История не принадлежит режиссёру

№ 2012 / 8, 23.02.2015

Мы – рус­ские/рос­си­я­не, – стран­ная на­ция. Вот взя­ли и ус­т­ро­и­ли из да­ты убий­ст­ва на­ци­о­наль­но­го ге­ния Алек­сан­д­ра Пуш­ки­на об­ще­ми­ро­вой пра­зд­ник, и ни­че­го – весь мир под­хва­тил.

Мы – русские/россияне, – странная нация. Вот взяли и устроили из даты убийства национального гения Александра Пушкина общемировой праздник, и ничего – весь мир подхватил. Хоть и стрёмно немного (сразу вспоминается «бородатый» анекдот про Ворошиловского стрелка – «Стрелял Дантес, а памятник Пушкину». – Авт.), – но, наверное, это правильно – именно в день убийства «солнце русской поэзии» перешло в бессмертие…


Режиссёр фильма «Борис Годунов» Владимир Мирзоев сам признаётся в том, что он сознательно очистил в трагедии Пушкина текст и видеоряд от исторического флёра исключительно с одной целью – для обнажения (по его определению. – Авт.) – «вибрирующего смысла» пушкинских строк…





Я думаю, режиссёр немного лукавит – современная российская социальная атрибутика в фильме довольно мощно присутствует и, на мой непрофивзгляд, – лишь иногда «вибрирует» (сцены с убийством детей Годунова, поездки военных на танках), иногда даже резонирует (сцены с Козаковым–Пименом), – но, в общем, – немного отвлекает от собственно пушкинского «Бориса Годунова»…


Собственно, Мирзоев в этом плане не новатор. К примеру, шекспировского Гамлета в какие только интерьеры и эпохи не помещали?


…Кроме космоса и глубин мирового океана, «принц датский», кажется, отметился уже практически везде…


Естественно, режиссёр имеет полное право на этот ход и относительно образов «Бориса Годунова», но театральность, нарочитость меня лично «выбивали» из просмотра, и это, на мой взгляд, сработало скорее «в минус», чем «в плюс» всего фильма в целом.


В этом плане не спасает даже наличие «талантливого сценариста» (цитирую шутку Мирзоева. – Авт.)…


В фильме очень хороша операторская работа Павла Костомарова. В предлагаемых режиссёром Мирзоевым обстоятельствах он опять на высоте, и это совершенно другой (по сравнению с «Как я провёл этим летом». – Авт.) операторский труд. Огромное количество крупных планов актёров (что иногда не всем на пользу. – Авт.), «альмодоварское» роскошество цвета и объёма интерьеров. Даже набившие оскомину обязательностью показа в фильмах последних лет планы Москоу-Сити, – смотрятся совершенно свежо и очень неожиданно. Это и удивляет, и вызывает уважение, поскольку со сцены Большого зала Дома кино продюсер фильма Екатерина Мирзоева (по совместительству жена режиссёра) сказала, что бюджет был более чем скромным…


Режиссёр Мирзоев, как мне кажется, немного переиграл с условной театральностью кинодейства – и это очень сильно сказалось на игре актёров – более того, нарушило веками устоявшуюся литературную аксиому о психологической равноценности/равнозначимости волевой и исторической мощи тандема Годунов-Отрепьев. Если Максим Суханов (Годунов) предельно жизненен и убедителен в предлагаемых Мирзоевым обстоятельствах, то Андрей Мерзликин – всего лишь – убедительно театрален… Исключение составили, на мой взгляд, сцены на танке, – но там, как говорится, – антураж вытаскивает.


Шуйский – несомненная удача актёра Леонида Громова. Очень уж убедительно им передано вневременное кредо российского ВИП-чиновника, – удержаться на плаву, успеть вовремя предать, не оступиться, идя по карьерному «канату» над пропастью, не отвести глаза, или отвести вовремя. Наверное, это очень тяжело быть царедворцем – иногда Шуйского жаль даже…


Убедительны, но не потрясают и остальные исполнители – Пётр Фёдоров (Басманов), Агния Дитковските (Марина Мнишек), Дмитрий Певцов (Воротынский), Рамиль Сабитов (Афанасий Пушкин), Захар Хунгуреев (царевич Фёдор).


Очень неожиданно и свежо смотрятся Елена Коренева в роли хозяйки приличного семейства из народа и теледеятель Леонид Парфёнов в роли думского дьяка Щелкалова.


Есть ещё одна роль, на которой хочется остановиться отдельно. Наверное, так было угодно Господу, чтобы именно в роли мудрого отца Пимена ушёл в бессмертие Великий российский актёр Михаил Козаков. Когда смотришь в глаза Мастера, знаешь, каких усилий ему, смертельно больному, стоила эта роль, – ком стоит у горла…


Владимир Мирзоев, члены съёмочной группы, зрители на послепремьерном «разборе полётов» в Большом зале Дома кино очень много тёплых слов сказали о работе Михаила Михайловича. Цитирую Мирзоева – «Михаил Козаков – независимый интеллектуал, никогда не мутировавший» под давлением обстоятельств…


Вечная ему память…


Я так и не смог понять посыл режиссёра Владимира Мирзоева. Посыл или первичную мотивацию относительно того, что же он всё-таки пытался сделать – спектакль на плёнке или кино для театральных подмостков? Не совместилось, не произошло синтеза, НЕ СЛОЖИЛСЯ ПАЗЗЛ…


Мне кажется, Мирзоев – прежде всего театральный режиссёр, и в кино «Борис Годунов» он пришёл прежде всего с театральными лекалами, но…


Вспомним Станиславского – тот (сужу по воспоминаниям и «Театральному роману» Булгакова. – Авт.) месяцами занимался (пардон за жаргонизм. – Авт.) «психофакингом» труппы, – устраивая многочасовые читки, разбирая историю каждой роли…


Даже условный «восьмой лебедь из пятого ряда» у него был с анамнезом; – типа – в месяц от роду его клюнула хромая утка, в два месяца – чуть не переехала хозяйская бричка, в пять – прилетал ястреб, унесший лучшего друга, а в семь из-за гусеницы рухнула любовь. Эти дела происходили в присутствии всех актёров, и они начинали резонировать друг с другом – дышать и думать в унисон. И тогда возникало чудо под названием спектакль, когда вместе с ними в унисон начинал дышать и зрительный зал…


Очевидно, этого в подготовительный период кино «Борис Годунов» не было; – строился график съёмок под возможности актёров и декораций. Это очень заметно на экране, – заметно неровностью психологического накала – ну нестыковка межактёрская. Суханов, Козаков, Костомаров – режиссёры и по крови, и по мышлению, и они «сделали это».


Остальные – просто старались и в лучшем случае выдали на-гора вибрации, а мыслился, как я понимаю, – резонанс…


В предисловии к «Истории государства Российского» Н.М. Карамзин утверждал: «История народа принадлежит царю».


Работая над драмой «Борис Годунов», посвящённой его памяти, А.С. Пушкин тем не менее резко возразил историку, переделал его афоризм:


«История народа принадлежит поэту» (Н.И. Гнедичу, 23 февраля 1825 года).


Гёте как-то написал в «Фаусте» (за точность цитаты не ручаюсь. – Авт.):







Живой предмет желая изучить,


Учёный прежде душу вынимает,


Затем предмет на части разрезает…



Лично я против разрезания/препарирования пушкинской трагедии «Борис Годунов»….


История не принадлежит режиссёру….


Мнение это моё – сугубо личное, субъективное.



P.S. История в нашей стране имеет страшную привычку повторяться – в этом я с режиссёром Владимиром Мирзоевым согласен абсолютно…

Олег ТАТКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *