ЧЕРТЕЙ НА ВСЕХ ХВАТИТ

№ 2007 / 26, 23.02.2015


Представьте себе, что вы укладываете спать своего малыша. Очаровательное существо лет так четырёх никак не хочет успокаиваться, конючит, трёт кулачками глаза. Одним словом, капризничает. Уже все средства перепробованы. «Мама, сказку! Колыбельную!», – требует отпрыск. И вам ничего не остаётся, кроме как подчиниться.
Сколочу тебе гробок
Из дубовых из досок,
Ой, люли-люли,
Засыпай, сынуля.
…Напевает любящая мама. А что? Классическая народная колыбельная по мотивам русских народных сказок. Для тех, кто не готов к экстриму, предлагается вариант «light»:
Баю-баюшки-баю
Не ложися на краю!
Придёт серенький волчок
И укусит за бочок!
Правда, мило? Ребёнку обязательно понравится такая колыбельная. Главное – успокаивает. Для малышей, которым мало пропеть пару леденящих душу строчек, хорошо подойдут русские народные сказки. Лучше бы, конечно, необработанные. Такие, знаете, живенькие. Чтоб из самой среднерусской глубинки. С Архангельщины или Псковщины. Те, что передавались крестьянами столетиями из уст в уста. Про вурдалаков, упырей, оборотней… Хотя хороши и обработанные сказки, например в переложении Афанасьева.
Например, про кота-баюна: «… ступай в тридевятое царство за Котом-Баюном. Трёх вёрст не дойдёшь, как станет тебя сильный сон одолевать – Кот-Баюн напустит. Ты смотри – не спи, руку за руку закидывай, ногу за ногой волочи, а где и катком катись; а если уснёшь, Кот-Баюн убьёт тебя!» Запоёт такая киска, замурлычет – и всякого, кто на растоянии выстрела оказался, мертвецкий сон с ног валит.
На сон грядущий хорошо читать, не так ли? Кто придумал, что сказки – добрый, уютный, самоварно-пряничный жанр устного народного творчества? Лишить бы того филолога учёных степеней и регалий, да предложить полистать на ночь томик сказок. Любых. Русских, немецких, ирландских, осетинских. И чтоб комната потемней была, да погода за окном помрачней. Буря, например. С молнией и хлещущим по стеклам дождём. Да ещё собака чтоб (а лучше – волк!) за калиткой на луну выла. Как на покойника. И потом поинтересоваться у горе-исследователя, не хочет ли он отказаться от дачи ложных показаний.
Шутки шутками, но попробуйте как-нибудь на досуге проанализировать содержание сказок. Характер персонажей, внешний антураж, способы решения конфликтов. Волосы дыбом встают! Начнём с того, что ни одна порядочная история не обходится без каннибализма. Лиса съела колобка. Взяла и слопала без предъявления обвинений. Сожрала, чтоб называть вещи своими именами. Волк проделал ту же процедуру с зайцем. Он же, серый, но в другом томике, полакомился бабушкой. А это уже – статья.
Идём дальше. В «добрых» историях очень распространено присутствие инвалидов всех мастей. Баба-Яга – костяная нога, Лихо одноглазое, Золушка с крохотной ступнёй, дракон с тремя головами. Или вот замечательный персонаж по имени Верлиок. Мало того что великан (читай, нарушена функция гипофиза), но ещё и одноглазый. Понятно, что таким образом детям, являющимся главными потребителями сказок, демонстрируется жизнь во всём её многообразии. Не у всех 90 – 60 – 90. Есть и такие, у кого вместо нормальных конечностей – протезы. А бывает и того страшней – куриные ноги.
По идее, сказки должны пропагандировать добро. Так оно и есть. Только добро не возникает само по себе (на всех Гарри Поттеров не хватает), а трансформируется из зла. И зло это столь уродливо, что у маленького человека, только вступающего в мир, сказки очень часто вызывают панический страх.
Вы только вдумайтесь. Что происходит в любимой всеми нами «Спящей красавице»? Она умирает. То есть засыпает, но мы-то (то есть ребёнок) об этом не знаем. И думаем, что умерла! А «Морозко»? Там девочку просто оставили в лесу до полного замерзания. И уже по Цельсию было значительно ниже зеро, а девочка мучилась в лесу. И если бы… До этого «если бы» ещё дочитать надо. А пока малыш цепенеет от ужаса, переживая за любимый персонаж.
Про уродов в самых разнообразных обличиях мы уже говорили, но есть и особо изощрённые варианты. Нет, пожалуй, тех, кому в детстве не читали «Аленький цветочек» Аксакова. Основной персонаж сказки – жуткое, уродливое чудовище, которое, знамо дело, заколдовали. Смотреть на него невозможно. Так же, как и на мерзкую жабу из «Царевны-лягушки». Ещё есть замечательный монстр по имени Бабай. Нечто жуткое, косматое, пугающее. Присутствует в народном фольклоре в самых разных проявлениях. Само слово «Бабай» пришло к нам аж со времён монголо-татарского ига. Это лохматый воин, страшный, прожорливый и злобный.
Отдельно следует рассказать о Чуде-Юде. Это морское чудовище о шести головах (в некоторых вариациях – о восьми), восстающее из пены морской. Жуть, да и только. Ещё в любой порядочной сказке должны присутствовать упыри, вурдалаки и прочая нечисть.
Неверно было бы думать, что это великий русский народ, настрадавшийся за богатую на события историю России, столь кровожаден. Возьмём доброго сказочника из совершенно благополучного, сонного датского королевства. То есть не совсем уж сонного, если вспомнить Гамлета, но всё же. Итак, великий рассказчик Ганс Христиан Андерсен. Стоит просто пробежаться по персонажам.
Снежная королева. Убийца в белых одеждах. Колото-резаные раны в область мягких тканей. Русалочка с очень непростой женской судьбой. Гадкий утёнок. Это он потом в лебедя превратился… Стойкий оловянный солдатик. Опять инвалид. Или вот – малоизвестные сказки с говорящими названиями: «Роза с могилы Гомера», «В день кончины», «Старая могильная плита»… Такой кладбищенско-похоронной тематики в сказках доброго Ганса очень много. Но очень прибавляет оптимизма. Ближе к соцреализму.
Пойдём дальше, к немцам. Братья Гримм. Любопытно, кому-нибудь приходилось читать сказки братьев Гримм в неадаптированном для детей варианте? По мрачности и величественности написанного эти сказки можно сравнить только с Кёльнским собором. Мощно, сумрачно, страшно от объёма и навевает жуть. Такая готика в классическом её проявлении.
Даже в тех нарядно оформленных красочных сказках Якоба и Вильгельма Гриммов, которые стояли на полке у каждого уважающего себя библиофила, немало страшного. Белоснежка чудом не погибает от руки злобной мачехи. Благодаря злой ведьме Рапунцель оказывается в башне без окон-дверей, Златовласка тоже находится буквально на волоске от неминуемой гибели. Конечно, в конце концов зло будет наказано, но изначально все сказки несут в себе страх, ужас, отчаянье.
Почему же мы несмотря ни на что с самого раннего детства упиваемся текущими реками крови? С наслаждением загибаем пухлые пальчики, считая отрубленные у дракона (чуда-юда, вурдалака) головы? Искренне желаем погибели злой мачехе?
Просто мы верим в добро. То добро, которое в сказках всегда побеждает. Поэтому не надо бояться читать сказки. И когда ваш трёхлетний малыш с нетерпением пролистывает страницы книжки, переспрашивая, когда же можно будет достать из яйца смерть Кощея, не надо переживать за его психику. Так маленький человек учится отделять хорошее от плохого. И воюет, и орудует палицей, и спасает мир. И пусть лучше это произойдёт в сказке. А уж немецкая, английская или русская это сказка – какая разница? Ведьм и чертей на всех хватит. Не Гарри Поттером единым…Анна МОСПАНОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *