Соблазн Чубайсовщины

№ 2008 / 21, 23.02.2015


Беседа председателя президиума Международного Литературного фонда С.Ю. Куняева и секретаря правления Союза писателей России Л.Г.Барановой-Гонченко.

– Станислав Юрьевич, как Вы думаете – вся скандальная история вокруг Международного Литературного фонда, вокруг судьбы последнего общеписательского достояния – Переделкино, борьбы грязной, полной взаимных обвинений, раздутой телевидением и прессой – не направлена ли вся эта акция против очевидного и всевозрастающего влияния на культурную жизнь страны нашего Союза писателей России.
– Да, Вы правы. Такая ожесточённая, а порой и беспринципная борьба наносит большой ущерб самой крупной и органически развивающейся культурной структуре нашего общества – Союзу писателей России. Вот красноречивый пример. Выступает в апреле месяце в передаче у Владимира Соловьёва главный редактор «Литгазеты» Юрий Поляков. Тема дискуссии – историческая наука. И вдруг ни с того ни с сего, говоря о недобросовестных историках, Поляков перескакивает к писателям и заявляет на десятки миллионов телезрителей: «Ну а кто руководит Союзом писателей России – некто Ганичев! Знаете Вы такого писателя?» И телешоумен Соловьёв с иезуитской улыбкой отвечает на вопрос Полякова: «Нет, не знаем!»
Разве это не попытка внести раскол и разлад в деятельность нашего Союза? И сказано это было об авторе уже знаменитой, выдержавшей несколько изданий книги об адмирале Ушакове, книги, которая во многом способствовала тому, что Русская Православная Церковь канонизировала великого флотоводца… Валерий Ганичев к тому же серьёзный историк, талантливый публицист, умелый организатор, опытный издатель.
А сколько усилий приложил Союз писателей России, разработав и внедрив в жизнь целую сеть региональных и всероссийских литературных премий, что укрепило авторитет Союза, улучшило материальное положение и моральное состояние писателей русской провинции. В эти годы Союз писателей стал соучредителем Всемирного Русского Народного Собора, Прохоровских военно-патриотических чтений, Ушаковского духовно-патриотического центра. В эти годы были проведены общероссийские литературные пленумы и Дни литературы в Рязани, Белгороде, Якутии, Волгограде, Орле, Архангельске, Ханты-Мансийске и др. местах, Отношения с церковью стали настолько гармоничными, что Святейший патриарх на встрече с писателями сказал, что преодолено средостение между Русской Православной Церковью и русскими писателями…
Но почему-то именно в этот момент создаётся «общественное мнение» о том, что творческие организации писателей несостоятельны, склочны, вздорны и вряд ли им нужна помощь государства и какие-либо законы, утверждающие их высокий статус.
Кто-то умело поуправлял ходом полемики вокруг отделённой от Союза писателей организации Международного литературного фонда и придал ей разнузданный и вульгарный характер, объявив Союз писателей России виновником раздутого скандала. Судя по всему, в этом и была цель организаторов провокаций.
– А кто и когда начал эту войну?
– Да, к сожалению, всё тот же Поляков. С его выступления на телевидении у Караулова и разгулялись эти тёмные страсти.
Ну как можно было ему брать на себя роль и следователя, и судьи, и прокурора, обвиняя поэта Ивана Переверзина, с которым сам Поляков долгое время работал в Литфонде в качестве его начальника, отвечающего за все решения и кричать с экрана: «Переверзин – вор! Продал Малеевку! Где 400 тысяч долларов!»
А Полякову, члену президентского совета по культуре, вторил телешоумен Караулов: «Переверзин! На тебя наденут наручники!» Тебя посадят! Материалы поданы в прокуратуру!»
Обвинения такого рода, не доказанные в суде, являются клеветой, «психической атакой», пропагандистским блефом, напоминающим беззаконные времена нашей истории. Если эту передачу смотрел наш президент Д.А. Медведев, то, может быть, возмущение от этого безобразного шоу, этих помоев, вылитых на голову десятков миллионов наивных телезрителей, помогло ему и сформулировать мысль о «правовом нигилизме» нашей российской жизни. А кто такой Караулов? Наёмный телекиллер «лихих» 90-х годов, эпохи беспредела, во время которого на TV возросла целая каста отвязанных и бессовестных опричников перестройки – Караулов, Доренко, Киселёв, Черкизов. Да ему руку подавать негоже, а не то, что показываться рядом с ним на экране и поддакивать. Но чего только не сделаешь, чтобы скомпрометировать упрямого сибиряка Переверзина, не соглашающегося с ползучей приватизацией Переделкина, отважившегося защищать писательскую собственность. Передача называлась «Момент истины», но на самом деле это был «момент клеветы».
Дальше – больше. Ещё один знаменитый переделкинский дачник стал кричать на всех углах, что Иван Переверзин не только нечестный директор Литфонда, но ещё и плохой поэт. Но лучше бы вспомнил он, что Юрий Кузнецов, которому было дано исключительное право в «Нашем современнике» по своей воле выстраивать отдел поэзии, не раз публиковал стихотворные циклы Переверзина, помог составить ему книгу, редактировал её и многому обучал поэта, не прошедшего в сибирской жизни литературных институтов. Пусть В.Костров хотя бы подумает о том, что неподкупный и самолюбивый Кузнецов своим расположением не разбрасывался и лукавить был органически неспособен. Многих он недооценивал, но чтобы перехваливать – такого с ним не бывало. Да и Поляков в «ЛГ» до раздора охотно и целыми полосами печатал талантливые стихи своего соратника по литфонду.
А как Переверзин защищал писательскую собственность, когда боролся с мафией некоего Гюлумяна, почти захватившей всё в Литфонде. Наёмники этого мафиози выбрасывали Переверзина из кабинета, избили, руку сломали, но сибирский парень выстоял. Его тогда даже Кузнецов мне хвалил: «Крепкий мужик!».
– Станислав Юрьевич! А в чём сущность дела? Что породило взрыв таких тёмных страстей?
– Немного истории. 21 ноября 2007 года состоялось заседание президиума МЛФ. Вёл его, ныне уже бывший, председатель Феликс Кузнецов. Срок полномочий руководящих органов Литфонда заканчивался через месяц с лишним – 4 февраля 2008 года. Надо было срочно назначать дату проведения отчётно-выборной конференции. Директор Литфонда Переверзин просил провести её не позднее февраля 2008 г., но Кузнецов со своими единомышленниками-дачниками настояли на дате 15 апреля 2008. Поскольку в таком случае с 4 февраля по 15 апреля, внешняя деятельность Литфонда (заключение договоров, судебные дела и т. д.) становилась невозможной из-за окончания выборного срока, президиум наделил финансовыми и административными полномочиями до 15 апреля одного Переверзина, в том числе и для того, чтобы он имел право подписывать и утверждать денежные сметы личных расходов руководителей МЛФ на перестройку и ремонты казённых дач и дополнительное строительство на казённых участках. Переверзин, понимая, что это путь к приватизации, отказался ставить свою подпись. И вот тогда всё и началось: Караулов, Соловьёв, «Литгазета» и т. д. Цель была одна – любыми средствами опорочить Переверзина, чтобы убрать его до конференции.
Одним из первых принёс смету на перестройку дачи Феликс Кузнецов: она была солидной – около 4 млн рублей. За такие деньги на его участке можно было построить два приличных особняка.
Переверзин обратился в Управление экономической безопасности, специалисты которого провели анализ кузнецовского ремонта и оценили его в 1 млн 800 тыс. рублей. Акт об этом имеется.
– А как «приватизаторы» сформулировали идею о возможности приватизации?
– Решение кузнецовского бюро президиума от 15 ноября 2007 г. «О капитальном ремонте дач в Переделкино за счёт личных средств писателей-арендаторов и заключении долгосрочных договоров» (более известное как «положение о долгосрочных договорах»), позволяло в зависимости от личных средств, вложенных в «капитальный ремонт», заключать арендный договор на сроки от 10 до 49 лет и, что самое опасное: «Если в силу необходимости объект аренды (то есть дача), возведён или восстановлен заново за счёт личных инвестиций арендатора (при затратах не менее 3185 тысяч рублей), объект (…) может быть узаконен в качестве собственности арендатора инвестора» («Лит.Россия» № 11, 2008 г.). Таким образом, арендатор-инвестор, затративший на «капитальный ремонт» своей дачи 100 тысяч долларов, по этому «Положению» получал возможность стать собственником дачи и земельного участка стоимостью в несколько миллионов долларов!
Началась разборка и с другой стороны, публикации в «Литературной России», осуждающие приватизаторов, и когда они поняли, что Переверзин устоял, и что конференция 15 апреля будет для них проигрышем, – тогда они, будучи уже нелегитимными (срок их полномочий истёк 4 февраля), тем не менее собрали 1 апреля уже недееспособный президиум, который принял решение о переносе конференции с 15 апреля на 22 мая. Одновременно Ф.Кузнецов предъявил (не предъявляя никаких документов) своему заместителю (с которым работал 5 лет и которого до этого никогда ни в чём не обвинял) множество обвинений по финансовой части.
Переверзин ответил ему тем же, тогда соратники Кузнецова потребовали для разборки с Переверзиным независимого аудита, забыв, что после 4 февраля ничего они не могут решать и ничего не могут требовать. Тут же в запале приняли ещё одно абсурдное решение – лишить Переверзина всех полномочий, забыв о том, что ихний аудит лишь через полгода разберётся в переверзинских деяниях, и подтвердили этим, что и аудит-то им совершенно не нужен: лишь бы сию минуту свергнуть ненавистного противника приватизации.
А дальше – всё шло по легитимному плану: 15 апреля состоялась отчётно-выборная конференция Литфонда, на которую съехались 85 делегатов, представляющие 12 750 писателей – членов Международного литфонда.
Они выбрали президиум, бюро президиума, председателя президиума, все выступающие высоко оценили деятельность И.И. Переверзина, при котором за отчётный период доходы Литфонда выросли с 7 до 40 млн рублей, все выступавшие осудили деятельность бывшего председателя президиума литфонда Ф.Кузнецова и его единомышленников. Ни один из них не был заново выбран в руководящие органы.
По требованию группы делегатов Ф.Кузнецов, Н.Кондакова, Ю.Полякова и В.Бояринов «за грубейшее нарушение устава МЛФ» были исключены из членов Литфонда. За это решение проголосовали 78 делегатов из 85.
Впрочем, на мой взгляд, это было лишним. Если бы я присутствовал на конференции, то остановил бы порыв классового возмущения бедных провинциальных писателей, внезапно узнавших о планах богатых приватизаторов. Неразумно даже из чувства справедливости загонять противника в угол. Тем более обладающего серьёзным административным ресурсом, телефонным правом, связями, богатыми навыками демагогии… Это – опасно.
На нашу конференцию мы пригласили специалиста из Министерства юстиции, которая наблюдала её ход от первой до последней минуты и в заключение сказала, что никаких нарушений юридического характера мы не допустили.
После этого мы спокойно сдали протоколы конференции в регистрационную службу и приняли, как должное, тот факт, что через неделю итоги конференции были зарегистрированы.
Как боялось кузнецовское окружение нашей конференции, свидетельствует тот факт, что Кузнецов, попирая все нормы писательской этики, послал телеграмму директору Дома творчества «Переделкино» с требованием не расселять наших делегатов в Доме творчества. К этой акции уже был подключён ОМОН. Но мы преодолели это препятствие. Мы спокойно относимся к тому, что на нелегитимную конференцию 22 мая приедут её участники. Поселятся в Переделкино. Мы не будем препятствовать им, поскольку знаем: «наше дело правое».
– А какова была реакция приватизаторов на вашу конференцию?
– В «Литературной газете» от 7 мая 2008 года был опубликовано письмо за подписью литераторов, пытающихся изобразить нашу отчётно-выборную конференцию незаконной. По словам подписантов она была проведена «усилиями узкой группы безответственных деятелей», что «её решения были зарегистрированы федеральной регистрационной службой, сознательно введённой в заблуждение», что надо считать «столь поспешную регистрацию её решений ошибочной».
Поистине «клевета всё потрясает». И даже лишает памяти. Разве подписанты литгазетовского письма Ф.Кузнецов, В.Костров, Г.Зайцев, В.Личутин, присутствовавшие на расширенном заседании Секретариата СП России и сами выступавшие там, не помнят, что именно тогда после сообщения гендиректора Союза В.Середина о том, что Министерство юстиции РФ, ознакомившись с документами по подготовке апрельской конференции, сделало заключение, что она будет абсолютно законной – именно после этого Секретариат СП России принял решение об участии в конференции. О какой же тогда «узкой группе безответственных деятелей» ведёт речь «Литгазета», оскорбившая не только руководство Союза писателей России, но и Федеральную регистрационную службу за то, что она честно и объективно соблюдает букву закона?
И ещё о литгазетовской лжи. Она утверждает, что на нашей конференции не было представителей от «Белорусии, Грузии, Молдавии, Киргизии». Если бы Ф.Кузнецов, бывший делегатом конференции, не испугался и пришёл бы на неё, то он бы знал, что Литературный фонд Киргизии на конференции 15 апреля представляли Улексин Айдаралиева и Касым Кушубеков. От Грузии было 3 человека – Резо Чейшвили, Арабули Багатер и Намичеишвили Бежан. От Белоруссии были представлены аж пятеро – Василий Яковенко, Александр Рыбак, Алесь Пашкевич, Александр Данильчик и Вячеслав Дубинко. От Молдовы – присутствовал Василий Цуркан. Добавлю ещё для сведения моего друга Мушни Ласуриа, видимо подписавшего письмо, не зная его текста (думаю, как и многие другие), что его Абхазию представил Терентий Чаниа. Более того, шестеро писателей из стран СНГ вошли в президиум «Международного Литературного фонда», из четырёх сопредседателей президиума МЛФ – двое представляют республики СНГ – Бахти Мехмон (Таджикистан) и Алесь Пашкевич (Белоруссия). Где же в такого рода результатах апрельской конференции нашёл Кузнецов «угрозу единству литературных сил на постсоветском пространстве» .
Подписанты обвиняют нашу конференцию в «корыстных устремлениях». Но кто же обвиняет? Кузнецов, разработавший «положение» о приватизации писательской собственности? Сидоров, присоединивший к половине своей дачи вторую половину, после чего он стал обладателем 350 квадратных метров дачного жилья? Айтматов – владеющий гектаром литфондовской земли и дачей в 232 м2? В.Ерёменко – арендатор 274-х кв. метров дачной площади, за пользование которыми он до сих пор платит в месяц всего лишь около 700 рублей? Потому что все, кто занимают громадные дачи, до сих пор сами и устанавливали подобные расценки. А Юрий Поляков, приватизировавший один дачный участок и получивший второй? А Г.Зайцев и В.Костров – срочно вкладывающие личные средства в евроремонты и в строительство бань и фонтанов на своих участках, чтобы воспользоваться в будущем кузнецовской схемой долговременной аренды, плавно переходящей в приватизацию? Я помню, как на расширенном заседании Секретариата в СП России Г.Зайцев, почуяв, что дело пахнет керосином, что наша конференция неизбежно состоится и будет законной, в отчаянье воскликнул: «Ну тогда заплатите мне за построенную мной на участке баню!» Слава Богу, что Эйфелеву башню не построил. Да у них у всех на талантливых лбах стоит печать с изображением отца Великой Российской Приватизации – Анатолия Чубайса.
Но ведь большинство писателей живут в Переделкино здоровой жизнью и не болеют «Золотой лихорадкой». Андрей Битов, Анатолий Жуков, Игорь Золотусский, Владимир Крупин, Михаил Рощин, Константин Скворцов… Да хотя бы тот же Валерий Николаевич Ганичев, тоже переделкинский дачник, предложивший вписать в решение Секретариата союза писателей России от 14.4.2008 г. такое положение; «считаем необходимым потребовать отмены приватизации писательских дач в Переделкине».
Достойно ведут себя, не помышляя ни о какой приватизации, переделкинские писатели-фронтовики: Егор Исаев, Владимир Карпов, Юрий Грибов, Лазарь Лазарев, Артём Анфиногенов.
Но криков о «беззаконности» и «корыстности» «Литгазете» мало. Литгазетовские прокуроры предъявляют нам и политические обвинения, кричат о том, что наша конференция «грозит разрушением международному литфонду, призванному укреплять дружбу народов и дружбу литератур» . В духе яковлевского агитпропа конца 60-х годов прошлого века, нынешняя «Литературка» добавляет, продолжая «шить политику», что наша конференция «с точки зрения нравственной и политической таит в себе угрозу единству литературных сил на постсоветском пространстве» .
Очень напоминают мне эти формулировки стиль печально известной русофобской статьи «Против антиисторизма», напечатанной в той же «Литературной газете» осенью 1972 года и подписанной начальником цековского Агитпропа А.Яковлевым, ставшим впоследствии «архитектором перестройки» и главным ренегатом горбачёвско-ельцинской эпохи.
Но нам уже в те годы было известно, что над статьёй Яковлева работала целая группа литературно-партийных функционеров, в которой одним из самых способных был молодой Ф.Кузнецов. Вот откуда знакомые до боли «родимые пятна» на нынешнем письме в той же «Литературке»! Талант, как и стиль, как говорится, не пропьёшь. Узнаю когти старого льва, опытного комбинатора всех идеологических схваток и восхищаюсь его последовательностью.
Жаль только одного: стиль остался, а память стала ослабевать. Вы, что, Феликс Феодосьевич, не помните, что разрушение «единства литературных сил» началось в конце 80-х годов прошлого века с митингов, проходивших чуть ли не во всех столицах союзных республик, где именно известные писатели, возбуждая чернь, требовали изгнания русских и кричали с трибун: «Чемодан! Вокзал! Россия!»
Вы разве не помните, что Олжас Сулейменов, один из подписантов сегодняшнего письма, ратующего за «единство литературных сил», вместе с Нурпеисовым разрушали наше единство, что тот же Сулейменов незадолго до перестройки издал известную русофобскую книгу «Аз и я»?
А зачем обманываеть читателей «Литгазеты», называя себя в письме «председателем международного литературного фонда», а других подписантов (Абдуллаева, Оразалина, Сидорова и Полякова) сопредседателями – ведь их полномочия вместе с их выборными должностями по уставу МЛФ закончились 3 месяца тому назад, а на конференции от 15 апреля 2008 г. и Вы и они не были вновь избраны, так же, впрочем, как и бывшие члены президиума Айтматов и Сулейменов. Вы все –бывшие. Остальные подписанты письма вообще к Литфонду, отделившемуся от писательских союзов ещё в начале 90-х годов, не имеют никакого отношения. Нурпеисов – председатель Казахстанского Пэн клуба, Спектор – бывший (!) председатель Межрегионального Союза писателей Украины. Правда, Зайцев, Костров, Личутин – секретари СП России, но у нас их более 70, и 12 секретарей из этих 70 были делегатами конференции, и проголосовали за все её решения. Но то, что три секретаря (по странному стечению обстоятельств переделкинские дачники) выступили против своего Секретариата и поддержали приватизаторов – это ли не свидетельство борьбы разрушительных сил с нашим союзом?
Каждый из писателей любой страны СНГ, будучи членом Литфонда, заключившего договор с МЛФ, может в любое время приехать в Москву, приобрести по льготной цене путёвку в Дом творчества «Переделкино», отдохнуть, поработать за письменным столом, как в добрые советские времена. Но скажите, могут ли писатели России на тех же условиях приехать в армянский Дом творчества «Цахкадзор», в украинскую Ирпень, или Ялту, в белорусский Дом творчества «Каролищевичи», в азербайджанские «Мардокьяны», в грузинскую «Гагру»?..
Я хочу спросить Чингиза Торекуловича Айтматова, обладающего в русском Переделкино дачей площадью 240 м2 и участком сосновой рощи почти в один гектар, могу ли я, переводивший стихи и поэмы знаменитого киргизского поэта Токтогула, книги народного поэта Киргизии Суюнбая Эралиева, поэтов Турара Кожомбердиева, Омара Султанова, награждённый несколькими почётными грамотами Верховного Совета Республики Киргизии, удостоенный в 1972 г. издания на Вашей родине книги «На краю небесных гор» (стихи о Киргизии и избранные переводы киргизских поэтов), могу ли я сейчас приехать в Киргизию, в Дом творчества на Иссык-Куль, получить там ну хотя бы четыре сотки земли, поставить юрту, а если нет – то просто купить по льготной цене путёвку в киргизский Дом творчества и пожить пару недель, вспоминая мои геологические скитания по Тянь-Шаню и поэтические времена жизни ни киргизской земле?
Почему все писательские союзы бывших советских республик, получив в собственность в 1991 году наши до того общие Дома творчества, ничего не передали в Международный литературный фонд, а их руководители между тем подписывают сомнительные письма и пытаются решать судьбу писательского имущества на российской земле?
– Работы в МЛФ, видимо, невпроворот. Расскажите, какие у Вас и Ваших единомышленников ближайшие планы, ну хотя бы в отношении Переделкино.
– Конечно, Юрий Поляков и Евгений Евтушенко нанесли нам тяжёлый удар, приватизировав в 2003 году по решению суда свои дачные участки с помощью лжесвидетельницы Н.Кондаковой, которая предъявила суду доверенность от Огнева на ведение дел и отказалась от литфондовской собственности в пользу приватизаторов.
История эта была особенно некрасивой, потому что в это время председателем Литфонда был сам Поляков и ещё потому, что ни президиум Литфонда, ни его бюро ничего не знали об обращении в суд двух именитых литераторов. Всё было совершено втайне.
А я вспоминаю, что в начале перестройки Евтушенко предлагал Литфонду СССР 30 тысяч долларов за то, чтобы переделкинская дача с землёй стала его собственностью. В этой сделке тогда ему отказали. А теперь, благодаря махинации, провёрнутой Кондаковой, он получил всё бесплатно. А рыночная стоимость одной земли евтушенковского участка больше миллиона долларов. Вспоминаю, как Евтушенко, будучи делегатом знаменитого съезда народных депутатов, ратовал в те времена за отмену залов для VIP персон в аэропортах, боролся за социальную справедливость… А «момент истины» наступил сейчас, когда он ограбил своих коллег писателей. Во имя любимой им социальной справедливости обрезать бы ему эту землю по опалубку дачи.
После Полякова и Евтушенко соблазн приватизации охватил многих, потому-то и была разработана схема вложения личных средств арендатора в «капитальный ремонт» дач, и в зависимости от потраченных средств устанавливался срок долговременной аренды. Вплоть до 49 лет. Ну представим себе: 60 – 70-летний дачник получает аренду на полвека, и это для него куда выгоднее, чем аренда пожизненная! А общая стоимость Переделкино – и земли и дач, – сегодня составляет около 350 – 400 млн долларов.
Есть чего присваивать, но и есть и чего защищать! Наше Переделкино сейчас похоже на больного, о здоровье которого заботятся специалисты по эвтаназии. Нам как можно скорее надо прописать во всех документах, что дачи писателям даются лишь на определённый срок (пенсионерам, ветеранам, участникам войны – пожизненно), допустим на 5 лет, с последующей проверкой выполнения пунктов договора (чтобы никаких бань и бассейнов не строили или строили с разрешения Литфонда без претензий на приватизацию) и его продлением, если арендатор не нарушил никаких условий договора. Если нарушил – договор расторгается. Все ремонты, перестройки, модернизация дач и участков должны осуществляться лишь с разрешения Литфонда, с утверждением сметы расходов заранее, а не задним числом, как это случается сегодня.
Каждый арендатор должен знать, что никакие вложения в свои удобства не дают ему права на приватизацию. А надёжней всего, чтобы всякого рода ремонты совершал и оплачивал Литфонд, после чего повышалась бы квартплата за пользование обновлённой дачей.
Переделкино не паноптикум и не город мёртвых. Оно должно существовать для живых. И вообще надо подумать: а не лучше ли вместо персональных музеев выстроить один большой музей, где была бы отражена славная и трагическая, и героическая история Переделкино, начиная с середины 30-х годов. Разве имена Заболоцкого, Леонова, Валентина Катаева, Паустовского, Бабеля, Михаила Алексеева, Ярослава Смелякова и многих других выдающихся писателей не достойны такого музея?
Надо провести тщательную инвентаризацию Переделкино. Есть арендаторы, которые не живут на дачах, а сдают их в аренду. А другие не живут на дачах десятилетиями и отдали их в пользование детям, родственникам, друзьям. По уставу всё это недопустимо. Бывшие председатели, члены бывшей социально-бытовой Комиссии (В.Тур, Н.Кондакова) часто, игнорируя писательскую очередь на дачи, раздавали их по своему усмотрению. Так поселились в Переделкино А.Городницкий, К.Ковалёв, и даже не член Литфонда некий С.Мелкумов (по личному распоряжению Ф.Кузнецова).
Нам необходимо ввести гибкую, безубыточную рыночную систему арендной платы. Недопустимо, что сейчас каждый из дачников оплачивает лишь 20% от стоимости обслуживания участка с дачей.
Цена от 3-х до 6 рублей в месяц за один кв. м. дачной жилплощади – смехотворна. В Москве, где условия жизни гораздо хуже, чем в райском Переделкине, цена во много раз дороже.
Литфонд обязан повысить эту цену в несколько раз, чтобы не доплачивать ну хотя бы за таких отнюдь не бедных дачников, занимающих вот такие дачные площади: А.Вознесенский – 232 м2, Вл.Куницын – 202 м2, Г.Зайцев – 130 м2, Ф.Кузнецов – 144 м2 и т.д. У наследников А.Вергелиса – 153 м2, у наследников Г.Маркова – 177 м2, у наследников А.Салынского – 154 м2. Наследников надо выселять.
А то, что переделкинцы не платят ни копейки за земельные просторы своих парковых участков – есть полный экономический абсурд, если учесть, что у Тимура Пулатова – гектар земли, у наследников Вергелиса – больше гектара и т. д.
С такой – то ли байско-феодальной, то ли коммунистическо-секретарской – формой землевладения пора кончать. Что Айтматов на своих гектарах картошку что ли сажать будет, а Пулатов фазанов разводить? Это Сталин делал такие роскошные подарки писателям, работающим на государство, а за что их делать бывшему послу Киргизии в Люксембурге или чуть не попавшему на скамью подсудимых прозаику из Узбекистана, бывшему в смутное время хозяином в Доме Ростовых? На какое государство они работают?
Нам надо срочно подымать плату за парковое землепользование переделкинцев. За 12 соток, положенных по закону, – брать по государственным расценкам. А уж за излишки – как можно больше, чтобы сами начали от них отказываться, чтобы Литфонд мог строить на этих площадях скромные дачи с участками по 12 соток и сдавать их в аренду нуждающимся писателям. Многие писатели из провинции в разговорах со мной высказывали желание пожить в Переделкине не в Доме творчества и не 24 дня, а на дачных участках – по полгода, по году. У одного дочь лечится в Москве, лечение длительное, нужна постоянная помощь и присутствие родителей; у другого дети здесь на учёбе; третий просто тоскует по московской жизни, по старым друзьям, которые ещё живы.
– Но ведь многие «приватизаторы» Ваши товарищи и авторы Вашего журнала. Вам ведь придётся враждовать с ними, вступать в борьбу. Собственность – дело серьёзное.
– Как бы ни вели себя дачники-приватизаторы, я многих из них ценю как писателей и впредь буду к ним как писателям объективен.
Мы недавно опубликовали сатирическую, несколько циничную, но талантливую повесть Ю.Полякова «Грибной царь», он обещал нам принести следующую повесть, мы её уже анонсировали. Да и «Литературка» в целом при Полякове ожила, за что я ему признателен. За время моего редакторства в «Нашем современнике» были опубликованы все лучшие произведения Владимира Личутина, и мы гордимся им как автором. Владимир Костров всегда желанный гость в журнале.
В юбилейном 2005-м шолоховском году мы напечатали в нескольких номерах полезную для русской культуры книгу Ф.Кузнецова, неопровержимо доказавшую шолоховское авторство «Тихого Дона», а после всего это постоянно поддерживали его в судебной распре с журналистом Л.Колодным. Но литература – это одно, а дачная распря – совсем другое. Это не мелкая, литературная склока, как кажется многим. Это – мировоззренческое противостояние. Вирус корысти, соблазн наживы (ну все воруют – а мы что?) испортили многих, у кого не хватило чести, совести и мужества. Ну с Сидорова что возьмёшь – питомец из гнезда Виталия Озерова, вылупившийся в одном помёте с Оскоцким и Суровцевым. А за Личутина и Кострова обидно. Даже за Феликса Кузнецова больно. Талантливые люди из простонародья, северяне. Но чубайсовский соблазн сплотил и «патриотов» и «демократов» в одну стаю.
Мы в «Нашем современнике» в 90-е годы перебивались с хлеба на квас, но о чести русского писателя не забывали, хотя на наших глазах Огнев «сдавал» поликлинику, Головчанский ИПО писателей, Ларионов приватизировал издательство «Советский писатель». По счастью в это время к нашим рукам ничего не прилипло. Может быть, потому наша конференция и меня избрала единогласно. Люди устали от хапужничества. Вот и Пасха в разгар нашей распри наступила и великая история с Иисусом Христом и Иудой ещё раз напомнила нам, что сребролюбие – это смертный грех.
Однако как тяжело бывает с друзьями писателям! На другой день после моего избрания на литфондовскую должность раздался телефонный звонок.
– Станислав! Я слышал, что тебя Переверзин сделал председателем Литфонда.
– Это не так, – ответил я. – Меня единогласно выбрал президиум нашей конференции.
– Ну это не важно! Скажи, что теперь мне делать с Переделкино, я на участке тут построил халабудку!
Это был обаятельный человек, уважаемый мною писатель. Но когда я узнал, сколько стоит его халабудка, мне стало грустно и я в отчаянье подумал:
– Ну что же Вы ведёте себя, словно крымские татары! Строите «халабудки», а потом кричите: – это земля моя!
Впрочем, даже в наше время незаконно возведённые в природоохранных зонах особняки не везде устояли. Не раз мы видели по ТV, как бульдозеры крушат их стены, их фронтоны, их великолепные террасы.
– Ну а сумеете Вы совмещать работу в Литфонде с заботами о «Нашем современнике»? Ведь журнал сегодня является признанным лидером среди толстых журналов. Тираж более 10 тысяч, в то время как у некогда знаменитого «Нового мира» – всего семь, а у «Знамени», «Октября», «Дружбы народов» всего-то по 3 – 4 тысячи…
– Конечно, журнал, которым я руковожу уже 19 лет, моё любимое дитя. Но, как говорится, «за державу обидно». Но если я увижу, что моя работа в МЛФ идёт во вред журналу, я, естественно, попрошу товарищей освободить меня от непривычных обязанностей. У нас на конференции выбрано в руководящие органы немало достойных людей, замена мне всегда найдётся. А терять мне нечего. Казённых дач ни во Внукове, ни в Переделкине у меня не было и нет. Проживу без них. Но раз меня выбрали и на меня надеются – надо работать. Глаза боятся, а руки делают…


Лариса Баранова-Гонченко


Станислав Куняев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *