Территория памяти

Рубрика в газете: Мой самый памятный День Победы, № 2026 / 18, 07.05.2026, автор: Денис БАЛИН (пос. Мга, Ленинградская область)

 

Денис БАЛИН,

поэт, публицист

 

Для меня не существует какого-то одного, «правильного» телевизионного Дня Победы с выверенными речами и музыкой, вызывающей по команде нужные эмоции. Да, когда на Красную площадь выносят знамя, внутри всё равно что-то ёкает. Но за торжественностью легко забыть суть: это день памяти и благодарности. 9 мая – редкий повод почувствовать единство со всеми народами СССР. Многих людей из разных стран и с разными взглядами связывает память о поколении, вынесшем на себе войну. Мы привычно называем их «ветеранами», иногда забывая, через что они прошли: окопы, голод, блокаду, потерю близких. И при этом они нашли в себе силы жить дальше, оставшись для нас примером невероятной внутренней прочности.

Редакция «Литературной России» попросила написать про самый запомнившийся День Победы. Но мне сложно оценивать 9 мая категориями «хорошо» или «плохо», «ярко» или «недостаточно красочно», будто речь об удачных выходных. Мой праздник – это набор личных, отрывочных воспоминаний, которые вряд ли могут претендовать на какую-то уникальность.

 

 

 

В середине девяностых моя мама служила прапорщиком железнодорожных войск. Почти каждое 9 мая мы проводили на Синявинских высотах, где её часть ставила полевую кухню для ветеранов, местных жителей и гостей из других регионов. Тогда это не казалось громким государственным событием для меня. Просто люди из года в год собирались у мемориала, потому что иначе было нельзя.

 

 

На Синявинских высотах даже в яркие майские дни всегда гуляет пронизывающий ветер, очень холодно. Мне было лет семь или восемь. Я часами бродил один на этой высоте среди очертаний окопов и редкого майского леса. Сейчас сложно представить, что ребёнка отпустят так далеко и надолго, но в девяностые доверия к тому, что дети разберутся сами, было гораздо больше. Я ходил между взрослыми, пропускал мимо ушей их речи и собирал гильзы после залпов роты почётного караула. В карманах куртки они звенели при каждом шаге и казались настоящим сокровищем.

Позже мы стали приезжать к мемориалу уже расширенным составом – с женой и родителями. 9 мая – это прежде всего семейная память.

 

 

Вырасти в Кировском районе и не соприкасаться с войной невозможно. Она здесь часть пейзажа: Синявинские высоты, Невский пятачок, мемориалы у Дороги жизни, братские могилы в деревнях, станция Мга. В наших лесах до сих пор находят каски, военные самолёты, танки, осколки и патроны. Последние несколько лет я курировал деятельность поисковых движений в своём районе, работал по поиску имён погибших во времена Великой Отечественной, организовывал с коллегами памятные акции. В том числе мы организовывали и на Синявинских высотах (и других мемориалах) районные мероприятия. Только тогда понимаешь истинный масштаб этого труда: за ним стоят сотни людей, десятки поисковых отрядов и сотни захоронений. Это бесконечные архивные строки и тысячи имён, которые год за годом возвращаются из небытия. Через события, происходившие в истории на конкретной местности, ты ещё более понимаешь и историю своей страны. Это ощущение невозможно создать политтехнологическими воздействиями, сколько бы государство ни пыталось приватизировать это день, он всегда будет личным.

 

 

Поэтому мне сложно выделить какое-то одно, «особое» 9 мая. Оно всегда – особенное. Это территория памяти, где прошлое перестаёт быть главой из учебника и становится частью личного ландшафта. И те детские «сокровища» в карманах куртки со временем превращаются во взрослую ответственность за то, чтобы эта память оставалась живой и честной.