Кто ещё не читал «Трёх мушкетёров»?

№ 2009 / 50, 23.02.2015

Труд­но пред­ста­вить се­бе гра­мот­но­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый бы не чи­тал три­ло­гии А.Дю­ма, или хо­тя бы пер­вой кни­ги, или, на ху­дой ко­нец, не имел пред­став­ле­ния о сю­же­те и ге­ро­ях по мно­го­чис­лен­ным эк­ра­ни­за­ци­ям.






А. Дюма. «Три мушкетёра». Иллюстрация М. Лелуара
А. Дюма. «Три мушкетёра».
Иллюстрация М. Лелуара

Трудно представить себе грамотного человека, который бы не читал трилогии А.Дюма, или хотя бы первой книги, или, на худой конец, не имел представления о сюжете и героях по многочисленным экранизациям. Рано или поздно это происходит со всеми. Например, знаменитая пианистка Мария Юдина прочитала «Десять лет спустя» в возрасте 59 лет и пришла в совершенный восторг. В письме к В.С. Люблинскому от 2 марта 1958 г. (М. В. Юдина. Жизнь полна Смысла. Переписка 1956–1959 гг. – М. : РОССПЭН, 2008) она называет трилогию «самой интересной светской книгой», а её героев находит «поучительнее лабиринтов Достоевского». При этом она не всё принимает на веру и просит у адресата «научного» комментария. Ответного письма в книге нет, но некоторые комментарии содержатся в указателе имён (вообще довольно занятном: в него вошли не только реальные люди, но и литературные герои и даже многочисленные коты пианистки).


Д’Артаньян в указателе совершенно справедливо назван персонажем романов Дюма. Но вот Атос, граф де ла Фер (судя по указателю, это разные лица), Партос (так в книге) и другие действуют только в «Десяти годах спустя». Персонажами этого романа названы и Констанция Бонасье (как известно, погибшая в «Трёх мушкетёрах»), и Кромвель (в самом начале романа, в главе ІХ, вспоминают о его смерти). Но, по крайней мере, указатель свидетельствует, что Кромвель – не только персонаж, но и английский политический деятель. А вот Ришелье – только персонаж и тоже «Десяти лет спустя» (на самом деле – лишь «Трёх мушкетёров»). Выходит, есть ещё люди, понятия не имеющие о трилогии Дюма (и о многом другом: включив в указатель Данте А., они, очевидно, полагают, что Данте – это фамилия, а Алигьери – имя; повесть «Старик и море» называют романом).


Кинорежиссёр, автор отечественной экранизации, утверждал на страницах «Известий в Украине» (2009, 25 января): «У Дюма есть романы «Дочь Портоса», «Сын Арамиса», «Сын Портоса», «Дочь д’Артаньяна». Но они не переведены на русский язык, за исключением «Дочери Портоса». Если бы это были действительно сочинения Дюма, а не апокрифы, их за полтора века как-нибудь бы перевели. Между прочим, «Сын Портоса» был напечатан в Москве в 1991 году полумиллионным тиражом, но Российское общество друзей Дюма через газету «Книжное обозрение» (1995, № 18, С. 3) обратилось к библиотекам с просьбой изъять из карточек на имя писателя эту и другие книги, к которым он не имел ни малейшего отношения.


Кстати, «Сына Портоса» на русском языке напечатало в 1993 году и хмельницкое издательство «Поділля» – в одном томе с «Дамой с камелиями», не подозревая, очевидно, что, в отличие от Портоса, Дюма имел сына (тёзку и писателя, на творческое наследие которого никогда не посягал, скромно именуя себе автором автора). Но даже это издательство не настаивало на принадлежности «Сына Портоса» перу Дюма: в послесловии переводчик высказывал предположение, что роман написал кто-то из «авторов историко-приключенческой литературы уровня Поля Феваля или Мишеля Зевако».


Этот же режиссёр в интервью киевской газете «Факты» от 13 ноября 2009 года заявил: «У Арамиса за ВСЮ жизнь была одна женщина – Камилла де Буа-Траси (в газете – Буа Треси. – В.Т.). Именно ей принадлежало сердце мушкетёра». Действительно, она мимоходом упоминается в «Трёх мушкетёрах» – у Арамиса был её платок (послуживший поводом к ссоре с д’Артаньяном). Ну и что? Как говорил позже Атос, Арамис был «постоянно запутан в интригах с женщинами». А д’Артаньян тогда же заметил, что «у Арамиса по-прежнему полтора десятка герцогинь, которые оспаривают друг у друга прелата, как оспаривали прежде мушкетёра». Читатели «Трёх мушкетёров» помнят, как он любил герцогиню де Шеврез – настолько, что, не получая от неё известий, решил принять духовный сан, а её письмо, привезённое д’Артаньяном в Кревкер, возвратило Арамиса к прежней жизни. В «Двадцати годах спустя» он стал любовником герцогини де Лонгвиль и, по-видимому, отцом её сына. Так что Камилла была лишь одной из полутора десятков герцогинь (будучи к тому же лишь графиней).


Выходит, не только у Портоса была «библиотека, насчитывающая шесть тысяч совершенно новых и никогда не раскрытых томов».

Владимир ТОЛЬБА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *