ОНА ЖИЛА ПОЭЗИЕЙ

№ 2008 / 21, 23.02.2015


Интернет – очень полезное изобретение, но порой он оглушает, словно удар дубиной. 19 мая, ближе к вечеру, я открыл его и тут же наткнулся взглядом на новость: «Скончалась известная поэтесса Римма Казакова».
Скончалась… Месяц назад я встретил её в Центральном Доме литераторов – Римма Фёдоровна спешила на вечер Клуба одного стихотворения; несколько дней назад разыскивал её по телефону, чтобы задать несколько вопросов для интервью «Литературной России». Сказали, что сейчас она в пансионате, скоро вернётся. И вот – чёрная грань, разделяющая жизнь и вечность…
Я познакомился с Риммой Фёдоровной в конце 1990-х. Не так давно, но для меня это было начало московской жизни, первые курсы Литинститута, первые публикации, знакомство с писательским миром. Тогда я часто бывал в ЦДЛ, в Союзе писателей Москвы, который ещё имел свои комнаты на Поварской, в знаменитом Доме Ростовых. Поэты читали стихи, прозаики рассказы, отбирались рукописи для журнала «Кольцо А», который тогда начинал выходить более-менее стабильно – по четыре номера в год… В то время Римма Казакова была центром наших собраний, она давала точные, но никогда не убийственные оценки, советы. Она, что называется, заражала нас литературой, верой в литературу. И сама Римма Фёдоровна, без преувеличения, жила поэзией, мыслила стихами, и даже вроде бы далёкий от литературы разговор сопровождала строками стихотворений. Чаще – стихотворениями других поэтов, но её ровесников.
Она имела редкое, по моим наблюдениям, в писательском мире качество – ценить творчество даже своих недругов, идейных противников. Её личное отношение к человеку не распространялось на то настоящее, что он сделал в литературе.
Вспоминается зима 1999 года, одно из первых после обвала «переходного периода» совещание молодых писателей. Проходило оно в Переделкине и стало затем ежегодным. По итогам его были выпущены небольшие, но всё же книги – дебютные книги участников. Для некоторых они до сих пор остаются, кажется, единственными: не так легко войти в книжную индустрию и сегодня, в благополучные внешне 2000-е.
Римма Казакова любила молодых, любила их литературные опыты, стремилась помочь. Организовывала семинары, принимала участие в создании Молодёжного творческого центра, Форума молодых писателей, вела Клуб одного стихотворения – боевые, азартные вечера в ЦДЛ, – предлагала стихи и прозу своих подопечных в журналы, участвовала в жюри молодёжных конкурсов и премий… Многие могут сказать, что открыла их именно Казакова.
Она любила неформальную обстановку – посидеть за накрытым столом, под перебор гитарных струн. И в такие моменты сама становилась опять молодой – той отчаянной, смелой девчонкой, какой её запечатлели кадры кинохроники, той, что продолжает жить в её стихах.Я иду и не гнусь,
надо мной моё прежнее небо!
Я иду и смеюсь,
где иные беспомощно немы…Роман СЕНЧИН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *