ФЛЁНОВСКАЯ КУПЕЛЬ

Рубрика в газете: Живое место, № 2018 / 31, 31.08.2018, автор: Олег ЕРМАКОВ (Смоленск)

 
Храм Святого Духа во Флёнове проектировали С.В. Малютин, М.К. Тенишева, И.Ф. Барщевский. Мозаику над входом создал Рерих – это удивительный пластичный «Спас Нерукотворный» с огромными глазами. Рерих и внутри расписывал храм, но росписи почти не сохранились для нынешнего зрителя. Однако автору этих строк посчастливилось попасть в храм во время реставрационных работ и увидеть и сфотографировать росписи, обновлённые рукой реставратора.

 

 

 

В тот момент решалась судьба этих росписей: что с ними делать? Не знаю, стёрли ли их, или как-то законсервировали. Но сейчас трудно что-либо разглядеть. И всё же эти лики и всплёскивающие руки словно бы проступали под чистейшими волнами гуслей. В храме Святого Духа на Медовый Спас выступала известная исполнительница из Москвы Любовь Басурманова.

 

 

Любовь Басурманова играла не только на гуслях, но и на дудке и других народных инструментах. Да ещё и пела. Голос у этой хрупкой миловидной женщины оказался на диво сильный, сочный, чистый – под стать её главному инструменту, наколенным шлемовидным гуслям. Из названия уже ясно, что инструмент древний, времён «Слова о полку Игореве». На нём играл Садко былинный, завораживая морского царя. И ведь сам инструмент – целое море звуков. Мы на концерт немного опоздали с женой, и, отдуваясь после подъёма на крутую горку, на которой и стоит храм, не сразу поняли, сколько же человек тут играют. Казалось – с пяток балалаечников и столько же гитаристов. Но посреди храма перед аудиторией в семьдесят примерно человек сидела одна только женщина в старинном наряде, с розовеющими щеками и вдохновенно блистающими глазами. На коленях она и держала весь этот «оркестр» поблазнившихся гитаристов-балалаечников – гусли.

 

Что за инструмент! Струны рокотали и щёлкали соловьями, то нежно переливались, замирали. Ну, как тут не вспомнить из «Слова о полку Игореве»:

 

Вам памятно, как пели о бранях первых времён.

Тогда пускались десять соколов на стадо лебедей;

Чей сокол долетал – того и песнь прежде пелась…

 

Так вот руки Любови Басурмановой и мелькали этими всеми птицами, метались по гуслям, прозрачные пальцы и рождали чистые звуки. Народ слушал с широко раскрытыми глазами. Позади певицы-гуслярши солнце рисовало крыло. А вторым крылом и была музыка. Ну, и ещё в памяти проступали те лики и руки, писанные Рерихом. Ими весь храм был заполнен. Даже музейный кот присмирел и слушал.

 

Любовь отложила гусли, взяла дуду, потом – ложки, и под перестук ложек спела озорную песенку псковичей. Смоляне уже аплодировали с восторгом, бурно. Певица нежно и властно захватила публику. Потом она снова играла на этих морских и воздушных гуслях.

 

Как начал играть Садко в гусельки яровчаты,

Как начал плясать царь морской во синем море,

Как расплясался царь морской.

Играл Садко сутки, играл и другие…

 

Ну, храм не синее море, все продолжали слушать смирно, но сердца смолян явно волновались, глаза лучились, и как затихала музыка, хлопали от души, а иные и вставали.

 

 

Выступление длилось всего-то час, а пролетело, как минута. Такова особенность большого таланта: музыканту подвластно время.

 

Любовь Басурманова спешила на поезд и смогла на бис исполнить только одну песню, а то бы смоляне её ещё долго не отпускали, как тот узурпатор-меломан морской царь из былины. Хотя и он Садко отпустил, да с новыми дарами. Надеемся, что и для Любови Басурмановой выступление во Флёнове, в храме Святого Духа было тоже подарком. Ведь это первое подобного рода выступление в реставрированном наконец-то храме. До неё в нём никто вообще не выступал. А во Флёнове бывали многие исполнители, музыканты, композиторы, при Тенишевой – так и вообще ярчайшие звёзды: Стравинский, Шаляпин. И эта традиция не прерывается. Флёново живое место. И вот теперь обогатилось древней русской музыкой талантливой Басурмановой.

 

Любовь к этому инструменту ей привил известный гусляр Д.М. Локшин, фронтовик, сиделец в немецком концлагере. Как рассказывала Любовь Басурманова в одном интервью, будучи баянистом, она услыхала его игру на гуслях – и «пропала». Сначала больше года ходила к нему на чай, слушала его игру, а потом и сама решилась заиграть. Семья еврея Локшина уехала на историческую родину, а он один остался на своей музыкальной родине, не в силах оборвать духовную, да уже и кровную связь. Говорят, что евреем может быть любой, кто пройдёт соответствующий обряд, будет исполнять более полутысячи заповедей Торы, окунётся в микве, резервуаре с водой. Еврей Локшин окунулся в музыку гуслей и стал русским.

 

И благодатный этот поток, потребный и всем русским, часто забывающим свои истоки, не прерывается ещё и благодаря чудесной ученице – Любови Басурмановой.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *