Будет ли День Русской Маньчжурии?

Рубрика в газете: Россия за бугром, № 2019 / 26, 12.07.2019, автор: Владимир ИВАНОВ-АРДАШЕВ (ХАБАРОВСК)

Каждую осень, 2 сентября, в России отмечается день капитуляции Японии во Второй мировой войне. Название неоднократно менялось, и было время, когда говорилось, что это в честь победы нашей страны над Японией.
Да, была яркая победа в Маньчжурской операции, были немалые жертвы и благодарность народов Китая и Кореи за освобождение от японской оккупации. Но очень важный момент при этом замалчивался, а именно – начало исчезновения огромной российской диаспоры на севере Китая, или того, что историки называют «русской Маньчжурией». Делалось это по указанию Сталина, и Мао Цзедун охотно исполнил директиву, заодно разгромив Северо-Восточное политбюро во главе с Гао Ганом, как маньчжурское, а не ханьское, и дружественное Москве.


И в бытность былого противостояния между Москвой и Пекином некоторые советские политики горько пожалели, что упустили возможность создания «буферного» маньчжурского государства, которое бы стало реальным союзником России, учитывая специфику региона.
Сейчас отношения между двумя великими странами улучшились, и понятие «русской Маньчжурии» стало обычным термином, используемым историками и публицистами.
И всё чаще в СМИ звучит предложение увековечить «русскую Маньчжурию» памятным днем, а не затушевывать некой обобщающей датой, вроде окончания войны на Дальнем Востоке и Тихом океане.
Сам я, будучи историком восточной ветви Русского Зарубежья, уже давно ратовал за эту идею, упомянув о финале российской диаспоры в Маньчжурии в книгах «Эхо Русского зарубежья» и «Злой рок чужбины».
Не знаю, на какой именно дате могут остановиться историки и общественность, но привязка, на мой взгляд, должна быть всё-таки к августу. Только не надо чрезмерно подчеркивать, что он был «победным», ибо победа одних означала трагедию для остальных, отправленных в сталинский Гулаг и в ссылку на целину, либо успевших перебраться ещё дальше, в Австралию и Америку.
А «русская Маньчжурия», как её называют исследователи, – это своеобразный феномен, проявившийся задолго до Гражданской войны и массового исхода россиян на чужбину. Напомню, что город Харбин, как важнейшая станция КВЖД, был основан русскими ещё в 1898 году – раньше, чем подавили Боксёрское восстание, когда международная коалиция интервентов навязала Китаю кабальные условия и Россия наряду с Германией получила в долгосрочную аренду стратегически важные территории.
И нынешние китайцы, надо отдать им должное, принципиальны в этом вопросе, называя вещи своими именами. Да, говорят они, русский Харбин был олицетворением российской колониальной политики, но мы ценим культурный и экономический вклад России в освоение маньчжурской территории.
И даже после поражения в Русско-японской войне 1904–1905 годов россияне в Маньчжурии считали себя почти как на родной территории. Было даже геополитическое выражение «Желтороссия», как продолжение России уже на восточных землях.
Тема эта уже основательно изучена. Как, впрочем, и судьба «белых» российских эмигрантов в Маньчжурии, но вот акценты, считаю, до сих пор одиозны, и «русскую Маньчжурию» пытаются изобразить как всего лишь эпизод в истории региона, когда якобы все русские эмигранты радостно встречали советских воинов-освободителей.
Да, былое и такое. Как и горькие разочарования тех, кто действительно надеялся на былое Отечество. Недавно на дальневосточных сайтах опубликованы интересные подборки статей о нашем именитом земляке и писателе-эмигранте Всеволоде Никаноровиче Иванове, в том числе и мои статьи, комментарии. А начало этой дискуссии положила статья «Проклятие хорошей квартиры» в «Литературной России». Прочтите их и поймете, что при всём своем патриотизме мой писатель-однофамилец был куда сложнее, чем принято считать, и скрывал свои подлинные чувства. Как и другой известный хабаровчанин и тоже бывший харбинец Георгий Георгиевич Пермяков, о котором у меня также немало публикаций.
С обоими писателями я был знаком и основательно изучил их рукописное наследие, поэтому могу судить об их настроениях.
А другие мои собеседники, либо те, с кем я подолгу переписывался, не скрывали разочарований и грустили о былой «русской Маньчжурии» и Корее, где также жили русские эмигранты.
Так вот все писатели-эмигранты, с которыми я был знаком – а это Альфред Петрович Хейдок, Валерий Юрьевич Янковский и упомянутые ими в письмах Арсений Несмелов, Борис Юльский и другие, коих привезли в арестантских вагонах – ненавидели такое возвращение. И мои коллеги историки и литературоведы ни раз встречали горькие, но с дерзким вызовом фразы бывших харбинцев: «Если б вы знали, как мы были счастливы во времена японской оккупации!». Нет, конечно, это не панегирик японской оккупации и марионеточного государства Маньжоу-Го, просто харбинцы вспоминали свою далекую и счастливую юность, проведенную в Маньчжурии.
И хоть в воспоминаниях проскальзывают фразы о падении уровня жизни, их достаток был несравним с тем, что они встретили по возвращении в СССР. И жили многие в Китае весьма благополучно, хотя, разумеется, никто не дарил им эти блага, просто жили в нормальных, а порой и привилегированных условиях, как те же военные эмигранты и специалисты, поступившие на службу в полицию и другие учреждения.
Вот о них, военных эмигрантах, перешедших на службу к китайским военачальникам Чжан Зучану и Чжан Цзолиню, и хотелось бы упомянуть подробнее.
В отличие от атамана Григория Семёнова и лидера Русской фашистской партии в Маньчжурии Константина Родзаевского, одержимых идеей реванша и победного возвращения в Россию, генерал Константин Нечаев был новоявленным кондотьером – наёмником на службе у китайских маршалов, сражавшихся с Гоминданом и между собой. В «нечаевской бригаде» сражались тысячи русских бойцов, и маньчжурская земля обильно полита их кровью.
И генерал-лейтенант Нечаев, потерявший ногу в маньчжурском бою, был также казнен по приговору советского трибунала, как и упомянутые выше деятели Белого движения, но был и реабилитирован в 1992 году, в отличие от них.
Видимо, юристы военной прокуратуры Забайкальского военного округа посчитали генерала Нечаева просто наёмником в чужой стране, а былое участие на стороне белых в российской Гражданской войне не было отмечено военными преступлениями, хотя тогдашнего белогвардейского подполковника Нечаева считали «лучшим кавалеристом генерала Каппеля».
Это я не к тому, чтобы вытаскивать на обсуждение былых героев Белого движения, хотя в прессе уже и предлагают сделать 30 августа – дату казни атамана Семёнова – днем памяти «русской Маньчжурии».
Нет, речь идет не о привязке к тем или иным маньчжурским событиям и тамошним деятелям. Просто считаю, что память о Русской Маньчжурии должна быть увековечена особо.
А пока 2 сентября, когда отмечалась очередная годовщина окончания Второй мировой войны, ветераны помянули всех былых соотечественников, оставшихся навечно в маньчжурской земле. И эта земля для нас отнюдь не чужая.

 

 

12 комментариев на «“Будет ли День Русской Маньчжурии?”»

  1. Глубоко признателен главному редактору «Литературной России» Вячеславу Огрызко за публикацию этой заметки. Думал, что она показалась не совсем своевременной, но это не так. Я с большим уважением отношусь к Китаю, ценю мнение и принципиальность китайских коллег в вопросе о «Русской Маньчжурии», поэтому также откровенно выскажу и свое мнение. Да, я считаю, что «Русская Маньчжурия», а это нейтральный термин, принятый в российском научном сообществе, имеет право на свой символический День памяти. И то, что когда-то вожди наших двух стран из политических соображений постарались уничтожить «островок» былой России в соседней стране, не должно замалчиваться и будет способствовать еще большему взаимопониманию.

  2. Не будет. Никакой «русской Манчжурии не было», это всё самозванство. Та можно придумать десятка два Дней, например : русской Канады, русской Аляски, Русской Индии, русского Израиля, русской Австралии, русско-еврейской Британии, русско-еврейско-армянской Франции и т.п. Но что это изменит и на что это претендует? Ни на что, тем более не повлияет на историю России. Все, кто когда-то бежал из прежних Россий… сделал это осознанно, кто-то предавал родину, кто-то томился в ностальгии, кто-то процветал и похоронен в чужой земле. Туда им и дорога.

  3. Читателю под кличкой «Livan». Такого дня, может, и не будет, поскольку в России не хотят признаваться в своём былом колониализме в отношении Китая, но термин «Русская Маньчжурия» давно признанный в науке, а вы, чувствуется, профан, да и кличка выдаёт с головой, ибо ничего умнее не придумали. А публикация интересная, для историков восточной ветви Русской эмиграции, разумеется.

  4. Вы, «Историк», заблуждаетесь в значимости в истории России «Русской Манчжурии», поскольку для вас сие, возможно, часть вашей научной работы, каких-то неизвестных никому и, по сути ненужных исследований. Не обижайтесь, право, и не грубите. Мне, например, довелось ознакомиться с большим массивом публицистики о русской колонии в Австралии, состоящей из беглых многонациональных русских из СССР, России, Китая, европейских стран. Единицы заслуживают внимания и сочувствия, основная масса людей бежала не от «советского режима», а в поисках лёгкой жизни. Живут в Австралии и люди, воевавшие против СССР в гитлеровских воинских формированиях, т.е. — предатели. Много там живёт священников, а
    90-е годы прошлого столетия в Австралию бежало всякого рода ворьё от бизнеса — прятались от уголовной ответственности за преступления. У нас с вами разный подход к этой теме и разный уровень информации и анализа. Порекомендуйте, что можно прочитать из-под вашего пера в Интернете? Любопытно.

  5. Дня Русской Маньчжурии, конечно, не будет, но автор статьи прав, напоминая об этом «островке» России на Дальнем Востоке. И возник он отнюдь не в конце 1922 года, когда последние белые эмигранты покинули Владивосток, а тридцатью годами раньше, когда Россия на свою грядущую беду решила аннексировать Маньчжурию, приступила к строительству КВЖД и города Харбина. И это привело вначале к Боксерскому восстанию — тут, правда, виноваты все «белые дьяволы», а не только Россия, а потом и к Русско-японской войне, поражению и революции 1905 года. И понятие «Желтороссии», а потом и «Русской Маньчжурии» было вполне официальным. Сейчас во Владивостоке создают Музей восточной ветви Русского зарубежья, и это разумно, а вот официально утвержденного в память о былой «Русской Маньчжурии» дня скорее всего не будет, помним и слава Богу, ведь это была удивительная территория и там сменилось несколько поколений выходцев из России, для которых Маньчжурия была их малой родиной.

  6. Мне, русскому, точно не понять тех русских, которые, имея на руках огромнейшую, великолепнейшую, богатейшую страну, запустили и засрали её, разорили русские деревни — уникальнейшие уголки божьей благодати, сбились, как бараны, в загаженной Москве, стоящей на людских костях, и льют научно обоснованные слёзы о какой-то там Манчжурии, о которую можно язык сломать, и о какой-то Желтороссии, в которой могут жить только пациенты Жёлтого дома.
    Недоумеваю.

  7. А зачем тогда вообще присоединились к разговору, коль недоумеваете, да ещё с оглядкой на «жёлтый дом»? Дальневосточники в этой теме неплохо разбираются и уже понимают, что былая «Русская Маньчжурия» может перекинуться на пока ещё российские берега, и чем дальше от той, былой Маньчжурии, тем ближе к новой, которая становится реальностью. Поэтому статья весьма актуальна, но вам не понять.

  8. Тоже историку.
    Спасибо за разъяснение, товарищ полкан!
    Кажется, после Сирии намечается «Русская Манчжурия»?
    Вопросов больше не имею. Разрешите остаться в живых?

  9. Зря иронизируете, ситуация для нас, русских дальневосточников, сложная, отток славянского населения из региона ускорился, соседей из Поднебесной уже не боятся, но беспокоит неопределенность, низкие заработки и отсутствие перспективы у молодых. А вы тут со своими ехидными репликами.

  10. Тоже историку, пусть и в защитном френче.
    Если Вы не заметили, то для русских ситуация сложная не только на Дальнем Востоке.
    Точно такая же ситуация в Казахстане: потеряны бескрайние просторы нашей Западной Сибири, которые по недомыслию правительства были в своё время приписаны Автономной республике Казахстан — кочевым казахам, вообще не имеющим своей государственности.
    Выдавливаются остатки русских из Алма-Аты — города, основанного русскими казаками в 19 веке.
    Почему же озабоченные русские учёные- дальневосточники не ищут решения вопроса у президента и Госдумы, а жалуются безымянным авторам в Литературной России?
    Может, потому, что у страны хозяина нет?

  11. А кстати, вопрос к научным работникам: Зачем правящая верхушка страны концентрирует избыточное количество миллионов жителей и гостей столицы в Москве, с её неудобной радиальной планировкой и узкими улицами из прошлых веков?
    Не для того ли, чтобы в час Икс нажать на какую-нибудь красную кнопку и похоронить лишние рты в разрушенной столице, с тем, чтобы в чистом поле выстроить для себя новую столицу усечённого государства?
    И начать отсчёт пребывания у власти по новой?

  12. Статья интересная и много откликов, хотя авторы их явно не с Дальнего Востока, потому и судят предвзято, с какой-то затаенной обидой. Видно, былая Дальневосточная республика и тяга жителей региона к самостоятельности, а также память о «русской Маньчжурии» уж очень задевает тех, кто и хотел бы большей свободы для своих западных регионов, да кишка тонка. А Сибирь и Дальний Восток вновь пробуждаются, и выборы в регионе как раз об этом свидетельствуют.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *