Поломка на линии

№ 2012 / 29, 23.02.2015

Хо­тел пи­сать кой-ка­кие за­мет­ки из на­шей про­вин­ци­аль­ной жиз­ни, да мысль в не­сколь­ко иное рус­ло по­ш­ла. К вы­ше упо­мя­ну­той мо­ей за­тее это то­же от­но­ше­ние име­ет, но за­ос­т­ря­ет­ся лишь на од­ном эпи­зо­де, и весь­ма пре­ск­вер­ном.

Хотел писать кой-какие заметки из нашей провинциальной жизни, да мысль в несколько иное русло пошла. К выше упомянутой моей затее это тоже отношение имеет, но заостряется лишь на одном эпизоде, и весьма прескверном. И я не мог о том умолчать. Да и самой «ЛитРоссии» это касается, так что я буду рад, если редакция газеты узнает о творящейся здесь волоките. А свои личные наблюдения нашей нестоличной жизни я опишу в следующий раз – обязательно.





Еженедельник «Литературная Россия» – издание очень ценное, нужное, знаковое. Не подстраивается под линию свыше, материалы даёт невзирая на лица и не жалует зарвавшихся чинуш и бюрократов. Такое вот лицо газеты. Огорчает читателей (и меня в частности) одно. Доставка газеты адресату вконец испортилась. Если раньше и случались редкие, небольшие задержки, то теперь подобное, видимо, вошло в норму, причём увеличившись по продолжительности в разы. Номера задерживаются неделями, иные не приходят вовсе – где-то теряются, и найти их потом невозможно. У меня лично уже потерялся номер. Конечно, вины редакции в подобном нет. Номера «ЛР» выходят в срок. Но вот наша «хвалёная» почта России свои обязанности в последнее время перестала выполнять как положено. А такое для солидного учреждения уже не лезет ни в какие ворота. Это нытьё моё или жалоба в пустоту, если хотите, не единично. Встречались мне уже на страницах газеты такие же нарекания и других читателей и авторов её. Кто-то из дальневосточных литераторов упоминал как-то, что газета к ним приходит с большим опозданием. Но если на Дальний Восток свежий номер «ЛитРоссии» приходит, допустим, недели через три, то такое ещё можно как-то понять. Всё же до тихоокеанских берегов далековато. Тут уж ничего не поделаешь. А вот если к нам, в Костромскую губернию (от Москвы-то рукою подать), газета идёт месяц, то такое понять я не могу.


Сейчас, когда я пишу эти строки, на календаре передо мной уже 25 июня. А последний 21-й номер «ЛР» я получил в конце мая, 27-го. И с тех пор больше ни одного номера нет. Конечно, пока этот мой материал дойдёт до редакции «ЛР», то мне, возможно, что-то и принесут. Возможно, повторяю. И это моё личное размышление. На почту нашу обращаться проку нет. Там ничего не знают. И вообще, здешняя наша почта – это не почта, а лишь филиал её, такой маленький закуточек. Большой почтамт, куда приходит вся корреспонденция, находится в Шарье – это пятьдесят километров от Поназырёва. Наш филиал – он как пасынок у падчерицы. Что и когда ему пришлют из этой Шарьи, то он и доставляет адресатам. Сам ничего делать не может и никаких прав не имеет. Отправил я как-то одну бумажку, справочку нужную, хорошему знакомому дяде Васе в деревню. Сам он меня попросил. Пошли, говорит, по почте. Прошла неделя, и вдруг он мне звонит. «Ты справку-то отправил?» – спрашивает. «А ты не получил, что ли?» – «Нет». Я бегом на наш филиал, на почту в смысле. Как-никак заказным посылал и квитанция есть. Тычу там квитком-то этим. «Тут, – говорю, – расстояние-то до его деревни пятнадцать километров. Автобус каждый день ходит». «А при чём тут автобус местный. Мы всю почту нашу отправляем через Шарью», – невозмутимо ответила мне женщина-оператор. У меня глаза на лоб полезли. «Ну, слава Богу, – говорю, – хоть не через Владивосток». Дядя Вася письмо моё всё-таки получил – через две недели. Вот так, видимо, и работает почта России. Для неё, как говорится, семь вёрст – не крюк.


Однако ближе к делу. Июнь катил в конец, а мне не пришло ни одного номера «ЛР». И я всё же отправился на нашу так называемую почту. Встретился с заведующей, поговорили. «Вас понимаю, – сказала она. – Не вы один жалуетесь на задержки. Позвоню в Шарью, узнаю и вам сообщу». С тем я и ушёл ждать неведомо чего. А между тем мы с женой и сами планировали ехать в эту самую Шарью. Загранпаспортам срок вышел, и надо их менять. Паспортный стол в нашей дыре есть, конечно, но он ведает лишь паспортами российскими. Заграничные ему, видимо, не доверяют. Вот я и подумал, что заодно и на почту там зайду. Зашёл. Заведующего на месте не оказалось. Секретарь, молодая девушка, сказала, что она ничего не знает, и посоветовала мне обратиться в отдел сортировки. Отдел тот работает у них с двух часов, а времени было около двенадцати и ждать я никак не мог. Машина стояла у подъезда, и надо было ехать домой. Документы в паспортном мы уже сдали. Словом, визит на шарьинскую почту оказался пустым. На второй день из дому опять позвонил на нашу почту, заведующей. И вот по телефону она мне открыла «страшную правду». Оказывается, я неверно представлял себе путь почтовой корреспонденции из столицы сюда, к нам. Я уж не знаю, сколько времени нашу почту в Москве мурыжат, но идёт она оттуда сперва в Кострому. Там она валяется, разбирается, и потом её отправляют в Шарью, где она опять валяется, сортируется и наконец уже нужная идёт к нам в Поназырёво. Вот такая цепочка с остановками, точнее, линия, и где-то на этой линии случилась теперь поломка. Вот и вынуждены мы, местные подписчики, ждать у моря погоды.


Возникает законный вопрос. Какая «умная» голова придумала такую схему пересылки корреспонденции? Ведь как хорошо было раньше. Газеты, письма, журналы на второй день из Москвы приходили к нам в поезде, в почтовом вагоне. А что же теперь?


Мы всё реформируем, реорганизуем, перестраиваем: страну, производство, культуру, – а результат? Насадили больше чиновников, развели бюрократов. Перефразируя известное изречение ныне покойного Виктора Степановича, можно сказать: «Хотели как лучше, а получилось чёрт знает что».


Сегодня уже 29 июня, пятница. В столице вышел очередной номер «ЛР». А мне вчера, как я предполагал, пришло два её задержавшихся номера. 22-й и 23-й за 1 и 8 июня. Теперь буду ждать за 15-е, за 22-е ну и за 29-е.



Кир ШУРОВ,


п. ПОНАЗЫРЁВО,


Костромская обл.




Вопрос нашего читателя переадресовываем сразу двум чиновникам: руководителю ФГУП «Почта России» г-ну Киселёву (тем более он везде заявляет, что почта якобы меняется, только вот люди считают иначе, утверждая, что почта стала работать во много раз хуже) и губернатору Костромской области г-ну Ситникову (здесь надо учесть, что ещё полгода назад Ситников возглавлял Роскомсвязьнадзор, который контролировал «Почту России»; вот теперь ему и карты в руки – может, хотя бы в отдельно взятом регионе наведёт должный порядок).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *