Шёл по лезвию ножа

№ 2024 / 11, 22.03.2024, автор: Валентин МАЛЮТИН

 

В эти дни в Москве вниманию многочисленных гостей столицы явил своё великолепие выставочный проект «ПУШКИН.225». Любой, кто вознамерится посетить Государственный музей А.С. Пушкина на Пречистенке, увидит множество самых разнообразных экспонатов и раритетов, так или иначе, связанных с миром Александра Сергеевича.

Был. Видел. Восхищался. Удивлялся…

Но сегодня расскажу о работе, которая по разным причинам не представлена на этой широко освещаемой выставке. Это картина московского художника Алексея Мозгового «Пушкин на чёрной речке».

 

Алексей Мозговой. Пушкин на Чёрной речке

 

Как поясняет сам живописец,на полотне «…отражена мистическая гибель Пушкина. Чёрная речка становится для поэта рекой Коцит. Одна из трёх рек царства Аида. Которая переносит Александра Сергеевича в загробный мир. Работа подчёркивает огромное количество мифов, связанных с дуэлью Пушкина и отражает проблемы современного русского языка, что связывает её с нашим временем».

Просто, лаконично, всеобъемлюще. Пожалуй, лучше и не скажешь.

 

Поэты ходят пятками по лезвию ножа

И режут в кровь свои босые души!

 

Так сказал Владимир Семёнович Высоцкий уже в советские времена о тех талантах, кто ушел в мир иной до срока. Недолюбив, недосказав, недописав…

И кто знает, как бы развивались дальнейшие события жизни Пушкина, если бы однажды Жорж Дантес – будущий убийца Александра Сергеевича, направлявшийся в Россию в поисках своего жизненного счастья, не прихворнул в дороге и не остановился в скромной придорожной германской гостинице. Над ним, как вспоминают современники, уже тогда витал дух смерти.

Но его величество случай затянул на ночлег туда же нидерландского посланника, барона Геккерена, вынужденного остановиться здесь надолго из-за поломки дорожной берлины – конного экипажа на рессорах с мягкими сиденьями. Они встретились, их сердца распахнулись навстречу друг другу, и это продолжалось уже всю оставшуюся жизнь. Дантес вскоре стал приёмным сыном барона и пошло-поехало.

И уже в Петербурге на одном из самых блистательных балов Дантес среди множества гостей увидел красавицу Наталью Гончарову – жену Пушкина и сразу же непременно влюбился, как до этого испытывал нежные чувства ко многим другим дамам, последнюю из которых он оставил беременной совсем недавно.

Супруга поэта тоже обратила внимание на этот пристальный взгляд развращённого французского авантюриста, но не отвернулась. Они танцевали и тогда, и ещё много раз на балах и вечеринках в разных домах. И писали друг другу нежные письма. Встречались, обнимались, целовались. Прохаживались то здесь, то там. Пока весь Петербург не стал об этом говорить и пристально за таким действом наблюдать. И все, кто не особенно воспринимал творчество Пушкина и его самого, начали об этих почти понятных, как им казалось, отношениях, если их рассматривать под особым углом, стали сплетничать всё громче и разнообразнее. И это нарастало с каждым днём всё больше и больше. Пока не превратилось…

Александра Сергеевича гнали на неминуемую гибель. Многие, начиная с самого государя, которому тоже нравилась супруга поэта, а вот сам Пушкин для него был лишь занозой…

В один из дней в самых разных домах уважаемые петербуржцы вскрыли анонимные письма, подписанные неким секретарём графом И. Борхом. О том, что г-н Александр Пушкин является рогоносцем. Как и сам Иосиф Михайлович Борх, титулярный советник и переводчик министерства иностранных дел. Но об этом чуть далее…

Хотя у того пасквиля были совсем другие авторы, но о них, подлинных, до сих пор мы можем только догадываться. Много, ох и много же было врагов в столице у Александра Сергеевича! И все они желали ему смерти. И если бы своё чёрное дело не сделал тогда выскочка-иностранец, непременно нашёлся бы другой, который под разными предлогами совершил бы другой роковой выстрел или же сотворил какую-ту иную пакость, которая низвергла бы поэта в пропасть.

А всё могло бы случиться и по-другому, если бы в какой-то миг по дороге на Чёрную речку Пушкин переместил свой взор и увидел в санях, что направлялись им навстречу, свою любимую Натали, возвращавшуюся с детьми из гостей. Сама Гончарова, может, и смотрела на повозку с людьми, попавшимися ей в пути, но не разглядела в путниках своего мужа Александра, так как была близорука. Они разъехались…

По дороге Пушкин со своим секундантом Данзасом встретили ещё и чету Борх в карете с кучером и форейтором. Увидев их, Александр Сергеевич тут же заметил: «Вот две образцовые семьи». Константин Карлович посмотрел на него с удивлением. Пушкин тут же пояснил: «Всё просто: жена живёт с кучером, а муж с форейтором». И они понеслись далее, навстречу тем дурным событиям, которые уже было не остановить…

Ах, Александр, Александр! Твой прах, Слава Богу, находится по сей день в Святогорской Свято-Успенской обители под Псковом. В 1944 году тебя повторно хотели убрать с лица Земли фашисты, подложив под твой склеп четыре мины. Не вышло у этих вторгшихся к нам варваров, не получилось. Ты так и остался в своей домовине, куда тебя положили друзья в тот зимний далёкий день…

Я с грустью смотрю на прекрасное творение художника Алексея Мозгового. Но нет, не умиляюсь, а просто по-человечески переживаю и думаю, как же это так произошло, что нет поэта с нами уже много лет, а мы все, истинные ценители его могучего творчества, впитываем и впитываем в себя то, что он сотворил? Вроде самые обыкновенные слова. Русского алфавита. Любой бы из нас, кажется, мог такое сделать. Но нет, не дано нам. И потому он – ГЕНИЙ. Один такой на всю Русь нашу Великую…

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.