«Бейлиз» – жене, детектив – читателям

№ 2012 / 8, 23.02.2015

Тиражи книг Елены Михалковой уже давно перевалили отметку в один миллион. Юрист по образованию, она легко и ненавязчиво, слово за словом втягивает читателя в свою игру.

Тиражи книг Елены Михалковой уже давно перевалили отметку в один миллион. Юрист по образованию, она легко и ненавязчиво, слово за словом втягивает читателя в свою игру.







Елена МИХАЛКОВА
Елена МИХАЛКОВА

– Вам когда-нибудь говорили, что на обложках ваших книг нужно написать предупреждение: «Читать в метро запрещено! Вы обязательно пропустите свою остановку!»?


– Я очень радуюсь, когда мои книги называют увлекательными. Детектив – это чисто развлекательная литература. Моя задача как автора перетащить читателя в придуманный мир, отвлечь его, заставить провалиться в книгу, как Алиса в кроличью нору.


И если вы проезжаете свою остановку – значит, это удалось.


– Кем вы мечтали стать в детстве?


– Сначала – ветеринаром. Ветеринар представлялся мне человеком в зелёном халате, который даёт таблетки кошкам, собакам и почему-то тюленям. «И ставит, и ставит им градусники». Меня очень занимал вопрос, смогу ли я поставить градусник тюленю и не прихлопнет ли он меня ластой.


Потом я прочитала Джеральда Даррелла и страстно захотела иметь свой зоопарк. Коллекционирование начала сразу же, причём с уховёрток. Мама не одобряла моё решение и почему-то не любила уховёрток, хотя они не шумели и не требовали особых забот. К тому же я звала их по именам.


Потом к уховёрткам прибавились ящерицы (в основном – инвалиды без хвоста), за ними появилась землеройка (жемчужина моей коллекции!), а увенчалось всё это омерзительным птенцом чайки, который постоянно орал и гадил, а закончил тем, что съел уховёртку Анжелину.


Тогда мама с папой заставили меня распустить зоопарк. Но поскольку они были прекрасные, заботливые и любящие родители, то мне завели собаку породы колли. На следующие четырнадцать лет он стал моим другом.


– В детстве вы любили читать, особенно детективы. У вас был любимый герой? (Я, например, обожала Арсена Люпена, героя детективов француза Мориса Леблана.)


– Конечно же, мисс Марпл! Я даже учиться вязать начала благодаря ей. Пушистые розовые шарфики, береты для младенцев (в моём случае – кукол)… С мисс Марпл нас роднило одно: окружающие тоже пренебрежительно смотрели на результаты моих трудов.


И, разумеется, Холмс! В десять лет меня терзали муки выбора: чему подражать в любимом герое? Опиум? Трубка? Дедукция? Но где её применять? Следить за соседом? Он каждый вечер после работы несёт домой батон: это подозрительно!


Но бедному соседу повезло: родители, узнав о моих метаниях, приняли решение – музыка! От скрипки мама категорически отказалась, и под предлогом «будешь похожа на Холмса» меня запихнули к учительнице игры на фортепиано.


Ну что сказать… Все три года занятий я думала, что лучше бы это был опиум.


Когда я стала старше, место любимого сыщика занял Ниро Вульф. Идеальный герой: ест сколько хочется, не выползает из кресла, разводит орхидеи, и к тому же в помощниках у него красавец Гудвин.


– А любимая книга? (Моей, например, была «Убийства, в которые я влюблён».)


– Пожалуй, у меня не было любимой книги. Хотя одно время я не выпускала из рук очень смешной и прекрасно написанный детский детектив: «Приключения сыщика Калле Блюмквиста» Астрид Линдгрен. До сих пор я считаю, что это лучшая книга для детей в этом жанре.


– Почему в итоге выбрали профессию юриста?


– А что ещё оставалось девочке-гуманитарию без ярко выраженных склонностей, кроме склонности сочинять и рассказывать истории? (Увлечение уховёртками и птенцами чайки мама не хотела принимать в расчёт.) Можно было отправиться в педагогический, но мама, сама бывший учитель, не желала мне такой судьбы. Можно было идти на филфак и выйти оттуда человеком без определённой профессии. Папа был против. Я грезила адвокатурой, представляла себя адвокатом, защищающим невиновных (представление в основном складывалось из голливудских фильмов), и поэтому юридический оказался логичным выбором.


– Говорят, первую книгу вы написали с мужем на спор, так ли это?


– Да. Муж утверждал, что я не смогу написать детектив, в котором он не угадает убийцу. Мы спорили на бутылку ликёра «Бейлиз». Я удержалась от искушения написать концовку в стиле «жертва сама упала на нож спиной восемь раз» и честно сыграла свою игру. Муж не угадал, кто преступник, и мне достался ликёр, а читателям – детектив «Жизнь под чужим солнцем».


– Недолгое время вы работали помощником следователя. Можете ли что-то сказать о несовершенстве нашей правоохранительной системы? Возможно ли, что из сознания людей навсегда исчезнет конструкция «менты – козлы»?


– Я могу только повторить за многими уважаемыми людьми, что милиция – это часть общества. Это не свалившиеся с Луны люди в погонах, по ночам превращающиеся в оборотней. Это чьи-то дяди, двоюродные братья, друзья друзей. Мы сами даём взятки, когда нас останавливают за превышение скорости, а потом говорим, что наша милиция прогнила и коррумпирована насквозь.


Да, эта система действительно разваливается. В ней выгоднее быть взяточником (а где не выгоднее?). Наше общество пока больно, и странно было бы ожидать, чтобы один из её важнейших органов был здоровым.


– Почему решили выбрать путь литератора? Возможно ли, что ещё раз смените профессию?


– Я его не выбрала, он сам меня выбрал. Когда тебе звонят из издательства и предлагают публиковаться, глупо было бы отказываться. Я писала детективы в стол, для своих родных, и моя читательская аудитория ограничивалась пятью читателями. Поэтому переход к более широкой аудитории оказался, прямо скажу, неожиданным.


Насчёт смены профессии… Знаете, когда я начала работать юристом, я была твёрдо уверена, что юрист – это навсегда. Потом я стала писать сценарии для детской передачи, и чувствовала, что это здорово: придумывать сюжеты для детей. Да, думала я, это именно то, чем я буду заниматься. Потом я стала писать детективы. Я люблю свою работу и считаю, что лучше её не может быть (ну, разве что работать владельцем зоопарка). Но я не знаю, как повернётся моя жизнь. И, наверное, и не хочу знать. Всегда любила неожиданные повороты сюжета.


– Вы смотрите детективные фильмы или сериалы – наши, зарубежные? Например, о Шерлоке Холмсе? Как вам идея показать старые истории в новом времени?


– К сожалению, мне катастрофически не хватает времени на фильмы и тем более на сериалы. Но «Шерлока», которого снял Би-би-си, я смотрела от начала до конца и примкнула к стройным рядам его фанатов.


Даже оставляя в стороне то, что это великолепно сделанный фильм с потрясающими актёрами, хочу сказать, что мне непонятен упрёк: «зачем вы осовременили Холмса». Холмс и Ватсон, как Ромео и Джульетта, превратились в вечные образы, универсальные в некотором смысле. Это уже не история конкретных расследований викторианского времени, она давно стала чем-то большим, в том числе благодаря бесчисленным фильмам, которые наслаиваются на первоисточник. Это история удивительного человека, стоящего на страже справедливости, и его дружбы с простым врачом, ничем не примечательным, на первый взгляд, кроме умения дружить. Ватсон – это идеальный друг. Холмс привлекателен не сам по себе, а потому, что есть Джон Ватсон, мера его человечности. Никто из нас не может представить себя Холмсом (кроме разве что очень самонадеянных людей). Но любой может представить себя его другом.


И меня несказанно радует, что создатели сериала увидели Шерлока именно такими глазами.


– Смотрели ли вы сериал «Доктор Хаус»? Его ещё называют «детективом наоборот»: врачи, копаясь в прошлом пациента, его секретах и грязном белье, пытаются обнаружить причину заболевания, поставить верный диагноз и предотвратить смерть. Как вам такая форма? Можно ли её назвать детективной?


– Конечно, «Доктор Хаус» – это не детектив. Весь сериал стоит даже не на сюжете (медики не дадут соврать – иногда он бывает до смешного нелепым и неправдоподобным), а на невероятном обаянии Хью Лори. И его умении изобразить такого человека, которому каждый из нас, даже проклиная его в душе, хотел бы понравиться.


– Как вы думаете, такие проекты, как «Доктор Хаус» и «Обмани меня», появляются на Западе, потому что классический жанр детектива становится неинтересен?


– Конечно, нет. Классический жанр детектива переживает новую волну популярности. Прекрасное доказательство тому – упомянутые фильмы и сериалы про Шерлока Холмса.


– Основа любого детектива – это история. И чем сложнее и запутаннее она – тем лучше. Где вы находите сюжеты для своих романов? Сложно ли бывает придумать новую историю?


– Я бы не согласилась с вами в том, что сюжет должен быть запутанным. История должна быть такой, чтобы разгадка была близкой, и читатель мог её разгадать, но не разгадал. Есть авторы, которые умеют создавать эффект «открывания глаз». А для детектива это очень важно. Джоан Харрис в книге «Джентельмены и Игроки» даёт блестящий пример того, как вся книга оказывается перевёртышем. И хотя у читателя был ключ к разгадке, он не смог открыть эту дверь (хотя некоторые проницательные читатели могут, конечно).


Я не ищу сюжеты для романов, я ищу людей. Любая история начинается с человека, который в ней участвует. Если у вас есть человек – значит, есть и история.


– Тяжело в России жить с такой фамилией? Наверное, каждый норовит спросить: «А не родственница ли…»?


– В России я живу под своей фамилией, а Михалкова – это псевдоним. Но меня крайне редко спрашивают об этом. Если начнут, это будет знак, что людей больше интересуют мои родственные связи, чем мои детективы.


– Чем вы занимаетесь сейчас помимо написания книг? Есть ли у вас хобби?


– Выращиваю дочь и двух котов, читаю, иногда вяжу в память о тех временах, когда я училась этому вслед за мисс Марпл. Я хотела бы сказать о себе, что моё хобби – это путешествовать. Но увы, пока это только мечта.


– Удаётся ли уделять время чтению? Кого из современных писателей можете порекомендовать?


– Для меня чтение – необходимый физиологический процесс для поддержания жизнедеятельности организма. Поэтому есть ли время, нет ли его, я всё равно буду читать, хотя бы понемногу.


Что касается рекомендаций, то мне близок подход классика: «Рекомендовать другому понравившуюся книгу – то же самое, что советовать обувь, подошедшую тебе по ноге».


– Вы выпускаете три детектива в год: сложно ли выдерживать автору такие нагрузки?


– Сложность не столько в нагрузках (многие авторы пишут больше, причём значительно больше – посмотрите хотя бы на Стивена Кинга), сколько в том, что книга, как только я ее заканчиваю, сразу отправляется в издательство и оттуда полным ходом к читателю. Она не успевает вылежаться. Для меня это очень важно: закончив книгу, отложить её на два месяца в ящик и не возвращаться ни в коем случае. А потом взять и посмотреть на неё свежими глазами, глазами читателя.


И вот этой возможности мой график, к сожалению, не даёт.


– Над чем сейчас работаете? О чём будет новая книга – в общих чертах?


– О необыкновенном человеке, старинных ключах, загадочном убийстве и о девушке, которая оказывается втянута в странную историю. И ещё о том, что жизнь постоянно распахивает перед нами такие двери, которых мы и представить не могли. И ещё, наверное, о том, что всё плохое рано или поздно заканчивается, а всё хорошее, даже если оно закончилось, остаётся с тобой навсегда.

Вопросы задавала Любовь ГОРДЕЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *