Лучшее, что есть в человеке, тоже божественное…

№ 2026 / 29, 24.07.2026, автор: Анатолий СУЗДАЛЬЦЕВ

Здравствуйте, уважаемая редакция!

В продолжение мемориальной тематики из моего прошлого письма. Нашла в архивах у папы статью двадцатилетней давности про Леонида Леонтьевича Кокоулина, писателя, много лет трудившегося на Севере, в том числе на строительстве Колымской ГЭС…

Папа с большим уважением относился к своим коллегам – писателям и поэтам. В статье о Л.Л. Кокоулине отец пишет: «Родился Л.Л. Кокоулин 31 июля, стало быть, в следующем году будет его большой юбилей». Статью отца прилагаю, к сожалению, не нашла, где она опубликована.

Получается, что 31 июля Л.Л. Кокоулину исполнится 100 лет со дня рождения!

Возможно, на страницах «Литературной России» найдётся место для упоминания об этой дате и об этом значительном писателе. Надеюсь, что и статья папы, написанная практически двадцать лет назад, тоже будет интересна и своевременна.

Я помню Леонида Леонтьевича, мы в одно время жили в Синегорье, но я была школьницей-подростком и не могла оценить его как писателя, больше меня интересовали его собаки Чон и Мейд…

 

С уважением

Снежана Кузнецова,

дочь Анатолия Суздальцева

 

---

 

 

1.

Более четверти века строил Леонид Леонтьевич Кокоулин гидроэлектростанции и линии электропередачи в суровых, подчас экстремальных условиях Восточной Сибири и Крайнего Севера. В его трудовой биографии были Иркутская, Вилюйская, Колымская ГЭС, линия электропередачи на Алдане. Он был бригадиром, прорабом, начальником строительно-монтажного участка. Поэтому, вполне естественно, в самом начале творческого пути Л.Л. Кокоулин писал главным образом о гидростроителях. Каждая строка его произведений была проверена его личным опытом.

Широкому кругу читателей имя его стало известно, когда он получил третью премию ВЦСПС и Союза писателей СССР в конкурсе на лучшее произведение о рабочем классе. Столь высокую оценку получили его повесть «В ожидании счастливой встречи» и роман «Пашня».

Заметим кстати, что обладателем первой премии в этом конкурсе в 1977 году стал Олег Куваев, долгое время работавший на Чукотке, которая в то время входила в состав Магаданской области. Премия была присуждена ему за роман «Территория».

Весьма плодотворными для прозаика Л.Л. Кокоулина были годы работы на строительстве Колымской ГЭС. Трудился он здесь с 1970-го по 1977 год. Написанные им в это время произведения подготовили его уверенное вхождение в российскую литературу. Здесь он написал свою первую книгу «Рабочие дни», которая была издана в Москве в 1974 году. Здесь он напряжённо работал над романом о строителях первой на Северо-Востоке страны гидроэлектростанции.

О Синегорье, Колымской ГЭС знала тогда вся страна. Интерес к этой северной стройке был огромный, поэтому роман Л.Л. Кокоулина «Колымский котлован», стотысячным тиражом опубликованный в издательстве «Современник», можно сказать, «был обречён на успех».

На строительство Колымской ГЭС Л.Л. Кокоулин прибыл из Якутии, с Вилюйской ГЭС, в числе самых первых – в 1970 году, так что мог проследить историю стройки с самых первых её шагов. А уже одно это – большая удача для пишущего человека.

Здесь его знали как опытного гидростроителя, но чаще всего называли «наш писатель». Иногда, правда, это произносилось с ироническим оттенком. Впрочем, так бывает почти всегда, недаром сказано, что нет пророка в своём отечестве…

 

 

2.

 

Познакомились мы с ним летом 1974 года в посёлке гидростроителей, когда я был принят в «Колымагэсстрой» редактором многотиражной газеты «Синегорье». Название этого посёлка заманчиво звучало тогда для тех, кто стремился попасть на знаменитую северную стройку, и радовало слух самих строителей Колымской ГЭС. Поэтому и газете, не мудрствуя лукаво, дали то же самое имя.

Я ещё никого не знал на стройке, а надо было готовиться к выпуску первого номера газеты, и когда зашла речь о тех, кто может работать в газете либо писать в газету в качестве внештатного автора, мне сразу же посоветовали обратиться к Л.Л. Кокоулину. Он работал в ПТМ – парке тяжёлых машин сварщиком.

Плотный, крепкий, на вид лет сорока пяти с небольшим, с широкой, пышной каштановой бородой, он производил впечатление степенного, основательного, уверенного в себе человека. Это от него услышал я удивившие меня слова о том, что гидростроители – элита рабочего класса. Поработав на стройке несколько лет, я понял, что он прав.

Леонид Леонтьевич решительно отклонил моё предложение работать в штате многотиражки, сказал, что это не для него, но пообещал помогать. И самым первым материалом, который поступил в редакцию газеты, был его рассказ «Первая заметка». Из-за относительно большого объёма рассказа мы смогли напечатать его лишь в третьем номере газеты. А через какое-то время был опубликован очерк Л.Л. Кокоулина о бригадире Викторе Снурникове. Позже в газете часто печатались его басни, рассказы, фрагменты повестей и романов.

В то время у Леонида Леонтьевича были две сибирские лайки – чёрный Чон и рыжий Мейд. Они хорошо знали, что их хозяин часто заходит в редакцию, и наведывались к нам, когда его искали. Правда, чаще всего искал его почему-то Чон: прибежит, толкнёт мордой дверь, обведёт взглядом всех, кто находится в кабинете, и, не найдя хозяина, побежит дальше.

Всё свободное время Леонид Леонтьевич посвящал тогда литературному труду. В центральных газетах, в журнале «Дальний Восток» и в других изданиях время от времени публиковались его репортажи, статьи о строительстве Колымской ГЭС, очерки о людях стройки. Естественно, всё это придирчиво читалось гидростроителями.

 

 

3.

 

Л.Л. Кокоулину прекрасно известна жизнь большой стройки. Но ещё лучше знает он сибирскую деревню и всем сердцем воспринимает её радости и печали. С самого раннего детства живёт в нём любовь к родному краю, к его людям, к родной природе. Он тяготеет к таким известным прозаикам, как Фёдор Абрамов, Василий Белов, Валентин Распутин, Вячеслав Шугаев. Трёх первых из них называли и продолжают называть писателями-деревенщиками, хотя это, конечно же, условно.

В 70-е годы, по сути дела в самом начале творческой биографии, Л.Л. Кокоулин написал выстраданный, честный рассказ «Андриан и Кешка». По моему читательскому убеждению, это одно из лучших произведений о послевоенной сибирской деревне. Этот рассказ и роман «Пашня» на многие годы определили путь развития писателя Л.Л. Кокоулина. Он всё чаще стал обращаться к судьбам крестьянства, которое считает хранителем нравственности и русской народной культуры.

 

 

Важную роль в творческом развитии Л.Л. Кокоулина сыграла учёба на Высших литературных курсах в Москве, куда он был приглашён вскоре после того, как были напечатаны его первые книги.

За прошедшее с тех пор время заметно возросло писательское мастерство Л.Л. Кокоулина. Но читательский интерес к его новым произведениям объясняется не только этим. В последние годы он всё чаще стал писать о главной загадке мироздания – душе человека. «Кроме души, нет ничего достойного удивления… В сравнении с её величием ничто не является великим», – почти 650 лет назад, в середине четырнадцатого века, сказал великий поэт Петрарка.

Л.Л. Кокоулин стал писать о самом значительном, вышел на свою главную тему. Говоря словами Гоголя, ему «вдруг стало видно далеко во все концы света». Пишет он сегодня неторопливо, раскованно, просторно, ведёт душевный, доверительный разговор с читателем, хочет передать ему самое ценное из накопленного опытом его жизни.

Как патриот России Л.Л. Кокоулин проявляет большой интерес к истории нашей многострадальной страны. Он задаёт себе тот же вопрос, который задавал когда-то Алексей Ремизов: «Какая сила опустошила тебя, русское сердце»? С болью рассказывает он о том, что, кажется, навсегда нами утрачено.

Как мы сегодня понимаем, громадный урон России нанёс проведённый в стране в ХХ веке социальный эксперимент. В романе Л.Л. Кокоулина «Не плачьте, волки» на примере сибирской деревни убедительно показано, как в период насильственной коллективизации был разрушен вековой уклад жизни. По значимости темы, по широте обобщений, по мастерству это произведение – новый шаг вперёд в его творчестве.

С этим романом в чём-то перекликается повесть «Затёски к дому». В ней писатель размышляет о том, как должен жить человек на земле, каким он должен быть. Разговор об этом особенно важен сейчас, когда нравственное одичание части населения страны, кажется, достигло предела. Дальше уже некуда. И надо подниматься, надо возрождать то, что долгое время было в забвении, иначе говоря, возвращаться в свой дом по этим ориентирам – затёскам.

Двадцать с лишним лет назад, публикуя роман Л.Л. Кокоулина «Колымский котлован», издательство «Современник» объявило, что эта книга написана по его социальному заказу. Произведения о рабочем классе в то время пользовались у издательств особым спросом. Естественно, они хорошо оплачивались.

Теперь же поистине «наизнанку времена перевернулись»: повесть «Затёски к дому» Л.Л. Кокоулин напечатал на свои средства, причём рискнул выпустить её небывалым для нашего времени тиражом сто тысяч экземпляров. Уже одно это говорит о том, какое значение придаёт писатель этому произведению. Он не мог его не написать, оно написано по велению его сердца, и ему крайне необходимо, чтобы повесть прочло как можно больше людей.

«Затёски к дому» были напечатаны в 2000 году небольшим форматом и в мягкой обложке, а уже через год вышло в свет подарочное издание с массой цветных рисунков тиражом 5 тысяч экземпляров. Повесть эта адресована юному читателю, но, без сомнения, её с удовольствием прочтёт и взрослый любитель серьёзной литературы.

 

 

4

 

Сюжет повести довольно прост: отец и сын Смоляниновы идут на охоту в тайгу, строят зимовье. Постоянно находясь рядом, они как бы заново узнают друг друга. Эти крепкие духом люди способны выдержать любые испытания.

Анисим – сибирский крестьянин, исконный хлебороб, которого в период коллективизации, как он говорит, кому-то и зачем-то понадобилось разорить и обречь его на мытарства. Главные его качества – нравственная чистота, совестливость, ответственность перед людьми и природой, и он стремится привить их своему сыну. Несмотря на то, что Гриша всего лишь подросток, он достойный сын своего отца, сильный, смелый, многое умеющий человек, с детства живущий в мире природы.

Анисим чувствует, что настала пора сказать сыну очень важные слова:

«За тебя, сын, я в тревоге, какой пойдёшь ты дорогой в этой всеобщей растерянности. Тебе выбирать: или мы одолеем выпавшие испытания и тяготы и станем достойными своего Отечества Российского… или пропадём».

Вопрос, таким образом, предельно серьёзен – или одолеем, или пропадём…

В связи с этим неизбежно возникает вопрос о вере.

«Вера, сын, опора жизни на земле. По-другому и не скажешь». И ещё: «Знаю одно: если у человека вырвать веру, то делай с ним что хошь. На вере держится и жаждущая, и смирная душа. Я верю в Бога и лучшее, что есть в человеке, тоже божественное».

Радостное удивление вызывает нравственная высота их общения. Как истинные сибиряки, они немногословны, говорят друг с другом о самом сокровенном, ничего не утаивая, и уважительно, как равные. Заметим кстати, что и в других произведениях, когда писатель рассказывает о симпатичных ему людях, он показывает чистоту их отношений, редкие, почти утраченные качества, такие как стыдливость, застенчивость.

Анисим неспешно и ненавязчиво учит Гришу беречь природу, жить с ней в полном согласии, подсказывает, как вести себя в тайге, иными словами, преподаёт ему сложившуюся за многое века неписаную таёжную науку. Сам он ни при каких обстоятельствах не уронит своего достоинства, своей «таёжной чести» (выражение Варлама Шаламова).

Очень важен для понимания его характера такой эпизод: в тайге в глубоком снегу он подрубает сухостоину, чтобы спилить её.

 

– Ты чего, папань, так низко? – спрашивает Гриша. – Придётся гнуть спину.

– По всем правилам, сын, пол-аршина пенёк.

– А кто тут видит?

– Для души, Григорий. Срам-то льнёт не только к глазу.

 

Сравните это с тем, что мы часто видим в окрестностях колымских городов и посёлков. К величайшему сожалению, мы почти на каждом шагу сталкиваемся с хищническим отношением к природе. Выехавшие на пикник люди нередко рубят деревья, чтобы развести костёр, хотя рядом можно найти подмытые рекой или старые срубленные деревья. Как будто мы здесь случайные люди…

Ненавязчиво и немногословно Анисим говорит сыну о том, что человек должен жить по законам совести и красоты:

«Красоту, сын, создавать надо в себе, тогда она и вокруг нас появится. Просто мы будем лучше её видеть. Если у человека нет внутренней красоты, то и другой не может быть. Такой человек не способен создать её для других. Одно от другого зависит».

Читатель понимает, что эти слова писателя обращены и к нему.

 

 

5.

 

Разговор идёт о самом на сегодняшний день важном – о преодолении нравственного кризиса, в котором оказалось наше общество. Как бы в продолжение разговора с сыном о нравственном выборе (помните: «Или мы одолеем выпавшие испытания и тяготы и станем достойными своего Отечества Российского… или пропадём») Анисим и Гриша Смоляниновы попадают в драматическую ситуацию: так вышло, что на весь долгий путь домой у них осталось две спички – третью по незыблемой сибирской традиции Анисим, завернув в берёсту, подоткнул на видном месте под матицу в зимовье. Она оставлена тому, кто волей судьбы в этом зимовье окажется.

Они берегут эти две оставшиеся спички как зеницу ока, потому что «без огня в такую пору в тайге – верная погибель». Их жизнь зависит от тепла, от костра. Устраиваясь на ночлег под открытым небом в сильный мороз, Анисим доверяет сыну одну из оставшихся двух спичек. Вот как описан этот напряжённый момент:

«Взяв коробок, Гриша припал на колени перед шалашиком из растопки. Анисим замер на месте, сотворяя молитву. Ему показалось: слишком долго Гриша не справляется с костром. Может, головка спички обкрошилась или шипнула из непослушных рук и завяла.

Анисим опустился рядом с Гришей на колени, не чувствуя обжигающего холода. И вдруг едкая, ни с чем не сравнимая струйка дыма защемила в носу. Анисим жадно втягивал её носом.

Гриша привстал, потряс коробком, и коробок отозвался одинокой спичкой. Анисим взял коробок из его рук, как самую дорогую и ломкую вещь.

Костёр набирал силу, Анисим набил котелок снегом, пристроил его на огонь».

В минуты опасности они ведут себя по-таёжному сдержанно, верят в благополучный исход и в конце концов находят затёски, по которым нетрудно дойти до дома.

Я понимаю, что такой пересказ сильно обедняет содержание повести, написанной свежим, сочным, поэтическим языком, но без цитат тут никак не обойтись.

В повествование органично вписывается мир русской природы. Он является как бы ещё одним героем «Затёсок». Каждая страница повести проникнута сыновней любовью писателя к России. Он любуется родным краем:

«Анисим обернулся и замер. Перед ними, далеко внизу, ослепительной голубизной сверкал Байкал. А до самой кромки воды чернёным серебром стелилась тайга. – Вот где обиталище души  человеческой, – засмотревшись, выдохнул Анисим. – Вот оно – сотворение Господне»…

Земля наша прекрасна, убеждает нас писатель и показывает нам Байкал, и тайгу, и величественные отроги Хамар-Дабана, и зверя, и птицу. Пишет ли он об особой породе байкальской сосны:

«На Байкале есть красный лес. Особая порода сосны. Красивое дерево, что снаружи, что изнутри, от комля до самой макушки ствол светится, словно солнцем облит. И сучьев на таком стволе нет, на самой макушке – кисточка. И внутри дерево медовое, а кора красная»,

или о белке и соболе:

«Байкальского ни с каким другим зверьком не перепутаешь, хоть белку, хоть соболя, по высокой головке меха сразу видно, откуда зверёк»

или о царь-ягоде – байкальской моховой бруснике, равной которой, по его словам, нет на земле,– всё это продиктовано обострённым чувством красоты.

Чтение такой прозы доставляет эстетическое наслаждение, несёт читателям нравственное здоровье. Не случайно Министерство общего и профессионального образования России рекомендовало повесть «Затёски к дому» для самостоятельного чтения учащимся.

Многие учителя московских школ уже взяли её на вооружение на уроках внеклассного чтения. Об этом говорится в опубликованном в подарочном издании книги обращении к юному читателю заместителя председателя Государственной Думы, члена Генерального Совета партии «Единая Россия» В.А. Пехтина. Это издание стало возможно благодаря поддержке политической партии «Единая Россия». А с другой стороны, она сама заинтересована в том, чтобы таких книг было как можно больше.

И вот ещё о чём говорит В.А. Пехтин в своём обращении к юному читателю:

«Посоветую тебе читать книгу вслух с кем-нибудь из близких людей, хорошо бы с отцом или дедом. И вот почему. Была не в таком уж далёком прошлом эта добрая семейная традиция. Она сближала, укрепляла семью, помогала обрести доверие и дружбу между родителями и детьми. Многое подсказывала взрослым. А сейчас мы видим, как важна она в жёсткий век компьютеров и телевидения».

Сделаем небольшое отступление. Недавно в «Литературной газете» опубликованы материалы исследования, которые показывают, что главными читателями мира в настоящее время являются индийцы, которые тратят на это в среднем 10,7 часа в неделю. Россияне с показателем в 7,1 часа (при среднемировом 6,5) стоят на седьмом месте. Их опережают также таиландцы, китайцы, филиппинцы, египтяне и чехи. Вместе с тем, говорится в заметке, граждане РФ обогнали следующих за ними шведов, французов и венгров. Американцам принадлежит 23-е место.

Поэтому чрезвычайно важно вернуть себе репутацию самой читающей страны, которая была предметом нашей особенной гордости. Но дело ещё и в том, какие книги читает порастающее поколение…

 

 

6.

 

Недавно в жизни Леонида Леонтьевича произошло событие большой важности – он стал лауреатом Всероссийской премии имени Фёдора Абрамова, которую получил за повести «Баргузин», «Затёски к дому», романы «Не плачьте, волки», «Огненная кобылица». Это признание большой значимости прозы Л.Л. Кокоулина.

Писатель прислал в Синегорье копию диплома лауреата. А с этой копии – размножить их технически несложно – сделано ещё две. Они переданы в городскую библиотеку, в музей истории ОАО «Колымаэнерго» и в техническую библиотеку Акционерного общества.

На протяжении десятков лет Леонид Леонтьевич поддерживает связь с ОАО «Колымаэнерго», с Синегорьем. Последнее его посещение посёлка в сентябре 2003 года было самым продолжительным. Он пробыл здесь больше недели. По всему было видно, что он рад тому, как его приняли. А приняли, надо сказать, как принимают самых почётных гостей. А ещё больше радовало его то, что его узнают старожилы посёлка, что имя его известно молодёжи, школьникам. Словом, он чувствовал себя здесь, как дома.

Он побывал на Колымской ГЭС, съездил с заместителем генерального директора ОАО «Колымаэнерго» А.С. Польшаковым на строительство Усть-Среднеканской ГЭС. Приехали в песчаный карьер на левый берег Колымы.

– О, Леонтьич, здорово! – сразу же воскликнул кто-то из механизаторов.

– Здорово!

Как раз в этот момент груженый «БелАЗ» застрял в песке. Его попыталась выдернуть другая машина, но тоже стала буксовать.

– А вы её пригрузите, – посоветовал Кокоулин. Так и сделали: экскаватор насыпал в кузов ковш песка, и машина пошла. Он был явно доволен, что так удачно всё получилось и что сгодился его опыт.

За эту неделю Леонид Леонтьевич обошёл весь посёлок, побывал и в средней школе, и в городской библиотеке, и почти в каждом отделе аппарата управления Акционерного общества. Обстоятельный разговор о творчестве Л.Л. Кокоулина состоялся в Доме культуры.

Л.Л. Кокоулина связывали товарищеские отношения с писателями Колымы и Чукотки, в частности с прозаиком Владимиром Христофоровым, с безвременно ушедшими из жизни прозаиком Альбертом Мифтахутдиновым и поэтом Анатолием Пчёлкиным.

Когда Леонид Леонтьевич учился на Высших литературных курсах в Москве, в его синегорскую квартиру в деревянном двухэтажном доме, словно в дом творчества, на какое-то время приезжал Альберт Мифтахутдинов – как он говорил, убежал из Магадана, где трудно было уединиться. Он работал тогда над документальной повестью «Отражение в Реке» о сплаве на резиновых лодках по реке Омолону вместе с Владимиром Христофоровым и Сергеем Бурасовским. Эта повесть посвящена Олегу Куваеву, любившему эту Реку – когда речь шла об Омолоне, он писал это слово с большой буквы. Альберт – друзья называли его Аликом – выхаживал по комнате каждую фразу и только потом записывал её. А после читал написанные куски своим синегорским товарищам, проверяя их на слух.

Бывал в этой квартире и поэт Анатолий Пчёлкин, читал поклонникам своего таланта из Синегорья и старые, и только что написанные стихи: «В середине каменного века…», «Не курлычат журавли, не летят» и другие.

О приветливом доме «деда» Кокоулина пишет и Владимир Христофоров, которого связывает с Леонидом Леонтьевичем давняя дружба. Но всё это было относительно давно.

Сегодня Л.Л. Кокоулин – известный русский прозаик. Он издал немало книг. Кроме тех, которые уже названы, это романы «Бичи», «Подруги», «Огонь и воды» и ряд других. Он переведён на некоторые европейские языки.

Не могу сказать обо всей Магаданской области, а вот что касается Ягоднинского района, то интерес к его творчеству растёт. В последние годы о прозе Л.Л. Кокоулина не раз говорилось на литературных вечерах в Ягоднинской районной библиотеке, в городской библиотеке Синегорья, его книги пользуются постоянным спросом, в том числе и школьников.

А если говорить о критических и литературоведческих статьях, то нельзя не заметить, что, к сожалению, здесь, на Севере, Л.Л. Кокоулин ещё должным образом не оценен, о нём мало пишут, мало исследуют его творчество.

 

 

7.

 

В молодости Леонид Кокоулин обладал недюжинной силой. Об этом рассказывают те, кто знал его в те годы, когда он был кузнецом на машиностроительном заводе, когда начинал строить ГЭС и линии электропередачи.

«…Он тонул в ледоход, спеша на помощь заболевшему товарищу. Выплыл. С одним сухарём, с покалеченной в тайге ногой добирался до лэповского стана несколько суток. Добрался. Сотню вёрст тащил на себе обессилевшего товарища. Дотащил. Ни разу и в малости не нарушил законов товарищества», – рассказывает в предисловии к одной из книг Л.Л. Кокоулина его товарищ, известный прозаик Вячеслав Шугаев.

Эта нехвастливая, скромная сила чувствуется в Леонтьевиче и сегодня. У него на удивление молодые глаза и такой же, как был когда-то, озорной, с мужицкой хитрецой взгляд. Вот только совсем седой. И борода седая, а была когда-то густая, роскошная каштановая борода.

Но кость у него крепкая, сибирская. И если не знаешь, то не поверишь, что ему уже под восемьдесят. Кажется, что сил у него ещё немерено. Вообще возраст – вещь обманчивая, иной человек к сорока годам снашивается полностью… И упоминаю я о годах Леонида Леонтьевича лишь для того, чтобы напомнить тем, кто об этом знает, и сообщать тем, кто не знает: родился Л. Л. Кокоулин 31 июля 1926 года и, стало быть, в следующем году будет его большой юбилей. У читателей и у исследователей творчества северных писателей есть серьёзный повод углубиться в его творчество.

Как пишет Людмила Григорьевна Кокоулина, присуждение премии имени Фёдора Абрамова, поездка на родину Абрамова в Архангельскую область вызвала у Леонида Леонтьевича прилив сил. Он вдохновлён, не теряя времени, напряжённо работает над новой книгой.

…В повести Анисим говорит: «А вот затёски чьи-то. Значит, на верном пути». Писатель занят сейчас тем, что делает для нас, читателей, свои затёски. Новых успехов Вам и крепкого здоровья, Леонид Леонтьевич!

 

Анатолий СУЗДАЛЬЦЕВ,

член Союза писателей России