза –

Я ушёл от тебя, я ушёл от тебя, ушёл!…

Каждый стон в измождённых суставах тянет назад.

 

Кто сказал мне о Боге? – Ступайте в свой монастырь!

Не могу я думать о Нём, если снилась ты.

 

Для чего ты убила меня? Для чего я жив?

Для чего я иду? Для чего обречён дышать?

Это просто во сне я скитаюсь в мире чужих,

Это просто ступни обжигает мне каждый шаг,

 

Это просто горячка во лбу не хочет остыть…

Как могу я думать о ней, если снилась ты?

 

Отнялись и глаза, и язык, и на шраме шрам,

А на месте дома – лишь пепел кружат ветра;

Ничего впереди и глумливый смех за спиной…

А куда я иду, не знаю. Мне всё равно.

 

Что за смерть меня встретит в дороге? – Мысли пусты.

Как могу я думать о ней, если снилась Ты…

 

 

БОЛЬ

 

Расходящимися кругами

Камня, брошенного в прибой, –

Боль когда-то была другая,

Молодая, звонкая боль.

 

Расходившимися перстами –

Всех бескрайностей водопад! –

Боль когда-то была ристаньем;

Боль теперешняя – лопат

 

Стук о мёрзлую землю. Вольно!

Опустите армады жерл.

Боль когда-то была не болью.

Боль теперешняя – уже

 

Не моя, и сражаться не с кем.

Скоро стихнет само собой.

Боль когда-то была – как песня;

Боль теперешняя – не боль,

 

Просто смерть. Распрягайте сани –

Три одра не чувствуют плеть.

Просто тихое угасанье

Для всего, что может болеть.

 

Просто тихое, словно «здравствуй»,

Подступление немоты.

Боль когда-то была прекрасна.

Боль ушла. Так уйдёшь и ты,

 

Жизнь…

 

2 комментария на «“Песни Меджнуна”»

  1. Это поэзия?:
    “Расходящимися кругами
    Камня, брошенного в прибой”.
    – Круги расходятся на спокойной воде.
    А круги в прибое???

    “Распрягайте сани”.
    Коня распрягают, а не сани.

    А это и комментария не стоит:
    “Кандалами клубится дороги призрачный шелк.”
    Просто бред.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.