Третий всадник Апокалипсиса литературы

Рубрика в газете: Наболело, № 2019 / 18, 17.05.2019, автор: Светлана ЛЕОНТЬЕВА (НИЖНИЙ НОВГОРОД)

И мчится он прямо на нас с огромной скоростью. И мы смирились с его мощью. С тем, что он существует и здравствует. И звать этого всадника – графоманская часть литературы. Казалось бы, нет ничего страшного в том, что есть люди неодарённые, но пишущие, издающие и продающие свои книжки. Есть и есть. Сказать такому человеку о его бесталанности неудобно. Да и ни к чему наживать врагов. И отчасти графоманы люди – с деньгами. Иногда даже приходится идти к ним на поклон – просить деньги на издание или ещё на какие-то нужды. Сама сталкивалась не раз с такого вида литературными опусами. Говорю слово «литература» оттого, что графоманы так или иначе часть этого процесса, его поток, его читатель. Вообще графоманы существовали всегда. Во все времена. Как и невежественные люди, например, вспомним Бенкендорфа Александра Христофоровича, кому была поручена роль политического наблюдателя за Пушкиным. А этот наблюдатель, по словам современника, «имел самое лишь поверхностное образование, ничего не читал и даже никакой грамоты не знал порядочно». Вспомним Баратынского и Вяземского. Вспомним насмешки Пушкина: «его бобровый воротник» – несомненно, как и «полуглупец», всё это часть одного – неприятия Пушкиным процесса возле литературы, как основы. Недаром произошла травля писателя и обвинения его во вторичности. Процессы литературные нашего времени – также насыщены неприятиями, завистью и откровенной травлей одарённых писателей.
Мне часто попадались в руки книги, написанные бездарными людьми. В наш век всеобщей грамотности и умения владеть языками, компьютерами, интернетами нетрудно опубликовать свои вирши на любом портале, от стихи.ру до рифма.ру и прочих интернет-сайтов, где происходит полемика, переписка между людьми и, конечно, восхваления. Но это вроде бы не так страшно. Подумаешь, люди в свободное время обмениваются мнениями в открытом доступе.
Страшно иное – когда неразборчивому читателю попадают в руки подобные графоманские издания. Куча бездарной литературы, горы макулатуры. Графоман подчас не осознаёт, что он графоман. А наоборот, считает, что ему завидуют иные, обвиняя его в бездарности.
И мчится этот всадник, разрушая настоящую русскую большую литературу, отнимая лучших читателей, тот золотой фонд людей, разбирающихся, что настоящее, а что нет. Кроме этого, издательств и самоиздательств – пруд пруди, были бы деньги. Тут и вещи об истории нашего государства, извращённые и искалеченные псевдо-писателями. Тут и стихи однодневки. Приключения. А того хуже – стихи для детей, написанные графоманом, прослушанные детьми на «ура», ибо громко и весело прочитаны со сцены.
Подарила мне книгу стихотворений одна женщина, написавшая тринадцать книг в рифму за три года. Одно из стихотворений выглядит так: «Угол бабушки комнаты». Я долго молчала – года два, два с половиной, но однажды не выдержала и тихонько возразила: «угол бабушки»? Овал дедушки? Треугольник отца? Да, комично. Да, неграмотно. Но это часто и повсеместно! Вот ещё один пример из очерка, посвящённого Н. Рубцову: «Приезжая в Москву на учебную сессию, квартировался Рубцов большей частью у Саши, так как доступ в общежитие Литинститута ему был закрыт. Саша всячески ухитрялся проводить опального заочника-поэта мимо охранников, которые восседали кораблём. То спиной своей широкой друга закроет, а Рубцов в момент мышкой проскочит (он худенький был), то с помощью подручных средств «видоизменит» Колю и представит его вахтёру, как родственника, приехавшего в Москву навестить студента и привёзшего ему деревенских харчей на пропитание…» Этот очерк издан в издательстве (не буду оглашать название). Но скажу, что «большей частью» квартироваться неудобно, а вот «чаще всего» возможно. А уж охранников, восседающих кораблём, не видела…
Многие рвутся стать писателями… Считая, что таким образом, можно денег заработать, атакуют издательства, редакции журналов.
Многое идёт самиздатом. Это и есть разрушение по-настоящему. Смерть. Апокалипсис и Армагеддон литературы. Началось это одновременно с разрушения устоев государства нашего – образования, медицины, науки. Сколько бы мы ни хвастались прорывными технологиями, всё рано идёт разрушение.
Нет, конечно, запретить издание книг нерегулируемым способом невозможно. Работать псевдоиздательствам и типографиям, накупившим оборудование для печати агиток, тем более. Да и ни к чему это. Путь будут. Зарабатывают, как могут. Но людям объяснить, где подлинное, а где поделочное – это можно. Отчего бы нет? Нет, я не предлагаю ввести цензуру, как в царские времена. Но поставить препятствие коню, которого оседлал третий всадник Апокалипсиса, возможно. И нужно и необходимо, пока не истоптал он благотворную почву истинной литературы. Подлинного творения. Конечно, моя фантазия неудержима. Сегодня я всю ночь раздумывала над тем, как графоманы затравили Шолохова, обвинив его в плагиате. Хочешь убить писателя, обвини его в грехе воровства чужих текстов. Это самый тяжёлый грех. Да и пуль не надо тратить, штыков и сабель. Достаточно пару-тройку постов в социальных сетях, с перепостами на лентах твоих виртуальных друзей, и всё! Писатель повержен. Так можно легко расправляться со своими недругами. Потому что известно, что писательская среда самая завистливая. Увы, это так. «У поэтов есть такой обычай, в круг сойдясь, оплёвывать друг друга» (Д. Б. Кедрин)
Самое смешное, что заведомо бездарные писатели образуют некие союзы, называя их «литературными объединениями», «союзами местных литераторов», «союзами столичных искусств» и так далее, а также организуют конкурсы и фестивали, убеждая местные власти в их пользе. Как музыкальные, так стихотворные, либо музыкально-поэтические, либо просветительские… Там без зазрения совести вручаются награды, вымпелы, значки, поощрения, как денежные, так и безгонорарные. Многие люди наживаются на самолюбии доморощенных поэтов, предлагая им издаться за их средства, далее быть принятыми в союз, награждёнными и поощрёнными. Я видела многих наивных писателей, которые получали ордена и медали. Да и как не прельститься этим награждением? Ведь ты умеешь писать ямбом и хореем. Ты можешь и анапестом завернуть! Даже сонет состряпать! Конечно, такие люди, пишущие свои тексты, нуждаются в некой защите, в неком щите от обывательской оценки. Поэтому они бегут за грамотами и вымпелами. Тратят свои деньги.
А с другой стороны, почему не нажиться на самовлюблённом и недалёком писателе? Отчего бы не срубить бабла? Ибо известно, что деньги не пахнут! О, сколько раз я натыкалась на подобных людей!
И мчится этот всадник, сметая на своём пути всё живое и талантливое! Конечно, он затопчет и меня. И мне подобных. Список велик. Пока есть ещё люди, разбирающиеся что подлинно, а что нет. Но их время упущено. И невозвратно.
Предвкушаю, сколько будет сделано комментариев по поводу моего эссе. Не беспокойтесь! Я привыкла. Меня обвиняли и в «мертворождении», и в подражании кому-либо, и во вторичности, и в том, что якобы я пишу кому-то какие-то комменты под их виршами, и в иных грехах смертных. Одним обвинением больше, одним меньше. Уже не страшно! Страшно иное… Копыта коня, которого оседлал бледный, страшный всадник. Он невысокого роста, на нём мантия, его злое лицо искажено гримасой пренебрежения к талантливому. Он поёт свои песни «а-ля-рус». Или что-то в этом роде. А ещё я знаю всех остальных его собратьев – смерть, войну («отечественная литература – отечественная война» – А. Вознесенский), голод, мор. Ибо так оно и будет!
Каков выход? О, если б знать!

Если бы знала, то я научила бы – как!
Не гореть, не сиять, быть не открытой учёными.
Как нам созерцать невозможнейший мрак,
восходить в небесах пепелищами чёрными.
У людей только звёзды, а мне – эллипс твой
плазм горящих, снедающих, плавящих,
трав и листьев сгорающих, шишек и хвой.
Стой!
Опасно врагам и товарищам!
Секретарша в прихожей. Охранник в дверях.
В небе – жарище!
Если б знала, кормила бы знаньями я
и высоким, святым, монастырским, аббатовым.
Траекторий мучительнее, чем жнивья
по-немецки «krivaito», латышски «ckiwe»,
криво-косо у нас под Саратовом!
Этот профиль сияющий!
И свет очей!
Огнь любви!
«Заповедник» Сергея Довлатова,
под ногами нет почвы – лишь сгусток ночей,
нет земли – той рябинной, исплаканной!
Умирать на чужбине сложнее всего!
Вот поэтому в космос, в галактику, млея,
распадаясь по-птичьи в своё серебро,
имя вплавив Эдмунда Галлея!
Прячь-не прячь. А яйцо это в кролике.
И прогорит его серая, мягкая шкурка.
Я, как чучела Маслениц на раз, два, три
поджигаюсь сама без костра и окурка.
Всех сподвижников пламя во мне, бунтарей
и фосфин этот рыбий, дельфиний, китовый:
Геростратам такое число алтарей
и не снилось, как смертникам выжженной крови.
Астероидов этих – убийц и пройдох,
мой последний возлюбленный, проще – сожитель,
от его изощрённости взял бы да сдох,
как от зависти жаркой сам Джек-Потрошитель.
А по мне плачет остров зимой Алатырь!
О, не надо, не надо, чтоб об руку – руку!
Я тебе повторяю: сожглись вглубь и вширь
все кощеевы зайцы – по паре за штуку.
Все спалились. И даже ладонь на ладонь
не клади. Я – Везувия лав километры.
Дохристосовый путь. Доязыческий стон,
доархейский и доменелайский огонь
в небе – пеплы!

И последняя песнь третьего всадника апокалипсиса: никакого творчества. Всех объединят в одно: все виды искусства – и предадут. Туда-то точно всадник не попадёт, мимо проскачет. Ибо сорок свечей будет зажжено, и дверь на замки закрыта. Но это уже иная история. О ней в следующем эссе. Если не зашибут копыта – эти дубовые, железные подковки.
Я уже вижу их чёрное солнце, их сияние и слышу скрежет сломанных позвонков!

 

27 комментариев на «“Третий всадник Апокалипсиса литературы”»

  1. Уважаемому автору этого текста. Нет-нет, не собираюсь ёрничать и ехидничать. Хочу задать вам всего ОДИН вопрос: а вы можете назвать мне ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ различие между т.н. графоманом и т.н. писателем? Хоть одно — но чёткое и конкретное. Жду ответа.

  2. 1. Это эссе называется «Горе от ума»: от переначитанности; от псевдоисповеди типа «Я, как чучела Маслениц на раз, два, три поджигаюсь сама без костра и окурка».; «от семейно-любовной нереализованности типа «мой последний возлюбленный, проще – сожитель, от его изощрённости взял бы да сдох…»; от эгоцентричности типа «Я – Везувия лав километры. Дохристосовый путь. Доязыческий стон «;
    2. Последний стих в эссе — это псевдоязыческое стихотворчество, без Христа в душе.
    3. Совет простой — спуститься с «Пегаса» Апокалипсиса и в простую жизнь: куда-нибудь на природу, в деревню, на огород и в лес за Истиной от Рубцова: «Взглянул на кустик — Истину постиг!» Далее по тексту.

  3. Тексты просто удручающе банальны — особенно в поэтической форме. И тема статьи надумана. Не надо «стращать и не пущатьа.» — любой грамотный читатель сам разберется где литература, а где макулатура.

  4. ЕСТЬ НЕСКОЛЬКО СПОСОБОВ ОТЛИЧИТЬ ГРАФОМАНА ОТ ИСТИННОГО ПИСАТЕЛЯ. ИХ 14!

    1. Графоман очень болезненно переносит критику и как правило принимает ее в штыки. Он ассоциирует критику с личным унижением и оскорблением, а не с возможностью исправить ошибки и извлечь уроки. Собственно критика ему не нужна, это пустая трата сил и времени.
    2. Графоман очень любит рассказывать всем о своем творчестве и не прочь продекламировать стихи или главы из нового романа даже там, где это абсолютно неуместно, и хочет этого собеседник или нет. Настоящий ПИСАТЕЛЬ, НАОБОРОТ, СЛОВНО стесняется и на людях не лезет с чтением.

    3. Истинный писатель подвержен сомнениям, он склонен самым тщательным образом переписывать и обновлять свое творение! Графоман же уверен, что шедевр он свой создаст в любой момент лишь дотронется до клавиши ноутбука.
    4.Писатель имеют в создаваемых произведениях свою манеру обращения, отличающийся своеобразием язык, уникальный стиль, который выделяет их среди прочих. Вспомните Толстого, Есенина, Достоевского, Шолохова, Хемингуэя, — разве можно их спутать прочитав даже незнакомый текст. Однако при чтении творения графомана у читателя появляется стойкое ощущение: «где-то я все это уже видел, слышал, читал!» и появляется желание отложить книгу в сторону.

    5. Графоман не редкость заносчив, крикливо одет, любит употреблять словосочетание «мое творчество» и называть себя при случае и без случая, писателем. Ему нравится похвалиться знакомствами с «Великими мира сего», «вхожестью» в тусовки. В его обществе необходимо слушать только его.
    6. Настоящий мастер остерегается громких слов. Он прост в общении, любит людей.! Он открыт. Он наблюдает. ОН НИКОГДА НИКОГО НЕ ОБВИНИТ во вторичности. Но будет глубоко переживать о том, что литература больна графоманией!
    7. Истинный поэт-писатаель ставит на первое место качество написанного, и он в этом беспощаден, вплоть до того, что сжигает или уничтожает уже полностью написанную вещь…
    8. В талантливом произведении вы, Алексей,обязательно найдете интересные мысли; графоман же склонен сыпать цитатами известных людей или литературными штампами, самобытность в его творчестве отсутствует.
    9. ИСТИННЫЕ ТАЛАНТЫ стремятся сделать мир чище, лучше посредством своего творчества, главная же задача графомана – собственное тщеславие, красочные обложки, хлесткие названия, тиражи, появление в СМИ.
    10. Истинно творческий человек готов годами писать в стол, а графоману нужен непрерывный успех и восхваление его мнимых талантов, он рвётся за получениями премий. Грамот. Вымпелов. Кубков и поощрений!
    11. Писателю не столько важны слава и деньги, как возможность быть понятым, услышанным, а денег лишь бы хватало на самое необходимое, на то, что бы не отвлекаться от главной цели – творчества.
    12. Настоящих литераторов отличает всемерная помощь молодым талантам, чего не скажешь про графоманов, которые видят в них конкурентов, которые могут их обойти на повороте, отодвинуть на периферию.
    13. Писателя отличает обостренное чувство справедливости, нежелание сотрудничать с властями… Графоман ради тиража, призрачной славы перешагнет через все.
    14. Писателями не рождаются, у многих людей есть задатки, генетическая предрасположенность к творчеству. Только упорный каждодневный и многолетний труд, оттачивание мастерства, беспощадная критика к себе. А ещё — умение раскрыть то, что у тебя в душе. Выговориться!

  5. Полагаю, что сама автор считает себя талантливой, одаренной, образованной. У нее не вирши, а шедевры?

  6. Свелане. Неприлично выдавать чужие мысли за свои. Эти способы сформулировали не вы. Полагается давать ссылку на автора.

  7. Автор решила, что достигла тех высот, когда имеет право давать оценки. А вот я говорю, что вы, Светлана, великий графоман. Сможете опровергнуть мое мнение?

  8. Как бы там ни было, друзья-комментаторы, а ответ на вопрос А. Курганова «Можете назвать мне ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ различие между т.н. графоманом и т.н. писателем? Хоть одно — но чёткое и конкретное?» получен.
    Человек, похоже, всю жизнь мучился над этим вопросом — может кто-нибудь назвать или нет? Оказывается, может.
    И дело теперь лишь в том, на сколько сей ответ чёток и конкретен.
    Полагаю, оценить его с этой точки зрения всякий сможет — правда, разумеется, лишь в меру степени собственного развития…

  9. Заключительный аккорд! на комм. № 12.
    Для «оценки полученного ответа» на вопрос в чём «ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ различие между т.н. графоманом и т.н. писателем?» осталось только достичь «степени собственного развития» Александра Турчина!

  10. Турчину. А чего ради так стараться и распинаться перед Кургановым? Если он не хочет или сам не может разобраться, кто графоман, а кто настоящий писатель? И зачем вообще этим интересоваться? Пиши сам свои «шедевры», а о других не заморачивайся. Либо хочет доказать, что сам не графоман, потому и ищет признаки, критерии, стандарты…

  11. Спасибо, господа комментаторы! РАССМЕШИЛИ! Как я и думал, «нету у вас методов против Кости Сапрыкина!».

  12. Курганову. Как комментатор радуюсь, что доставил вам удовольствие. Также счастлив, что вы думаете.

  13. Господа! Не надо ссориться! Автор — чудесный! И говорит о том, что настоящая литература есть! Но прорваться к читателю трудно! Как известно, что разрушение государства — это кроме всего разрушение литературы. Уменьшение, если можно так сказать читательского слоя. Подлинных, истинных и литературно подкованных читателей! Или вы не видите, что никаких очередей в книжных магазинах нет? Что журналы скатились до тиража 500 штук? И что их спонсирует запад? Конечно, не все и не все Запад. Есть ещё Южная Корея, которая даёт деньги. Не будьте так слепы! Автор молодец, что начала эту тему. О графомании, бульварщине и пр. И она права! Между истинным писателем и графоманом пропасть, хотя в словах передать это трудно. 14 пунктов, а то и 21 есть у всех. Я за истинную литературу. И стихи здесь у ЛЕонтевой настоящие! Она подлинная!

  14. «…писательская среда самая завистливая». И что, самый веский в пользу этого мнения аргумент – сказанные под влиянием плохого настроения слова поэта Кедрина? И полетело – с лёгкой руки… Да завистники – они везде встречаются, в любой профессиональной группе.
    И литературные объединения охаивать не стоит. «Заведомо бездарные…» Зачем так сразу всех-то?
    И «бабушку с углом» надо было сразу на место поставить, а не молчать два с половиной года! Глядишь, лишнюю дурацкую книгу эта бабушка бы не издала…
    А в остальном с автором согласна полностью.

  15. Анониму.
    Вы спрашиваете: «А чего ради так стараться и распинаться перед Кургановым?» (комм. № 14)

    «Для созидания в коробки-здания
    Ты заползаешь, как в загоны на заклание.
    В поту и рвении, в самозабвении
    Ты создаёшь, творишь и рушишь в озарении.

    Люди, власти не имущие!
    Кто-то вас со злого перепою,
    Маленькие, но и всемогущие,
    Окрестил безликою толпою.

    И ничто без вас не крутится —
    Армии, правители и судьи.
    Но у сильных в горле, словно устрица,
    Вы скользите, маленькие люди!»

    А ради 15 способа различения «графомана от истинного писателя» — если есть внимание и любовь к маленькому человеку, значит настоящий, если нету, значит графоман.

  16. А я скажу о двух главных отличиях: 1. графоман любит в поэзии (особенно!) только себя. Или потакает себе подобным, но никогда не признается в любви, не прочитает со слезами чужие строки. А вот Светлана как раз любит стихи других поэтов, много делает для поддержки истинных поэтов! Это – доказательство подлинности!
    И – 2-й, САМЫЙ главный признак: графоман вообще старается не читать других, а особенно – талантливые сборники стихов и умные книги о поэзии. Если бы было по-другому, то с двумя-то миллионами пишущих вирши в Интернете все поэтические книги и умные книги по литературе – смели бы с прилавков!
    ОПРОВЕРГНИТЕ!

  17. Светлана Леонтьева сама выставляет свои стихи в «Стихи.ру». Очень часто там печатается поэт Владимир Шемшученко. Могу и других найти. Они тоже графоманы?

  18. Александру Боброву. ОПРОВЕРГНУТЬ? Легко. По пункту первому. как сказал Василий Розанов «что такое писатель? Брошенные дети, забытая жена и тщеславие, тщеславие…». Так что не нужно лукавить: КАЖДЫЙ пишущий ( т.н. писатель или т.н. графоман — без разницы) в литературе прежде всего любит только СЕБЯ, любимого. Не знаю. нормально и это или нет. По-моему, нормально: зачем мне любить кого-то, если есть я, ЛЮБИМЫЙ и несомненно ГЕНИАЛЬНЫЙ! А иначе и огород нечего городить!
    По пункту второму. Здесь вы начинаете явно «плавать». Что значит «старается»? А что в таком случае означает «НЕ старается»? А как много старается =- НЕ СТАРАЕТСЯ? Стараться можно поэтессу Эн поеть, но вот получиться ли это — есть ВОПРОС?
    Так что слабо аргументируете. Неубедительно. Может, ещё раз попробуете? С признательностью. Графоман Курганов (причём, кондовый!)

  19. Комментатору # 9. Его зовут Григорий Жадько. Есть еще статья Олега Волкова «Убей в себе графомана». И еще других много-много в Сети.

  20. Непонятно, почему так накинулись именно на стихи.ру и прозу,ру. Тогда как в интернете есть масса других ресурсов такого же типа. Разумеется, у многих другой формат и другие цели. Есть ресурс, где автор публикует начало своего произведения, а если понравится читателю, он выкладывает продолжения. Есть такие, где можно поддержать автора финансово для сбора средств на издание его книги. Есть такие, где можно просто читать без всяких условий. Знаю доподлинно, что многие издатели или маркетологи просматривают подобные ресурсы регулярно и предлагают авторам издаться за счет издательства, если видят, что книга будет коммерчески выгодной. Есть редакторы журналов, которые на этих ресурсах ищут новые имена, а то и преподаватели творческих вузов могут порекомендовать неизвестному автору попробоваться на институтский конкурс. Например, в Литинституте в год творческого конкурса руководители семинаров жалуются на низкий уровень рукописей поступающих и трудности с комплектованием семинаров. А на таких ресурсах можно «завербовать» себе студента. Плохо это или хорошо, но такое существует.

  21. Вообще то графомания — это стремление писать для печатного издания, не имея для этого необходимого таланта. Есть у человека талант или нет можно определить, прочитав его труды. Причём у каждого читателя свой уровень, поэтому точных критериев графоманства нет. Для кого то графоман, для других — вполне себе писатель. А ругать прозу.ру за то, что за деньги печатают — так многие печатают. Уровень конкурсов? Так он зависит от участников. А что прикажете делать? Сидеть сложа руки?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *