Сколько можно просыпаться знаменитым?

№ 2012 / 23, 23.02.2015

Как хо­ро­шо из­ве­ст­но тем, кто сле­дит за со­вре­мен­ной рус­ской ли­те­ра­ту­рой, де­виз по­пу­ляр­ной пре­мии «На­ци­о­наль­ный бест­сел­лер» та­кой: «Про­снуть­ся зна­ме­ни­тым».

Как хорошо известно тем, кто следит за современной русской литературой, девиз популярной премии «Национальный бестселлер» такой: «Проснуться знаменитым».


Это надо так понимать, что вот есть писатель, пусть и не начинающий, и не совсем безвестный, но звёзд с неба не хватающий. И вот его книге присуждают «Национальный бестселлер», и тут он становится знаменитым. Читатели бегут в магазины, типографии (несколько – от Владивостока до Калининграда и от Мурманска до Сочи) печатают всё новые экземпляры. Споры, обсуждения, брожение умов, властители дум…






Читая – главное не уснуть
Читая – главное не уснуть

Идеализм, понятно, мечты, которые наверняка несбыточны. Впрочем, организаторам «Нацбеста» поначалу несколько раз удавалось более или менее успешно воплотить в жизнь свой девиз. Вот стал Леонид Юзефович, писатель со стажем, но не особо замечаемый, тихий, лауреатом в далёком уже 2001 году, и его открыли. И не напрасно – хорошие книги пишет, читатели покупают и не жалуются.


Или вот премия Александру Проханову в 2002-м. Был он до этого старым советским писателем, публиковался много, но так как-то полуподпольно, точнее – внерыночно. Интересовались им, может, тысяча таких же старых и советских, а всего вероятней, сто – сто пятьдесят. Но тут написал Проханов «Господин Гексоген», напечатал, по обыкновению, полуподпольно, и вдруг роман этот попался заинтересованному в хорошем тексте редактору, встретилось подходящее издательство, а вдобавок затем свалилась на голову премия «Национальный бестселлер». И Александр Андреевич помолодел, обрёл новые силы, легион почитателей, стал действительно знаменитым. Вообще как второй раз родился. В творческом плане, имею в виду…


На следующий 2003 год лауреатами стал тандем авторов, причём авторов не из России: победили никому не известные Гаррос и Евдокимов с романом «голово[ломка]». Не бестселлер, и бестселлером не ставший, хотя именно с него, по существу, у нас пошли романы этакого капиталистического уклона. Критика капитализма изнутри. И дети или племянники «голово[ломки]» нередко становились бестселлерами.


А в дальнейшем девиз «Проснуться знаменитым» как-то всё бледнел и бледнел. Побеждали в основном литераторы известные, на подъёме. Виктор Пелевин, например, Михаил Шишкин, Дмитрий Быков (дважды), Захар Прилепин, Андрей Геласимов. Может быть, стоит назвать исключением Илью Бояшова и Эдуарда Кочергина, но Бояшов тоже известен, а Эдуард Кочергин… Выбивается он из этой обоймы тех, кто пишет и пишет: у него по жизни другое занятие, а две книги, которые написал, хоть и сильные, но это не проза всё-таки и не художественная биография известного человека, как «Пастернак» у Быкова. Как-то не сочетается Эдуард Кочергин именно с премией «Национальный бестселлер».


И вот новая церемония, новый лауреат…


Стоит напомнить, что в финал вышли следующие книги: «Русский садизм» Владимира Лидского, «Копи царя Соломона» Владимира Лорченкова, «Франсуаза, или Путь к леднику» Сергея Носова, «Живущий» Анны Старобинец, «Женщины Лазаря» Марины Степновой и «Немцы» Александра Терехова.


За тот месяц с небольшим, что отделял оглашение короткого списка от объявления победителя, литнарод гадал, кому дадут. Романтики утверждали, что кому-то из малоизвестных в широких кругах: Лидскому, Лорченкову или Носову. Те, кто за литературу для души (чтобы удовольствие от чтения получать), высказывались за Степнову. А те, кто разбирается в литпроцессе, сразу определили: дадут Терехову.


Правы оказались последние, проснулся знаменитым Александр Терехов.


Правда, просыпался знаменитым он совсем недавно и не в формате премии «Нацбест». Прошлый его роман «Каменный мост», чуть потолще «Немцев», удостоился премии «Большая книга», вошёл в шорт-лист «Русского Букера».


С одной стороны, что ж делать, жюри так проголосовало. Может быть, и честно, по совести проголосовало – «Немцев» читать хоть и мучительно трудно, но это настоящая литература, отборная русская проза образца начала XXI века. И всё же осадок остался…


Помнится, год назад второй раз в формате «Нацбеста» проснулся знаменитым Дмитрий Быков (так-то он знаменитым просыпается, бывают периоды, каждую неделю). И мотор премии критик Виктор Топоров тогда ругался и на жюри, и почему-то на Быкова, и, хоть косвенно, на сам механизм премии – «нет прививки против Быкова».


Теперь история почти повторилась – вошедший в литературную моду (пусть заслуженно) Александр Терехов уверенно, подавляющим большинством голосов членов жюри, получил «Национальный бестселлер». И почему-то у меня уверенность, что жюри голосовало за имя, а не за книгу.


За последние десять лет у нас возник круг авторов. Кто-то дозированно выбывает (перестаёт писать или делает паузы, а то и, к сожалению, умирает), кто-то дозированно прибывает. Этот круг, в общем-то, соответствует наличию у нас по-настоящему талантливых авторов. Непризнанных гениев, кажется, не заметно. И представители этого круга входят со своими произведениями в ту, другую, третью, четвёртую премии. Кто-нибудь из них обязательно становится лауреатом.


В общем-то, это справедливо. Но и как-то неправильно, что ли. Должны быть премии разные, в том числе и те, что ориентированы на то, чтобы действительно просыпаться знаменитыми. Причём в первый раз. А у нас и премия «Дебют» расширила возрастной диапазон с 25 до 35 лет, и вдобавок теоретически лауреатом «Дебюта» можно стать несколько раз.


Вот есть ещё «Русская премия». Когда она появилась, в 2005 году, это стало событием: наконец мы услышим тех, кто остался за пределами России, но пишет на русском языке. И лауреаты первых лет гремели, как только можно греметь в наше литературно-тихое время, – Сухбат Афлатуни, Михаил Земсков, Николай Верёвочкин, Анастасия Афанасьева, Владимир Лорченков, Яна Дубинянская… Но затем что-то случилось, изменилась концепция, и побеждать стали в основном тоже живущие за рубежом, тоже пишущие на русском языке, но из другой породы русских иностранцев, что ли… Борис Хазанов, Бахыт Кенжеев, Дина Рубина, Марина Палей, Наталья Горбаневская, Юз Алешковский, Алексей Цветков… Не прекрасные незнакомцы это, скажем так.


И премия захирела, ею перестали всерьёз интересоваться, ждать объявления длинных списков, коротких списков в надежде найти новое имя, новую прозу, стихи.


То же, по-моему, происходит и с «Нацбестом».


Я не за интригу ради интриги, не за такие сенсации, что зачастую устраивает «Русский Букер», объявляющий лауреатом самое неожиданное и, к сожалению, не всегда самое лучшее. Нет, но нужно всё-таки соответствовать девизу. А у «Нацбеста» девиз очень правильный.


Как быть? Составлять стоп-листы? Глупо и как-то несправедливо. Подтасовывать результаты? Нехорошо. Может быть, увеличить число членов жюри? Того жюри, что сегодня в «Нацбесте» называется Малым. Бестселлер почти невозможно определить нескольким, но можно попытаться задействовать в этом два-три десятка читателей-экспертов.


Впрочем, академия «Большой книги», говорят, насчитывает больше сотни членов, но и она подвергается критике.


В общем, что-то похожее на тупик впереди. Некий очередной литературный застой, несмотря на внешние признаки активной издательско-премиальной жизни. Всё те же лица, всё те же здравицы, всё тот же круг.


Остаётся, видимо, ждать новых гуннов, которые вторгнутся в эти палестины. Правда, они очень быстро ассимилируются. Как и все предыдущие новые волны.

Антон КИРИЛЛОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *