БЛАГИЕ НАМЕРЕНИЯ, или Сочинение на свободную тему

№ 2007 / 48, 23.02.2015


Кажется, совсем недавно это было, стоит лишь остановиться, перелистнуть назад несколько страничек собственной жизни, вскользь удивиться тому, как неуловимо быстротечно время
Кажется, совсем недавно это было, стоит лишь остановиться, перелистнуть назад несколько страничек собственной жизни, вскользь удивиться тому, как неуловимо быстротечно время, и окажешься в отрочестве или намечающейся юности с тревогами, страхами, неуверенностями, свойственными любому, кто едва начинает жить и творить. А можно набраться терпения и всё-таки в кои-то века залезть в поддиванные дебри и отыскать уже пожелтевшие местами, изрядно потрепавшиеся записные книжки, тетрадки, испещрённые неровным почерком… и постепенно узнавать, не веря и веря, эпизоды теперь уже далёкого прошлого. Как важны, жизненно важны были тогда постороннее участие, поддержка, совет; как велики были страхи и переживания – так ли пишу? поймут ли? не засмеют ли? – сколько вопросов в усеянное звёздами небо!.. И вместе с тем – интуитивная устремлённость к чистому листу, особенно в минуты отчаяния, – своеобразное самоврачевание диковинным снадобьем, настоявшимся и выплеснутым единым порывом души.

Когда-то в дивную пору пятнадцати с лишним лет, да и немногим позже, я и предположить не могла, что спустя время на прилавках магазинов рядом с произведениями уже известных местных писателей и поэтов появятся книги – сборники стихов (рассказов, сказок), написанные совсем юными людьми. Помню первую волну радости за авторов, слегка приправленную завистью – эх, раньше бы, глядишь, и моим стихам там нашлось бы место!.. Однако по мере вчитывания в тексты радостный пыл гас, постепенно сменяясь настороженностью.
Позволю себе остановиться на первом попавшем тогда мне в руки издании «Капли времени» (1999 г.). Объединивший в себе шестерых авторов из разных уголков земли Псковской, сборник дополнен краткими характеристиками литераторов Пскова: И.Панченко, В.Краснопевцева, Л.Малякова, С.Золотцева, В.Мухина, Б.Ильина. Любому начинающему творцу напутственное слово – своего рода «добро», данное старшим товарищем не авансом, не пропуском на ниву русского слова, а по факту наличия таланта. Чтобы не выглядеть голословной, приведу несколько примеров из книги: «И только сразу бы понять / Где ныне выделено мне место / Не лгать себе, не лгать. Не лгать / Прошли года… И я невеста…», «Но «принц» мой дальнозорким был / Решив: к чему плодить дефектных / Не сердце – руку предложил / Красивой девушке, эффектной…».
Или: «Сказать: «Люблю!» – и всё навеки позабыть / Но у меня есть дом, семья и дети / Я не одна живу на этом свете / А с этих пор «женой неверной» стану слыть…», «Я – женщина. Как много это значит / И счастье женское меня не обошло / Познала я и как ребёнок зачат / И как носить его порою тяжело…» (Т.Алексеева).
Скажите, зачем печатать самодеятельное творчество, лишённое образности, поэтичности и отдалённо напоминающее русский язык?
Ведь единственные более или менее ладные строки из стихотворения «Рябина»: «Был месяц май. Рябины кисти белые / Медовый расточали аромат / Сказали про меня, что слишком смелая / Смеялась: говорят – отговорят…» – ещё не повод заявлять о самобытности автора, у которого то и дело «хромает» и рифма, и ритмичность, а, казалось бы, удачно найденная тема теряется в откровенных ляпах.
То же можно сказать об остальных авторах, за исключением, может, А.Игнатенко, чья подборка на общем фоне всё же отличается от остальных искренностью, которая, в свою очередь, «оживляет» материал. Вот строки из стиха «Край родной»: «Ржаное поле пахло хлебом / А меж колосьев васильки / Цвели, соперничая с небом / И синим зеркалом реки…»
Или «Одиночество» и «Ностальгия» – полюбопытствуйте, уважаемые авторы. Ведь фразы «…радостно вчитаться в строки, в которых ощущается истинно Поэзия», «… именно таких самобытных поэтов будет снова и снова дарить миру наша удивительная Псковская земля», к счастью, не изобилуют, но они есть и обязывают соответствовать. Естественно, и земля удивительная, и дарить будет, но, в данном случае, ни о какой «самобытности» речь не идёт.
Спустя несколько лет был издан сборник «Весенние ростки» (2004 г.), содержание которого идентично написанному выше.
А вот сборник «Услышанная сердцем красота» (Гдов, 2006) на фоне уже отмеченных книг явилась, на мой взгляд, достойным примером более бережного отношения к текстам и тщательному их отбору и, что примечательно, она лишена всяких предисловий и напутствий. Да, здесь тоже можно говорить о незамысловатости рифм и образов, о провинциальном дилентантизме, порой режущем слух – настолько всё просто и понятно! – но не простота ли в скромном соседстве с природным чувством мелодики как раз и является той искомой нами соломинкой, за которую хватаемся в надежде не сгинуть? Как тут обойтись без примеров! – «Ты уйдёшь / Поступая печально и правильно / Ты уйдёшь// И останется там, за углом / Всё гореть и гореть / Белым пепельным пламенем / Твой несбывшийся мир…» (Я.Зборацкая) или «Я гляжу – не наглядеться / Я дышу – не надышусь / Это всё знакомо с детства / И зовётся словом Русь…» (Н.Васильева)…

С лёгкой руки составителей, претенциозно и самонадеянно заявивших о «настоящности» материала, неискушённый читатель настраивается на неожиданное, но желанное причастие к поэзии, а, как известно, преувеличенная оценка приносит горькие плоды – не выигрывает ни разочарованный читатель, ни обнадёженный автор; остаётся только уповать на гибкую основу души пишущего человека, который, несмотря на ранимость, свойственную многим, и наивность, смею верить, способен как зёрна от плевел отделить правдивое от надуманного и в будущем не «покупаться» на сомнительный шанс быть изданным ради того, чтобы быть изданным (прошу прощения за тавтологию).
И молодым авторам следует помнить о том, что любая творческая неудача имеет позитивные стороны, а именно – более взвешенное и, повторю, бережное отношение к написанному, скрупулёзное продумывание каждого нюанса, будь то построение фраз, последовательность описания – русская классическая литература бесспорное тому подтверждение. А рассуждения вроде: «куда нам, сирым, до классических образцов!..» – свидетельство трусости и прямой путь к творческой импотенции.

Сборники островитян «Сердец таинственная связь» (1999 г.) и «Грани» (2003г.) в целом порадовали. Но опять-таки, за исключением некоторых стихов Л.Федуковой, А.Игнатенко, забавными циклами В.Романенко «Страна детства», «Выглянуло солнце из-за туч», нескольких строф других авторов, он тем не менее насыщен погрешностями. Прочитав эти книги, я испытала двоякое чувство: вроде бы всё в порядке – мелодика, образ, а трепета внутреннего, когда душа замирает, вслушиваясь в разбуженные ощущения, нет. Предполагаю возмущение авторов, как нельзя верно подмеченное Н.Максимчуком в стихе «Советы бывалого»: «…Просчитай слогов всех числа / Дай ты ритм в стихотворенье / Сделал всё. Не стало смысла / И души в моём творенье…» – и он прав: кому как не автору знать, что стоит за той или иной строкой, что послужило поводом к её появлению, но надо ли торопиться донести до читателей свои творения, ведь литературный труд, равно как и дарование, требует выдержки временем. Как тут в качестве аргумента не привести ряд абсолютно нелепых рифм: фоне – поле, право – суждено, грустим – говорим, виденье – коленях…– и, увы, список можно продолжить. А как прикажете понимать обороты: «иль в речке, очарованной мостами», «синей лентой с щемящим пятном островков», «мужчину любить словно малых детей» или «вручает Муза раз один в века»?..

Теперь обратимся к сборнику «Первоцветы» (2003 г.), вместившему «…произведения юных литераторов Псковской области…». Он также требует анализа, но именно в силу неопытности и нежного возраста авторов воздержусь от комментариев. А вот с составителей особый спрос: когда взрослые берут на себя ответственность за слабые в большинстве своём вирши таких же взрослых, но в чём-то другом уже состоявшихся людей – это полбеды, потому что ответ держат и те, и другие. Потому что любые недовольства со стороны, даже в виде этой статьи, лишь штрихами обозначившей недостатки содержания издаваемой продукции, они смогут и принять, и пережить и, в идеале, сделать соответствующие выводы не в ущерб себе, но во благо.
С «Первоцветами» – сложнее. Это замечательно, что на нашей земле не перевелись люди, способные стимулировать подрастающее поколение на маленькие подвиги в виде написания сочинений о родной земле, о Пушкине – да мало ли прекрасных и достойных внимания и пера событий в нашей жизни!.. (А сколько написано мною в школьные годы по самой простой причине – непременному наличию в скромном перечне предложенных вариантов сочинений свободной темы! И ключевым словом была свобода – вот уж когда вольно писалось! И только потом – оценки, похвалы или сетования, и как предел мечтаний: помещение сочинения в школьной газете. Потому что к шансу быть опубликованным в периодической печати отношение было как к чему-то запредельному, почти фантастическому, а вероятность отказа хоть и была велика, но воспринималась как нечто само собой разумеющееся и должное, потому как знала – ещё не время, рано. И не было ни обид, ни чувства ущербности).

По большому счёту, сам факт издания новой книги – гарантия качества. А авторство – прежде всего совесть. От кого требовать этого как не от составителей, чьё «членство» в Союзе российских писателей уже выступает солидным гарантом? И нелишне помнить о том, что для ещё не устоявшейся системы ценностей юных авторов, находящихся в перманентном конфликте желаемого и действительного, «хочу» и «могу», губительны альтруистические побуждения некоторых псковских литераторов, время от времени инициирующих появление подобных сборников. Да, почётно, да, возможность опубликоваться соблазнительна и окрыляет, но нельзя забывать о том, что такие сомнительные «опыты» никогда не проходят бесследно: мало того, что пределы восприятия сужаются до такой степени, что рано или поздно литературу Толстого, Достоевского, Паустовского непритязательный ум не захочет усваивать ввиду сложности размышлений и, в значительной мере, описательного характера материала, но ещё велика вероятность стать заложниками скоропалительных выводов о собственной исключительности или наличии природной одарённости – к несчастью, именно эти заблуждения имеют обыкновение прочно застревать в глубинах подросткового подсознания. А по прошествии времени далеко не у каждого найдётся мужество осадить самого себя, без претензий к кому бы то ни было.

Акцентирую внимание на том известном факте, что именно для ранней юности характерны сознательные попытки анализировать, сопоставлять, выбирать и вычленять из непрерывного информационного потока ту его часть, которая в полной мере отвечает её запросам. И такой важный аспект развития любой личности как формирование литературного вкуса и поэтических симпатий не терпит никаких псевдоаналогов – уж лучше вынужденно отказаться от предлагаемого чтива, чем потом сожалеть о потраченном впустую времени. Мне приходилось наблюдать реакции молодых людей после прочтения ими тех или иных сборников либо по окончании литературных встреч – разочарование, смешанное с пренебрежением, и вдогонку, на десерт, брошенное походя: «Мы-то думали!..»
Где уж тут говорить о высоком уровне поэзии.
Нас угораздило жить в эпоху тотального дефицита общения, эмоций, чувств; мы «придавлены» погоней за «золотым тельцом», чтобы элементарно выжить – не до жиру… В жилетку друг дружке плачемся, как всё плохо и надо что-то делать, что-то менять, а времени нет, забот выше головы… Может быть, пора остановиться и оглядеться, и дерзнуть навести порядок в нашем маленьком королевстве, начав с малого… И помочь собственным детям, потому что кроме нас до них действительно никому нет дела.
И в заключение ещё раз подчеркну – ни ссылка на неопытность, ни расчёт на снисходительность доброжелательно настроенной аудитории не отменяют главного критерия – ответственности за то, что выносится на суд и внимание Читателя, заслуживающего уважения и умеющего быть благодарным за редкую возможность душевного и духовного просветления. Кому-то покажется, что я сгущаю краски, утрирую обозначенную проблему, да и проблемы-то нет. Но не может ли случиться так, что через некоторое время на общем фоне внутреннего обнищания новое поколение попросту утратит оставшиеся крупицы заинтересованности русской словесностью; что вопрос «А кому она нужна?» будет задаваться всё чаще и чаще?..
Ведь в какой-нибудь судьбоносный момент внимание снова будет обращено к классике – спасительному и возрождающему источнику, а нам, к тому времени канувшим в Лету, не простится ни безалаберность, ни поверхностность изначально благих намерений.
Вита ПШЕНИЧНАЯ
г. ПСКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *