Экспериментальный Гофман

Рубрика в газете: Год театра, № 2019 / 29, 02.08.2019, автор: Ильдар САФУАНОВ

Как ни странно, одна из лучших повестей Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер», редко привлекала внимание режиссёров театра и кино. Можно вспомнить лишь детский фильм производства ГДР, шедший у нас под названием «Ошибка старого волшебника» (немецкий заголовок – «Заколдованный Циннобер»).

Впрочем, и другие произведения Гофмана не обласканы вниманием деятелей театра, если не считать нескольких балетов (прежде всего «Щелкунчик» и «Коппелия») и комической оперы Оффенбаха «Сказки Гофмана».

В последние годы, однако, появилось несколько инсценировок повести «Крошка Цахес, по прозванию Циннобер» как в России, так и в городах Германии и Австрии. Например, более десяти лет назад Нина Чусова инсценировала эту повесть в театре имени Моссовета.

Недавно произведение было воплощено в одном из ведущих драматических театров Вены – Народном (Volkstheater). Заметным явлением музыкального театра стала поставленная в Гельзенкирхене стимпанк-опера «Крошка Цахес – операция Циннобер» берлинской группы «Коппелиус».

По-видимому, эта повесть, показывающая, как с помощью разных ухищрений (считай – колдовства) воздействуя на массовое сознание, можно добиться вершин популярности и власти, особенно актуальна в сегодняшнем мире.

Заметим, что в венской и гельзенкирхенской постановках действие было перенесено в наши дни.

Так же поступил и режиссёр Кирилл Вытоптов в своей постановке гофмановского произведения в театре имени Ермоловой (инсценировка Ольги Федяниной по переводу Александра Морозова).

Пару лет назад режиссёр в «Мастерской Петра Фоменко» осовременил и «Мамашу Кураж» Бертольта Брехта. Говорят, наследники великого драматурга, авторское право на произведения которого ещё действует, ревностно следят за тем, чтобы тексты не искажались, и пьеса Брехта была поставлена достаточно близко к оригиналу.

В постановке же по произведению Гофмана, умершего без малого два века назад, режиссёр, похоже, действовал по принципу «Дедушка старый, ему всё равно», и оторвался по полной. Лишь поверхностная канва сюжета сохранена.

Цахес (Василий Березин) в спектакле театра имени Ермоловой оказался не убогим сыном бедной крестьянки, а разносчиком готовой еды и даже с собственным брендом «Цхс.еда». Он кормит пиццей фею Розу (Роза Хайруллина), и та как будто в благодарность заколдовывает его так, что все успехи других людей – в службе, искусстве, спорте – в глазах всех окружающих станут его успехами. У этого Цахеса нет огненно-рыжих волос, и, вероятно, поэтому, здесь он лишён прозвания «Циннобер» (что в переводе с немецкого означает киноварь – ярко-красный цвет). Тёмные патлы, небрежная одежда. Герой лишён честолюбия и довольно равнодушен к свалившейся к нему удаче, как будто заранее смирившись с тем, что в финале он сгинет в ночном горшке. Довольно тусклыми сделаны и другие персонажи. Например, волшебника Альпануса (Артём Цуканов) трудно отличить от министра Андреса (Владимир Зайцев). К тому же сделан Альпанус почему-то фотографом и зовут его теперь Просперити (у Гофмана – Проспер).

Вообще, на всём спектакле лежит налёт небрежности – не сказать, что элегантной, но наверняка нарочитой. Возможно, это элементы панк-культуры – есть даже отсылки к оформлению упомянутой стимпанк-оперы группы «Коппелиус» – например, большого диаметра трубы между первым и вторым ярусами декораций (сценография и костюмы художника Наны Абдрашитовой). Первый этаж представляет собой бар с музыкой, второй – что-то вроде конференц-зала.

Содержание упрощено, избыточная выразительность Гофмана переведена, так сказать, в эконом-режим. Антагонист Цахеса, мечтательный студент Бальтазар (Александр Кудин) теперь един в двух лицах – он и поэт, и музыкант. А его друг Фабиан (Ярослав Рось) теперь стал ассистентом профессора Моша Терпина (Дмитрий Павленко), отца красавицы Кандиды (Вера Колесникова), за сердце которой соперничают Бальтазар и Цахес. Время действия перенесено в период правления князя Пафнутия (Антон Колесников), учредившего в княжестве Просвещение (в оригинале это далёкий пращур действующего князя Барсануфа).

Сопровождающая спектакль музыка эстрадного характера не имеет отношения ни к музыкальному творчеству самого Гофмана, ни к его эпохе (композитор Владимир Горлинский).

Пожалуй, единственная запоминающаяся фигура в спектакле – фея Роза в исполнении своей тёзки Хайруллиной. В образе ощущается индивидуальность и характер, правда, остаётся не вполне ясным, зачем героиня всё-таки наделила гнома волшебным даром. Кажется, некий эксперимент проводила.

 

Один комментарий на «“Экспериментальный Гофман”»

  1. Мне кажется, что при такой интерпретации надо материала надо писать не Гофман, а Гопман.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *