Многозначительный кувай

№ 2026 / 32, 14.08.2026, автор: Владимир СЕМИБРАТОВ (г. Киров)

Кто учился в советской школе, наверняка помнит строки из стихотворения забайкальского поэта Георгия Рудольфовича Граубина «Прадеды»: «Кем был твой прадед на Руси – свою фамилию спроси».

Но не только кем, а и каким был предок по внешнему виду, характеру, происхождению, месту жительства, прозвищу, может рассказать фамилия, являющаяся своеобразным «флагом семьи». При этом, как отмечал известный писатель Олег Михайлович Куваев, «название [читай: фамилия. – В.С.] даёт знамя. А, следовательно, и стремя».

В связи с пришедшимся на 12 августа днём рождения автора «Территории» и других замечательных произведений хотелось бы поразмышлять о том, что означает его фамилия. Тема эта тем более актуальна, поскольку ею, по словам вдовы писателя Светланы Афанасьевны Гринь, «никто не занимался, равно как и сам Олег».

 

 

Тем не менее ещё в студенческие годы будущий геолог написал, что «пришёл в институт с яростным честолюбием и верой: вятская фамилия ещё будет на карте Союза…». В конечном итоге так и получилось: на Чукотке есть гора Куваева.

Считая свою фамилию вятской (несмотря на то, что отец был костромским – из деревни Медведица, что на реке Ветлуге), Куваев в шутку говаривал: «Мы, татаре…», хотя внешне же никаких татарских черт у Куваева не было. Не случайно редактору Магаданского книжного издательства Ольге Николаевне Гуссаковской запомнилась его «древняя, не замутнённая татарщиной славянская стать: голубые глаза, прямой нос, великолепный лоб и льняные кудри».

Фраза же появилась в речи писателя после того, как, оказавшись в одной из татарских деревень, он с удивлением узнал, что все её жители носят фамилию… Куваевы. Возможно, это и так, но в таком случае было бы логично видеть её в словаре «500 русских фамилий булгаро-татарского происхождения» (Казань, 1992), составленном доктором исторических наук Альфредом Хасановичем Халиковым. Увы, Куваевых там нет!

А вот в литературе о русских фамилиях – пожалуйста! Ещё до революции в XIX веке она была зафиксирована, например, в Великоустюгском, Вытегорском, Нюксенском и Череповецком уездах Вологодской губернии. Эти сведения приводит в книге «География фамилий» (Москва, 1988) непревзойдённый специалист в области ономастики Владимир Андреевич Никонов. Указывает он и на основу фамилии – диалектное кувай, которым называли на Вологодчине глухонемого человека.

Куда многозначнее это слово было и остаётся на архангельской земле. В 6-м томе современного «Словаря говоров Русского Севера» (Екатеринбург, 2014) зафиксированы такие толкования:

«Наковальня; изогнутый валёк, которым околачивали лён; кривое дерево или изогнутый сук; нарост на стволе дерева; нарыв, фурункул; плохо испечённый хлеб».

Как говорится, кого хочешь, выбирай!

Возможно, именно из архангельско-вологодских мест диалектизм перекочевал на Урал. Здесь в деревне Таборы на реке Каме ещё в 1647 году обретался крестьянин Евтихейко Моисеев сын Куваев, зафиксированный в «Писцовой книге воеводы Прокопья Козмича Елизарова по вотчинам Строгановых». Другой крестьянин – Иван Кувай – жил в 1702 году в Камышловской слободе.