Какие кадры у ЦК КПРФ позаимствует новый состав секретариата Союза писателей?

№ 2018 / 7, 23.02.2018

Вглядываемся в новый состав правления Союза писателей. И в нём снова видное место занимает советница по культуре бессменного председателя ЦК КПРФ Лариса Баранова-Гонченко. Нет, тут никаких намёков на «партийность» искусства – нынче многие писатели и критики в чьих-то советниках ходят, официальных или неофициальных: власть и капитал нуждаются и в культурной «социализации», в паблик релейшнз, как говорят англичане… Однако бессменность Барановой-Гонченко в СП начинает уже напоминать монархию в ЦК КПРФ, где принцип семейственности (как минимум) пророс заметным всей партии сорняком, позорящим не только партию, но и коммунизм.

Сложно судить, много ли хорошего получает секретариат СП в лице Барановой-Гонченко. Но если судить по её «историческим изысканиям» на ниве, давно мне знакомой – партийной, коммунистической, то даёшься диву, как такое может быть советницей вождя. Вот лишь маленькая цитата, чтобы вы понимали уровень 4 5 Baranova«дискурса» (Из выступлений на XIII (мартовском) совместном пленуме ЦК и ЦКРК КПРФ. Л.Г. Баранова-Гонченко: Русский – значит советский!):

«Лариса Георгиевна начала своё выступление с признания о том, что после доклада Г.А. Зюганова выступать очень сложно, так как в этом докладе раскрыта глубинная тема русского советского проекта и противостоящих ему сил. Эти силы работали ещё в царской России, примером чему является активно распространяемая во время «перестройки» русофобская книга «Николаевская Россия» Де Кюстина. «Здесь всё нужно разрушить и заново создать народ», – вот стародавний лозунг русофобов, которым противостоял ещё Пушкин, которого за это и убили, подчеркнула Лариса Георгиевна. Против русофобии также выступали Жуковский, Тютчев, Достоевский. Затем выступающая сделала акцент на том, что сегодня главным маркером русскости является приверженность советскому. Такие «русские патриоты», которые устанавливают памятники Врангелю и Краснову, – это чуждые русскому миру люди, – отметила Л.Г. Баранова-Гонченко. Современные русофобы и антисоветчики хотят признать преступным народ, который установил власть трудящихся, и разделить страну на элиты и «плебс», – заявила Лариса Георгиевна. А ведь и Крым, и Донбасс тянутся к русскому миру, потому что являются советскими по своему менталитету. Л.Г. Баранова-Гонченко напомнила, что ещё Сталин благодарил русский народ за способность жертвенно принять социализм.»

Жертвенно, Карл, жертвенно! Где и когда Сталин нёс подобный бред? Лариса Георгиевна, вы же так меня в десталинизаторы сагитируете пойти! Может, вы имели в виду тост за русский народ – но где там это позорное для большевика поповское слово «жертвенность»?! Да и что вы имеете в виду-то? Какие это жертвы русский народ принёс? Может, вы как раз о бывшем царе-самоотреченце – всё бело-красная бражка бродит в умах интеллигенции, пытаясь задним числом примирить непримиримое?

Категория «русский народ» в инверсивной какой-то трактовке – убивает всю коммунистическую тему. Может, не надо приспосабливать реакционный тренд нынешнего неомонархизма под агитацию за социализм, может лучше выражаться по-большевистски: «Советский – значит, русский, украинский, белорусский, казахский, узбекский» и так далее по формуле СССР=15? Или у вас теперь только русский народ строил социализм? Ведь что ни фраза – то диагноз.

Оказывается, злодей Де Кюстин (которого, «дармоеда», и Мединский всё ругал, но с позиций нынешнего государственничества), обличал как тюрьму народов не царизм, а … потенциальный социализм? Тогда отчего же, как только пролетарский интернационализм приоткрыл двери, из этой тюрьмы с шашками наголо полетели рубать ваш «русский мир», то есть реставраторско-монархическое белячество, красные чеченцы, китайцы и другие освобождённые народы – именно они помогали Красной армии добивать Деникина на Кавказе и потом ещё много где. «Жертвенно принять» – это где у Сталина такое вы выкопали? Вы хоть понимаете, что такая формулировка – оба слова! – неуместна в принципе? Русский народ вместе с другими народами не «принял», а установил, завоевал социализм – трудящаяся, лучшая часть этого народа, созидатели. А вот некоторым паразитикам из прослойки места не находилось, они-то, которые именно что пассивно принять социализм не могли, помня свои прослоечные привилегии – и лезли во всякие контрреволюционные организации, за что потом стали «жертвами» (вот и «жертвенность» раскрылась) в 1934-м, 1935-м, и наконец в 1937-м. Подобные вашим псалмы напевали кулаки и попы-филоны и на строительстве Беломорканала в 1930-м (всё это есть в «Канале им. Сталина», рекомендую) – только у них-то выходило складнее, «русский мир» шёл супротиву «анчихриста-большевика». Но ничего – филоны потом становились ударниками, а социалистический труд способствовал перековке даже самых заядлых контриков из русского, татарского, много ещё какого отдельного мира – в общем, стальном по качествам сплаве народа советского. Почему вы отказались от этой категории, Людмила Георгиевна? Что вас в ней пугает? Нерусское, может? Может, словом «русофобия» вы просто подменили боязнь и неприятие социализма, то есть интернационализма?

«Всё разрушить и заново создать народ» – да-да, так и действовала пролетарская революция. Что именно разрушили: все национальные и сословные привилегии в доступе к образованию, черту оседлости, много чего плохого и гнилого поломали, точнее, доломали в Октябре (кое-что затронул уже Февраль). И не надо за Революцию заступаться с реакционных позиций! Это позорит Великий Октябрь. «До 1917-го у пролетариата не было родины» – слова из «Испанского дневника» Михаила Кольцова. А в 1936-м пролетариат – мировой, что Кольцов подчёркивал, – получил Советскую, сталинскую конституцию, это был следующий шаг. Всё это – не «жертвенно принять», извините! Всё это новый, советский народ, принципиально новая общность, открытая, всё это он сам не «принял», а создавал, «причём в массовом числе», как подсказывает Ленин. Как советы, колхозы и индустрию – я понимаю, что для нынешнего чахлого обрубка советского народа на территории РФ вопрос отношения к Великому Октябрю это именно проблема «принять – не принять», но исторически вопрос принятия не стоял, он решался боем, в Гражданской. Кто не принял (как часть моей дворянской и купеческой родни, кстати) – тот сбежал во Францию и Польшу. Остальные (родные братья моей бабушки, которая из Института благородных девиц пошла работать с беспризорниками) – все пошли в Красную армию прямиком из кадетского корпуса. Серафим Былеев (после Великой Отечественной строил Плесецк), Василий Былеев (комиссар Красной Пресни, был ранен под Царицыным, стал инвалидом), Владимир Былеев (был охранником Блюхера задолго до заговора, даже принял в себя «его» пулю при покушении – когда Блюхер ещё был вполне красным). Да, история этого «принятия» социализма намётывалась не белыми нитками – но все эти судьбы легли в фундамент сверхдержавы, социалистической инфрастурктуры, которая растит всё новые поколения…

Памятники Врангелю, Колчаку, Краснову – бесполезно критиковать с позиций «русского мира» именно потому что они являются тем самым, предсказанным ещё Троцким возвращением монархии, только в компрадорском беляцком издании, с «вязью» показного славянства снаружи для «принимающих», и с бессовестной распродажей богатств России внутри, точнее вовне, за границу…

Впрочем, я забыл уже, с кем спорю. Если из «правильных русских», идейно причастных к будущей революции выделяются как раз реакционеры Тютчев и Достоевский, а не Чернышевский, Огарёв и Герцен… Пушкина, оказывается, тоже убили враги «русского социализма» (который имеется в программе КПРФ – не для всех он народов, составляющих советский, уже) – вот до какого бреда договорилась постсоветская интеллигенция, пытающаяся хоть в суживающуюся щёлку, хоть на реакционном «санскрите», но втащить остаточное понимание социализма – ущербное, неверное, убогое. Социализм – и есть расширение национальных границ, как в культуре, так и во внешней политике, и именно этот фактор стал решающим в строительстве СССР, а никакой не «русский мир». И не к русскому миру, который и ставит часовенку Врангеля в Крыму, и он же, там же в Керчи вешает на памятник погибшему на внешнеполитическом фронте товарищу Войкову табличку «цареубийца» – а к Советскому Целому тянется Крым, которому пришлось выбирать между двумя островками СССР, и он выбрал, конечно, больший.

4 5 Baranova2

Но если у Зюганова такие советницы по культуре – это проблема одной партии, это ещё не проблема. Однако зачем такие «светлые умы» Союзу писателей, которому предстоит решать задачи именно объединения, интеграции – если он хочет быть именно Союзом, а не кружком писателей, куда вступать за наличные, как в банду? В бытность свою ещё сотрудницей издательства «Современник» тогдашняя сторонница «Русского социализма» (ну, если его врагом был уже Де Кюстин, обличитель царизма) брала в план издания поэтов и писателей, – а молодых тогда было много талантов, шли косяком, – только по принципу «А он наш?». Если человек приходил из «Юности» – имел там публикации, то ему давали от ворот поворот. Вот такие политики литературы уже тогда создавали предпосылки для кружковщины, островковщины, – и что они делают теперь, как они мыслят? Видимо, убожество, до которого докатилась идеология КПРФ – это как раз предмет зависти Союза писателей, и ему надо тоже немного «социалистического Достоевского» (злейшего врага марксизма и любой революции, кстати, на склоне лет)…

 

Дмитрий ЧЁРНЫЙ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *