ИЗУМЛЯЕМСЯ ВМЕСТЕ С АЛЕКСАНДРОМ ТРАПЕЗНИКОВЫМ

№ 2007 / 48, 23.02.2015

 Известный мастер историко-политических симулякров Леонид Млечин выпустил новую бумажную версию своей телевизионной апологетики бывшего президента России – «Борис Ельцин. Послесловие» (издательство «Центрполиграф»).

 

Демократия – это вам не лобио кушать

 

Сколько ж можно петь об одном и том же, как тетерев на току, не желая замечать очевидного? Либеральные авторы подобной категории (Сванидзе, Немцов, Хакамада, Соловьёв и иже с ними) клинически ностальгируют по тому гнусному времени, пытаются всячески обелить его. Но сколько ни кричи: «Халва!», слаще от этого не станет. Радоваться тому, что происходило в 90-е годы, может либо подлец, либо дурак. И только самые упёртые либералы продолжают находить в этих чёрных страницах российской истории какие-то плюсы. Впрочем, в таком шулерстве они большие доки. Да и книги эти пишутся не для нас, современников, а для будущих поколений. Запускают вирусы в будущее, которые будут развиваться в неокрепших мозгах.

Теперь о самом опусе. Когда-то (в марте 1993 года) и Указ Ельцина о приостановлении деятельности Парламента также получил в обществе насмешливое название «Опус». Но то, что за ним последовало в октябре, было совсем не смешно. Млечин называет это «подавлением мятежа», «защитой демократии». А стрельбу из танков в центре столицы – вынужденной и чуть ли не совершенно безвредной мерой (стреляли, дескать, «болванками»). Посмотрел бы я на этого тележурналиста, вернее, на то, что осталось бы от его «серого вещества» после попадания кумулятивного снаряда в комнату. Скрипя сердцем (или «пламенным мотором» либертарианства), он признаёт, что – да, были возле здания Верховного Совета и Останкино жертвы, но, в основном, всякий сброд, уголовный элемент, пьяницы и недоумки. Но такие, в большинстве своём, собирались и ликовали в августе 1991-го. А перебитых два года спустя счёт шёл на сотни. Конечно, ведь демократия, как говорил известный вор в законе и негласный руководитель Грузии Джаба Иоселиани, – «это вам не лобио кушать».

Да все мы помним, как и после ГКЧП, и после расстрела Парламента вся демшиза требовала ещё большей крови – расстрелов и казней, «раздавить гадину» (все эти рядящиеся в интеллигентные одежды ахеджаковы и басилашвили). Млечин в своей книжке упоминает их с самой приятственной стороны, а мне было любопытно читать только с той точки зрения, чтобы повторить вслед за поэтессой: «Никто не забыт, ничто не забыто». И каждому воздастся по справедливости. Если не на земле, то в пекле. Поразительно, насколько автор слеп и глух в своих субъективных оценках, касающихся людей и событий. Доходит даже до пародии. Вот, например, сцена в Белом доме 19 августа 1991 года. «Входит взъерошенный Шахрай, у него на поясе пистолет. Я его спросил: – Сергей Михайлович, зачем вам пистолет? Неужели вы действительно будете стрелять? Он посмотрел на меня и говорит: – Да!» Смешнее Шахрая с пистолетом только Растропович с автоматом.

А вот какие характеристики Млечин даёт своим единомышленникам, от одного упоминания которых начинается зубная боль: «Чубайс – самый целеустремлённый и решительный, он всегда думает только о деле, твёрдости его характера, хладнокровию и выдержке можно только позавидовать. И вот ещё одна важная черта – он правильный. В прямом смысле этого слова». Я не совсем понимаю, что означает термин «правильный» в психомоторике по Млечину. Если «правильное» следование курсу «вашингтонского обкома» по разрушению сначала СССР, а потом России, то так и надо говорить, и нечего сравнивать Чубайса со Штольцем из «Обломова».

Или ещё, о середине 90-х: «Личный интерес олигархов совпал с интересами большей части страны» (стр. 234). Может быть, Леонид Млечин в это время жил на Луне и до сих не разбирается в реалиях российской жизни и существовании простого народа в России? Но даже инопланетяне, наверное, разделяют интересы грабителей и ограбленных.

А вот о выборах 1996 года наш внеземной журналист пишет, что ЕБН тогда одержал убедительную победу, представив обществу доказательства своего «политического здоровья». Но не так давно даже обожаемый Млечиным Чубайс, будучи человеком более умным, признал, что победу тогда одержал именно Зюганов, просто «посчитали как надо».

Много в этом опусе полуправды, лжи и прямого обмана. Да и фотографии смотреть, честно говоря, противно. Впрочем, я не отказываю никому в праве любоваться своим отражением в кривом зеркале.

Постскриптум. Что касается «Штольца», то у Гончарова в романе есть такая реплика, написанная словно специально для Млечина: «– Слышишь, Захар? Зачем ты позволяешь себе не только думать, даже говорить?..»

 


 

 

Прости, Алёна!

 

В издательстве «Октопус» появился роман Алёны Артамоновой «Маша, прости!». Обложка скромная, некрикливая. Аннотация интригующая, сразу предупреждающая, что действие этого произведения развивается в двух временных пластах. И читать я начал с большим интересом, поскольку завязка фабулы автору удалась.

Поначалу главные сюжетные линии никак не пересекались. Одна из них уходила в ХVIII век, в Англию и Францию, другая – в конец ХХ-го и начало ХХI-го, в Россию и США. Для удобства главкам предшествует определение места и времени. Попробую вкратце передать содержание романа.

Итак, история Филиппа. Этот мальчик плыл на бригантине вместе с матерью через Атлантику. Корабль разбился возле зловещего острова Силли. Жители его пользовались дурной славой, они намеренно заманивали путешественников огнём ложного маяка на скалы, потом грабили, а уцелевших после кораблекрушения убивали. Но к Филиппу судьба оказалась благосклонна. Правда, он потерял во время шторма мать, но его приняла к себе некая добрая женщина и воспитала. Позже она отправила его в Париж, где мальчик нашёл более сильных покровителей. Его усыновил маркиз. Рос он существом красивым и умным, но весьма порочным. Любил по ночам вместе со своими приятелями грабить прохожих. Параллельно добивался успехов в обществе. Попал в высший свет. И продолжал всё это время искать мать, ненавидя её, поскольку считал, что она его бросила. Тут роман всё больше стал напоминать «мыло», на этом я и прервусь, чтобы перейти к другой сюжетной линии.

В советской школе времён брежневского застоя появляется американская девочка Маша. Родители её имели русские корни и приехали в СССР в качестве сотрудников посольства. Одноклассники вначале Машу не приняли в свой круг, но после разобрались, что к чему, даже признали её авторитет и лидерство. А тут и любовь приспела. Девочка полюбила мальчика Федю, а тот в ней вообще души не чаял. Накануне выпускного вечера у них, как тактично говорят в Японии, произошло «сплетенье ног». Надо сказать, что эротические сцены в романе описаны очень целомудренно, что выгодно отличает Алёну Артамонову от других современных авторш. Но дальше произошла почти шекспировская трагедия: Маша из жизни Фёдора исчезла, а он обозлился на весь белый свет, решив заодно мстить ему. Получилось же вот что: Родители Маши были внезапно высланы из СССР, поскольку занимались разведывательной деятельностью. Девочка очень страдала, пыталась вырваться из США к Феде, её не пускали, в конце концов, она заболела, стала чахнуть и даже лысеть. Всё бы кончилось совсем скверно, если бы Машу не отправили в Тибет, в некий буддийский монастырь.

И тут роман стал превращаться уже в «мистическое мыло». Я начал понимать, как автор собирается связать концы с концами, а этот вопрос во время чтения меня занимал больше всего.

Подведём предварительные итоги. С одной стороны – изгой Филипп, «ужасное дитя» из морской пучины, с другой – несчастная Маша с вершины Тибета, на пороге перерождения. Что же касается Феди, то он стал известным артистом, женился на провинциальной девушке Кате, попутно изломав ей жизнь, и явился на встречу выпускников, где происходит квинтэссенция мелодрамы: появление красавицы Маши, которой то ли химиотерапия пошла на пользу, то ли заклинания тибетских монахов. Филипп же нашёл-таки свою матушку, и тоже в монастыре, но поступил с ней гадко, буквально: «Холодная сталь коснулась её груди, и у него затряслись руки… Она сама легла на нож, и Филипп почувствовал, как клинок ровно и легко, словно в масло, вонзается в тело. – Нет, мамочка, нет! – руки обожгла тёплая кровь…»

Такие вот литературные штампы. Что же дальше? Филипп принял яд, Федя вернулся к Кате, потому что не может бросить своих детей, а Маша поняла главное: она – это воплощение Эльзы Рошар, то есть матери Филиппа, а тот – это нынешний Федя, стало быть, он – её сын. Короче, мистическое мыло с запахом инцеста. Цена в продаже свободная.

Постскриптум. Прости, Алёна! Больше мне добавить нечего.

 


Тайны древней Руси

 

О таинственной северной стране Биармии нынче мало что известно, да и название это вряд ли кто слышал. А ведь некогда это было богатое и могущественное государство на берегах Белого моря (местоположение, правда, некоторыми учёными указывается разное), слава о нём достигала самых отдалённых уголков Европы и Азии. В Биармию шли караваны купцов, плыли в своих боевых ладьях воинственные викинги. И по одной из исторических версий – именно тут зарождалась русская нация.

В издательстве «Алгоритм-книга» вышел труд двух писателей-историков из Поморья Александра и Марины Леонтьевых «Биармия: северная колыбель Руси», приоткрывающий покров тайны над этой загадкой. Работали они над своим произведением более десяти лет, по крупицам собирая разрозненные материалы. В своих исследованиях опирались на Иоакимовскую летопись, которая в науке подвержена незаслуженной обструкции, однако только там есть упоминание о Биармии. А вот в других древнейших сводах этого нет (ни в Лаврентьевской, ни в Новгородской, ни в Ипатьевской, ни тем более в поздних летописях). Почему? Ведь древние предания и легенды на Поморском Севере гласят, что страна Биармия – Beormas, так она называлась у англосаксов и Bjarmaland – в скандинавских сагах, занимала огромную территорию и обладала богатейшими запасами речной и морской рыбы, зверья, пушнины, моржовой кости, соли, серебра, жемчуга…

Три столетия историки спорят о том, где находился этот удивительный край, не отрицая самого его существования. Одни располагают его от Северной Двины до Печоры и от Белого моря до Камы; другие раздвигают границы ещё шире – до Финляндии и Норвегии, захватывая Кольский полуостров и практически территорию всего Русского Севера. А третьи помещают за Биармией фантастическую страну Йотунгейм (Jotunheim) – «страну великанов», «отчизну ужасов природы и злого чародейства».

Любопытно, что ещё в I веке н.э. римский географ Помпоний Мела, приводя сведения о стране, расположенной к северу от Скифии, одновременно утверждал, что все эти племена объединены одним общим именем – берги, созвучным со скандинавским биармами (бьярмами), а слово бер, как мы знаем, означает «медведь». Медвежий народ? Не отсюда ли пошла «Единая Россия»? Я имею в виду, разумеется, не партию Путина.

Словом, авторы славно потрудились и постарались ответить на многие вопросы, используя мифологические, исторические, географические, этнографические сведения из сочинений средневековых писателей и картографов, рунических рукописей, саг и многих других источников. И обещают продолжить тему, освещая ещё одну загадочную страницу истории русского народа.

Постскриптум. А куда же подевалась другая неведомая страна – «отчизна ужасов природы и злого чародейства»? Думаю, она перекочевала на иной континент, в Америку, судя по всяческим рукотворным и не только катаклизмам. Но это уже отдельный разговор. В любом случае, чтобы глубже вникнуть в историю нашей страны, её северных, сибирских и дальневосточных территорий, выписывайте и читайте журнал «Мир Севера», где узнаете не только о Биармии, но и о не менее загадочной Мангазее, гиперборейцах, пегтымельских петроглифах, изображающих таинственных людей-мухоморов, и многом другом. А главное, что от этого журнала веет не арктическим холодом, а чисто человеческим теплом.

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Александр Трапезников

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *