ВОПРОСЫ К НОВОЙ И ТУМАННОЙ «ЮНОСТИ»

Рубрика в газете: Чаяния и сомнения, № 2019 / 17, 08.05.2019, автор: Николай ВАСИЛЬЕВ

Известный писатель и депутат Сергей Шаргунов стал редактором легендарной «Юности». После Валерия Дударева, который, судя по интервью Шаргунова «Комсомолке», продолжит деятельность в редакции «Юности» на каком-то другом посту. Мы звонили Сергею по поводу его новой работы и вообще по поводу ситуации с толстыми журналами – и на второй день Сергей взял трубку, попросил позвонить через часок и выключил телефон. Мы всё понимаем – политическая деятельность, литературные мероприятия, встречи, да и просто, в конце концов, занятость и жизнь. Однако, вопросы, возникшие к Сергею Александровичу, никуда от этого не делись. Придётся их озвучить – жаль, что не в живой беседе.


Тем более, та же «Комсомолка», как и другие издания, освещает ситуацию поверхностно и комплиментарно. А оппоненты Шаргунова в фэйсбуке и твиттере называют писателя и депутата «душной» провластной фигурой, которую Валентин Катаев, легендарный основатель журнала, не подпустил бы к нему и на шаг – и которая только опустит планку «Юности», приведя её под контроль, видимо, КПРФ. Впрочем, говорят это либерально настроенные люди. Разумеется. Другие люди, хорошие писатели и поэты, Сергея поддерживают – резонно надеясь на его политические связи, которые только и могли бы, наверно, помочь выживанию литературной периодики на равнодушном к ней рынке. Или совсем прижать её под чиновный ботинок. В общем, с одной стороны комплименты, с другой – резкий негатив. Объективной картины пока не видно. 
Поэтому мы призываем литературную общественность и самого Сергея ответить на следующие вопросы, более конкретные, чем вопросы «КП». Начнём с мистики. Сергею приснился сон – после работы над биографией Валентина Катаева – в котором покойник «жилисто и тряско» жал ему руку в редакции «Юности». Учитывая этот символически сбывшийся сон, да и вообще саму работу над катаевской биографией, вышедшей в «ЖЗЛ» – не представлял ли себя Сергей редактором «Юности» или другого «толстяка» на пути своей писательской и политической карьеры? Похоже на то, что представлял – раз это так визуализировалось. И как же всё-таки это событие произошло в реальности – кто именно пригласил, были ли какие-то налаженные рабочие связи с редакцией или её окружением? Или позвали просто потому, что человек – известный писатель, депутат, медийная фигура и как-нибудь поможет найти финансирование и протянуть дни загибающегося, как и многие другие, журнала? Та же «КП» пишет, что «приход Шаргунова на пост главы «Юности» многие литераторы восприняли с надеждой на то, что власти, наконец, обратят внимание на проблему легендарных изданий, и процесс их умирания будет приостановлен». Приостановлен. С таким настроем и перспективами всё вроде бы понятно – или ещё нет? А сны, как известно, быстро искажаются памятью и воображением, и вот сон про Катаева – он ещё ярок и свеж или уже стал частью некоего карьерно-литературного мифа?
В каком состоянии Сергею вообще досталась «Юность»: штат, бюджет, сеть распространения, редакционное помещение, атмосфера в редакции, уровень публикуемых материалов и т.д.? Проще говоря, насколько всё было хреново или, наоборот, хорошо. Уход Дударева объяснялся непреодолимым упадком дел или нерациональным их ведением? Или просто «усталостью», как у «Ариона», который мог бы, говорят, остаться на плаву. На какие – на чьи – средства существовала «Юность», за счёт чего выживала? Если был некий простой, пробел в номерах журнала – и в зарплатах редакции, – а сейчас Сергей собирается созвать редколлегию и делать новый номер – видимо, какие-то средства уже нашлись? Эти и будущие средства, которые планируется привлечь – частные или окологосударственные? И, как говорилось выше, не завяжутся ли политические связи петлёй на горле художественного качества ( я люблю такие метафоры) – или как раз вытащат «Юность» из неминуемой стагнации? Как Сергей считает – периодику надо спасать поодиночке или как явление, всем профессиональным сообществом, доводя ситуацию до уровне обсуждения на парламентских слушаниях? Ограничения и шантаж, как со стороны бизнеса, так и порой со стороны власти, в финансировании, в библиотечных подписках, в доступе литпериодики на рынок печатной продукции – настолько сильные, что надави чуть сильней, и не будет уже никаких толстых журналов и никаких газет – что вообще с этой ситуацией можно сделать? Глубокая невостребованность литературной периодики на рынке – что с ней вообще нужно делать?
Как именно Сергей собирается «находить новые имена» – честно перелопачивать «самотёк», ездить по городам и весям, по всем фестивалям и литсообществам страны – или, может быть, это будет поиск в интернете? Как вообще чувствует себя «Юность» в этом сегменте, учитывая закрытие и прекращение функционирования «Журнального зала», и какие действия будут в этом важном направлении предприниматься? Не нужна ли вместе с новыми именами – новая аудитория, ранее, быть может, и не слышавшая о толстых журналах? Могут ли, хотя бы и в конце концов, пока нигде особо не печатавшиеся авторы рассчитывать, что новая «Юность» в них заинтересована, откуда бы они ни появились? Или «Юность» будет, подобно «Знамени», формировать сезонный тренд на основе частично разгребаемого «самотёка» и авторов, активно льнущих к журналу или просто примелькавшихся где-то неподалёку от круга общения редакции? Какие стилистические, мировоззренческие взгляды, веяния Сергей надеется продвинуть, какие надежды на новую литературу возлагает – какие неизвестные пока имена может назвать?
Ну и – какие новые творческие веяния у самого Сергея, когда ждать нового романа, о чём он будет? Как поживают сайт «Свободная пресса» и проекты Сергея на телеканалах «Культура» и «Россия 24» – всё ли удаётся, когда теперь ещё и «Юность» тянуть, и политической деятельностью заниматься? И последний шутливый вопрос от нашего главного редактора: когда МХАТ под руководством Захара Прилепина возьмётся за шаргуновскую прозу?

 

34 комментария на «“ВОПРОСЫ К НОВОЙ И ТУМАННОЙ «ЮНОСТИ»”»

  1. «…хорошие писатели и поэты, Сергея поддерживают…» Поэты — не писатели?! Когда же вы станете различать жанры и род занятий? Прозаики и поэты! Все они писатели.

  2. Хочу предложить Сергею Шаргунову через посредничество вашей газеты забойную повесть, которая прославит его и журнал.
    Сюжет такой: В Советском Союзе, в семье священника родился мальчик. Жил скромно и тихо, слушался родителей, учился средне, талантами не блистал. Скромный серый мышонок.
    Подрос до 20 лет. Союз рушится, жизнь меняется, учёба в вузе, новые друзья, новая идеология, новые соблазны.
    А тут появляется известный писатель, и у него дочка. Сразу можно скакнуть на несколько ступенек выше по социальной лестнице. И мальчик скакнул.
    А через несколько лет ситуация повторяется — на горизонте появляется уже внучка русского писателя-классика, молода и хороша собой.
    И мальчик опять скакнул. И уже тесть — помощник президента. Вот оно счастье!
    И подспудно растёт угроза народных волнений, при которых мальчик может всё потерять.
    И надо срочно подыскать убежище, спрятаться и пересидеть бурю. Надо оборвать все старые связи.
    Вот такой сюжет повести, которую хочу предложить новому редактору какого-нибудь толстого литжурнала. Например, в Юность.
    Теперь-то, наверное, всех главных редакторов менять будут.

  3. Согласен с предыдущим комментатором. «Чукча не читатель. Чукча — ПИСАТЕЛЬ». И вопрос: а что значит «хорошие писатели и поэты»? Можно поимённо? И уж чтобы закрыть тему, неплохо огласить бы и ПЛОХИХ. И обязательно отдельным списком — ОТВРАТИТЕЛЬНЫХ!

  4. Уверена, что это единственное ваше замечание к статье, к перспективам Шаргунова на новом поприще, к возможным будущим удачам обновленного журнала.

  5. Ничего у него не получится.
    Не тот опыт. Нет чувства слова. Книга о Катаеве — вульгарная компиляция.
    Но денег в редакцию натащит, да.
    И только.
    Впрочем…
    Грибоедов давным-давно дал ему один совет:
    — Хоть умного себе возьми секретаря… А сам продолжай мелькать на ТВ. Но уже с приставкой «главный редактор всероссийски известного журнала «Юность». И дойдешь до степеней известных!

  6. Курганову. Достаточен список хороших, потому что плохие — все остальные. Впрочем, с течением времени и размахом писательской активности и совершенствованием мастерства плохие перетекает в список хороших, а хорошие могут и выйти из этого списка… К тому же у каждого читателя свой список.

  7. дали мажористому мальчику-депутату поиграться с новой игрушкой. ок. но при чем тут литература?

  8. — Честно говоря, Шаргунов (при активном упоминании о нем в Инете и СМИ) для меня остается непонятной фигурой. Дутой, надуваемой, что ли.

  9. Анониму. Рад видеть в вас единомышленника. Если у каждого — СВОЙ список, то глупо говорить о т.н. хороших писателях и т.н. плохих. «Одному нравится арбуз, другому — свиной хрящик».

  10. Курганову. Кто же виноват в вашей неуверенности? Умный человек ищет причину только в себе. Дурак — в окружающих и в обстоятельствах.

  11. «…а другому — свиной хрящик…
    И друг другу — не указчик.
    А всякому указчику — кол за щеку!»

  12. В серпентарии принято за правило давать простые ответы на сложные вопросы. И, таким образом, снимать ответственность с организаторов процесса, и перекладывать её на тех, кто никаким образом на развитие процесса и проявления метастаз влиять не мог.

  13. Понимание обсуждаемого вопроса зависит от тезауруса и политических убеждений. Из ваших высказываний становится понятно, что вы убеждены, что те советские граждане, которые остались в оккупированном немецко-фашистскими войсками г.Киеве в 1941г. заранее готовили себя на деятельность в роли коллаборационистов.

  14. Клюзову. Вы опрометчиво убеждены. Я была уверена, что не все граждане, кто остались в Киеве, собирались стать коллаборационистами. Многие остались там, заведомо зная, что с фашистами сотрудничать не будут. Видимо, у нас с вами разные тезаурусы, концепты и политические взгляды, равно как и взгляды на природу человека.

  15. Читаю Ваши глубокомысленные, но, опрометчивые рассуждения, и начинаю подозревать, что Вы не любили советские кинофильмы про партизан и подпольщиков. Первым делом подпольщик должен был получить «аусвайс»- удостоверение личности», без которого было невозможно передвигаться по оккупированной территории. После освобождения «оккупированных территорий» Красной Армией, всех граждан получивших «аусвайс», высылали в Сибирь. Жить на территории оккупированной противником и не подчиняться правилам оккупанта — путь на виселицу. Но, у Вас другие взгляды на природу человека. Кстати, а «Молодую гвардию» Вы читали?

  16. Советские фильмы про партизан и подпольщиков не смотрела. «Молодую гвардию» читала лет в восемь-десять. Про оккупациию и проживание на оккупированной территории имела сведения не из фильмов, а из воспоминаний знакомых и родственников. Их в Сибирь не высылали. Возможно, в Киеве были другие обстоятельства. Также не смотрела ни «17 мгновений весны», ни «Адъютант его превосходительства». Делать выводы о жизни, исходя из впечатлений после просмотра фильмов, считаю неправильным методом познания.

  17. Мой дальний родственник жил в Киеве во время оккупации. Работал, кажется, на хлебозаводе, так и продолжал работать там. Вряд ли можно считать коллаборационизмом получение аусвайса и работы под дулом автомата, на которые их посылали иногда в Киеве для расчистки улиц от руин после ухода Красной Армии. Мой родственник не был ни партизаном, ни подпольщиком. После войны никто его не преследовал и никуда не высылал, он умер там же в глубоко старческом возрасте. Другой пример — дед и бабушка моего близкого приятеля. Им было по 12-13 лет, когда их угнали в Германию. Там они работали в семьях и на фермах. Там и познакомились. После войны встретились снова и впоследствии создали семью. Жили в Подмосковье. Она учительница, он агроном. После перестройки была кампания вручения денежной компенсации от Германии тем, кого туда угоняли детьми в войну — 6500 дойче-марок, то есть 13 000 на двоих. Они даже не пошли их получать, потому что сочли, что никакие деньги не компенсируют то, что они и их родные претерпели в войну. Хотя эта сумма для них была бы не лишней и скрасила бы их существование. Для меня это стало поводом обо многом задуматься. Как пример презрения к деньгам и врагам, редкого в наше время. Их тоже никто не преследовал и в Сибирь не высылал.

  18. Марку. Отрадно, что Ваши родственники сумели пережить оккупацию и потом поделились с вами воспоминаниями. У меня тоже были родственники, пережившие оккупацию и участвовавшие в ВОВ. Но, человеческая память субъективна, и я больше доверяю документам, которые есть в Интернете. Согласно этим документам «лица, находившиеся на оккупированной территории, подвергались принудительной депортации в районы Сибири и Ср.Азии вплоть до 1952г».

  19. Гюрзе. Читая Ваш комментарий, я испытал нечто вроде катарсиса: «Советские фильмы…не смотрела»(???) А что, были какие-то другие «советские фильмы»- не про подпольщиков? «Делать выводы о жизни…после просмотра фильмов»… можно я продолжу Вашу мысль: после просмотра спектаклей, после чтения книг (ведь в основе фильма всё та же литература)…Не могу не задать вопроса: а чем же Вы тут все тогда занимаетесь? Редакторы, писатели, сценаристы, драматурги, критики и т.д. Не говоря о Членах Высших Творческих Советов?

  20. Вообще-то ситуация — явный мезальянс. Только не могу понять, с чей стороны. Вроде свободой своей пожертвовал ради журнала. Но журнал-то — прямо скажем. Кто прогадал, кто выгадал? Нет потребовать «Новый мир» или «Знамя».

  21. Странные вопросы задаёт автор статьи. Как жила «Юность» при Дудареве. Ответ: её медленно душили и замалчивали. Напомню: либералы вышли из редакции «Юности» и создали «Новую Юность», которую раскручивали с переменным успехом. А «Юность» считалась журналом «нашим», т.е. патриотическим, её внёс в список патриотических Чупринин наряду с «Нашим современником» и «Москвой». Но «Юность» была «скромной нашей», т.е. не столь откровенно православно-патриотической как «Москва» и «НС». Теперь на «Юность» сел Шаргунов. Блестящая чья-то придумка! (Уж не самого ли Дударева?) Шаргунов попытается перетащить «Юность» в лагерь либералов, сделать что-то вроде «Урала» или «Невы», т.е. при видимости яркого патриотизма, но без… ясно, чего. Читайте, господа, кого ЭТО интересует!

  22. Для «Скептично». Если не читать, то как иметь собственное мнение? Поэтому приходится читать все.

  23. Клюзову (16.05; 23:03). Советские фильмы смотрела, но не про подпольщиков. Разве советские фильмы были только про подпольщиков и партизан? Были советские комедии, экранизации, музыкальные фильмы и тп. Вообще не любила литературу и кино о войне. И еще раз разочарую вас: я действительно извлекаю свой жизненный опыт и выводы о жизни не из литературы, кинофильмов, спектаклей, архитектуры, скульптуры, живописи… Ваши стоны о критиках, режиссерах, сценаристах, драматургах и членах высших творческих советов — не ко мне: ни к одной из перечисленных вами категорий я не отношусь. Здесь я занимаюсь чтением материалов и высказываю иногда свое мнение по разным вопросам. Чем занимаются другие — спросите у них.

  24. Бог ты мой, если б всех, кто был на временно оккупированной территории, потом бы высылали в Среднюю Азию, то Средняя Азия начиналась бы уже возле Мытищ. Ведь враг-то до Москвы дошел. Следовательно, что сзади оставалось, это и есть — временно оккупированная.
    Так что не надо верить тому, что там пишут в этом вашем интернете. Ни про историю, ни про способы лечения. В первом случае — свихнешься, во втором, следуя их советам, — сдохнешь в мучениях. С другой стороны, имея такие понятия о прошлом, только и остается сдохнуть.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *