Живите да радуйтесь!

Рубрика в газете: Мир Севера, № 2026 / 20, 22.05.2026, автор: Хабир ХАРИСОВ (г. Нарьян-Мар, Ненецкий автономный округ)

– Что, не родила ещё?! Чего смурной-то такой? – бригадир оленеводов Панкратович всё понял сразу, едва взглянув на Прохора. – И чего же ты приехал в таком разе? Разворачивайся, Проша, и – в чум!

 

В посёлок, за доктором

 

Обрадованный Прохор метнулся к стаду, чтобы свистом условным подозвать своего любимца, опытного хора Тугута, вожака отцовского, выросшего чуть ли не вместе с молодым хозяином – дорога нелёгкая, наверное, придётся в посёлок ехать за врачом, в тундре порой на вожака упряжки – вся надежда. Краем глаза увидел лишь, как пресёк решительным жестом Панкратыч все возможные возражения парней, которых и должен был Прохор сменить, а заодно и их вечные шуточки холостяков над женатиком остались невысказанными. Ничего, ещё смену отстоят, не рассыплются!

Отдохнувший Тугут словно понимал состояние хозяина, резво рванул с места. В начинающейся пурге вмиг исчезла из виду упряжка, оставляя парней на второе дежурство: «Да ладно, Панкратыч, мы ж понимаем…»

– На оленях как-то приехал молодой человек, я тогда первый год ещё работала. Ночь, но ещё светло было, разбудили. Что случилось? – «Не знаю я, – говорит, – очень быстро надо ехать!» Что могла, собрала – явно к роженице повезёт испуганный молодой оленевод. Поехали через реку. Май – месяц отёла оленей, мужчины все были в стаде, а в чуме только женщины, печка уже топится, вода кипит – пожилая женщина, помогавшая роженице, уже всё приготовила.

Благо, в тундре к тому времени доверяли приезжим врачам, посланцам советской власти – рассеялся морок враждебности, навеянный шаманами. Всё было сделано вовремя, роженица и ребёнок спасены. Наутро поехали обратно, провалились в промоину на реке, нарты уже вздыбились, стали тонуть, и Кира почувствовала холод ледяной речной воды. Но спасибо оленям и опыту молодого каюра – одним рывком вырвали нарты на лёд и вымчали на высокий берег. Только выбрались – река пошла, нагромождая льдины. Повезло – успели!  Интересная была жизнь…

 

 

 

Голубковы – северяне потомственные

 

Кира Александровна Дьячкова, дитя войны. Родилась 3 февраля 1935 года в селе Оксино, тогда это был центр округа, Нарьян-Мара ещё как такового не было. В Оксино было управление, школа, больница. Окончила 10-летку, в разных школах училась. Родители: папа – Александр Григорьевич Голубков, он по тундре ездил всю жизнь – работал заготовителем пушнины, всё побережье проехал, начиная с Урала. А мама – в девичестве Боголепова, она родилась в Архангельске. Мамин папа, дед Пётр, дедушка Киры, в церкви работал.  Мама до революции училась в училище для девиц в Архангельске, последний год оставалось, но учёбу прервали революционные события. Она приехала в наши края и работала учителем начальных классов в Сопке первое время. Потом замуж вышла в Оксино, за местного парня. Ну, и жила семья уже по тундре везде, куда забрасывала отца работа. На побережье – в пункте на берегу Баренцева моря, жили в годы войны.

На берегу – посёлок ненецкий, база оленеводческого колхоза имени Кирова. Тогда небольшие ещё колхозы были. Нижний Сенгейский – так называлось это поселение, сейчас уже такого нет, и Топседы-то даже нет, где Кира училась в начальной школе, потом в семилетней. Родители жили ещё там, в ненецком посёлке, а детей уже отправляли в школу Топседы, куда Киру привозили вместе с ребятишками-ненцами. Там русских-то ещё не было. Кира, а позже и её сестрёнка по-ненецки говорили с ребятами, общались с ними. Русских-то, одна семья, наверное, или две только и было в посёлке, маленький колхоз был.

– Когда началась война, мы жили в Сенгейском, около Топседы. Там-то никакого сообщения не было, в 45-м году папу по его просьбе перевели, и семья, мы с мамой, переезжали уже на оленях до Топседы, потом в Андег.

 

День Победы в памяти навечно

 

Посёлок Топседа уже в те годы был относительно большой, там рыбаки жили, охотники, школа, интернат имелись. Ненецкие дети со всей тундры там учились, привозили их на оленях. Ну и сёстры Голубковы вместе с ними, потому что в колхозе имени Кирова школы не было.

– В Топседе жила у тётушки. Зажигали лампы керосиновые, электричества не было. Окна закрывали, чтобы нигде не просвечивало – по морю мог добраться враг. И по посёлку старики ходят, проверяют, не просвечивает ли где – светомаскировка соблюдалась. Мало ли, с подводной лодки могли обстрелять, страшно было в войну.

– День Победы помню, конечно, мне уже 10 лет было. Мы переезжали в Андег на оленях, нас перевозили ненцы-каюры, и знакомый папин, ветеринар Вячеслав Славин, навстречу едет на упряжке, издалека чего-то кричит. Встревожились: не случилось ли чего? А он от нетерпения спрыгивает с нарт, бежит впереди оленей, кричит: «Победа! Победа!» Обнимает всех, помню, мама плачет, папа с каюрами остановились, кричат все разом, руками машут…

 

 

 

Мечта сбывается

 

Три сына было у родителей, но они в младенчестве умерли, четыре сестры лишь остались и выросли: Ольга старшая, потом Кира, на два года помладше – Галя, Владимирова в замужестве, и Елена. Ныне Кира Александровна одна осталась уже из сестёр…

– В школе Оксино старшая сестра училась, а потом папа-то по всей тундре ездил – его отправляли то в один пункт, то во второй, и мы оказались уже в Топседе, когда я подросла. Папа написал заявление с просьбой о переводе в такой посёлок, где имеется школа, так как подросли дочери, и его в Андег отправили, там он работал заготовителем. Мама везде его сопровождала, работала в колхозе.  Два класса я окончила в Топседе, два в Андеге – это начальная школа. Потом в Никитце три года, семилетку окончила там. Родители жили в Андеге, старшая сестра работала на рыбокомбинате. Она технолог была по рыбе – Ольга Александровна Никонорова в замужестве.

Окончив школу, мечтала Кира в институт поступить, стать врачом. Мама-то отговаривала: долго учиться, доча, как мы сможем шесть лет тебя учить?

– Но папа сказал: ничего, как-нибудь выдержим – разрешил мне, вот я и поехала. Я и моя одноклассница Шевелёва Мария из Куи, вместе мы с ней и отправились учиться в Архангельский медицинский институт. Война ещё памятна была, вот мы с Машей и думали: станем врачами – на войне обязательно пригодимся. Там шесть лет учились. А потом уже сюда направили, в Ненецкий округ.

Диплом терапевта общего профиля в кармане. Специалист, необходимый до зарезу в Индиге, на оленеводческой базе. Молодой специалист Кира Голубкова отработала в Индиге 4 года, замуж там же вышла за местного – стала Дьячковой. Валентин Иосифович Дьячков работал в торговле, окончил техникум.

 

 

Когда стопочка – лекарство

 

– А там ведь сообщения-то никакого. Я одна, близко больницы нет, только в Нарьян-Маре, а туда только самолётом можно долететь. Чуть немножко туман – уже всё, не летает авиация. И как хочешь, телефона нет, позвонить даже сюда невозможно было, чтобы посоветоваться. Иногда удавалось посоветоваться лишь с фельдшером воинской части. Врачу общей практики приходилось быть и хирургом, и гинекологом-акушером, и пульмонологом, и детским врачом – на все руки мастер. В Индигу-то тогда приезжали из Пеши, рыбаки на сезон, навагу ловили. Только одному рану зашила – бегут: «Кира Александровна, в родовую!» – женщина рожала, я всегда присутствовала при родах. Хотя акушерки были опытные, хорошие, такие, как Тамара Ивановна Филатова. Больница: стационар, две палаты, мужская и женская, и родильная палата, четыре санитарки, два фельдшера, акушерка, медсестра. Я заведующая, вся ответственность на мне, акушерки-то ведь только помогают, операции уж они не будут делать, это ведь моё дело.

Однажды пришлось Кире Александровне делать сложную операцию при родах – такой даже в институте не проходили, только профессор однажды рассказывал о подобной. Очень редкая патология. Надо было зайти рукой женщине и сделать поворот ребёнка, идущего неправильно. Процедура, которая под силу только очень опытному специалисту.

– Мне потом говорят: «Кира Александровна, на тебе ведь лица нет – надо, говорят, стопочку!» И наливают спирт медицинский. Развести не догадались, но я выпила, как воду. Полегчало, уснула прямо там, на кушетке…

Вызывали молодого врача и в стойбища не раз, приходилось оказывать помощь в чуме, при скудном свете керосиновой лампы.

Затем Киру Дьячкову, как уже опытного специалиста, перевели в Оксинскую участковую больницу, тогда больницы везде были, в каждом посёлке. После четырёх лет напряжённой работы в посёлке на Печоре направили в нынешнюю столицу округа.

Перевели Киру Александровну в Нарьян-Мар в 1967-м году, работала терапевтом. А потом в поликлинику перешла. И съездила на специализацию – обучилась работе на аппарате ЭКГ, увлеклась лечением патологий сердца. Работа медика везде очень напряжённая – бывало, и ночью вызывают в отделение, и по санзаданию приходилось летать – и на Колгуев, и по округу везде, до самой Шойны. По тундре ездили на собаках, на оленях, всякое было, приходилось действовать по обстоятельствам. Вот так и пролетели в работе 48 лет – 8 лет на участках и 40 лет – в больнице Нарьян-Мара. На пенсию вышла в 72 года.

 

 

Живите да радуйтесь

 

Жизнь шла своим чередом. Мама нашей героини умерла в 80-м году. Муж, Валентин, ушёл из жизни 8 лет назад – с сердцем были проблемы. Он в Архангельске наблюдался, ездил в больницу, но всё равно как-то активно он себя вёл, всё пытался где-то работать. Два сына, старший, Виктор, и младший, Валера, тоже уже ушли из жизни. Один прожил 50 лет, второй 40 с небольшим – у обоих были проблемы с сосудами, оба работали в школе, спортсмены… Внучата остались, внучка старшая в Архангельске, тоже Кира, только Викторовна. Люба в Искателях, зоотехникум окончила – это дети Виктора. У Валерия Антон, он тоже окончил институт, в Питер уехал, там работает, там же и женился. Дочь, Ольга Валентиновна, с мамой живёт, её единственный сын – в Питере. Два внука, четыре внучки и уже пять правнуков – богатая бабушка!

– Тяжело было порой, но ничего, работали как-то, справлялись, время досталось такое трудное. Дома – семья. Раньше ведь и печки надо было топить, и готовить надо было, и стирка. Это сейчас машина сама постирает. Раньше ведь это всё делали женщины. И работали, и всё успевали как-то. На пенсии в основном внуками любила заниматься. Внуки жизнь мою украсили. Всё было в жизни. Были и потрясения, были и радости. Нормально это. Всё пережила. Сейчас уж что? Сейчас уж жду… Жизнь трудная была, но интересная и в целом счастливая. А молодым желаю, чтобы не терялись в жизни, всегда серьёзно к работе относились. И к людям-то чтобы были внимательны, честно жили. Мы-то отработали, честно работали. Раз поставлен на пост – всё честно выполнить надо. Не как-нибудь, а по-хорошему. Живите да радуйтесь!