О пагубности воздействия современной школы на человека

Рубрика в газете: Будем спорить, № 2019 / 45, 05.12.2019, автор: Братья ГАГАЕВЫ (ПЕНЗА – САРАНСК)

Детство есть встреча человека
с самим собою как подлинным.
Авторы

 

Что есть школа для человека? В веках об этом писали и спорили теоретики и практики. Одни полагали, что школа есть подготовка маленького человека к взрослой жизни, не взирая на возможные потери для человека (идея, восходящая к Д.Локку). Другие – их число значительно меньшее – утверждали, что школа не должна отнимать у дитяти детства, что задача её – поддержание в дитяти того, что есть он сам по своему возрасту и способностям (идея, восходящая в отечественной педагогике к К.Д. Ушинскому).

Сторонники какой из приведённых точек зрения в большей степени правы и какой в связи с обозначенной проблемой являет себя современная школа России (готовит ли она к жизни или бережёт детство или и готовит плохо, и не бережёт детство)? Поразмышляем об этом в настоящей статье.

 

Общее

Возраст детства (возраст школьника) есть нечто самоценное и самостоящее в себе самом, не определяемое ничем внешним, и даже всей жизнью человека (каковая в своей полноте и цельности реалия трудно определяемая). Детство есть метафизика будущей жизни человека. В нём – детстве – как на ладони светится весь человек в его возможности и в его реальном будущем бытии. Почему так? Потому как детство есть начало всего и вся для человека. В начале (некоего; в данном случае жизненного пути человека) всегда явлено всё то, что будет развёрнуто в последующем (мысль, не однажды звучащая у философов и учёных; к примеру, утверждение Т. де Шардена П).

Детство есть отчётливый эскиз (контур) сокровенного в человеке, его метафизической сущности, его духовности. В детстве человек открывает своё видение мира, именно открывает, а не творит, и открывает не то или иное важное для себя в себе самом, а срединное во всём важном для себя, его (важного) основу, его онтологию, антропологию, аксио-гносеологию и психологию (в современной психолингвистике эта реалия трактуется как образ мира, картина бытия и т.д.), открывает метафизическое в себе, то, что связывает его со всем мирозданием.

В детстве, иными словами, человек открывает себя самого в своей полноте и целостности.

Детство есть встреча с самим собою, с тем, чей образ ещё не замутнён теми или иными социальными воздействиями. В подтверждение изложенного укажем на суждение К.Г. Юнга о явлении феномена личности на самых ранних этапах взросления индивида (Юнг пишет об эскизе личности). Ранее положение об изначальности духовности человека (существовании её до рождения человека) сформулировал Платон.

Детство есть явление подлинного человека ему самому и окружающему. Неосторожно прикасаться к эскизу этого подлинного, вносить в него чуждые для него контуры и краски непозволительно и бездумно. Сформулированное даёт основание категорично отрицать положение о детстве как подготовке к жизни. Нельзя готовить к жизни то, что и есть сама жизнь в её возможных движениях и развёртываниях. Можно и надо ожидать в воспитательном воздействии в указанный период оформления (развёртывания) намеченного в духовности (личности) маленького человека.

Главный ориентир педагогического воздействия на человека в детстве – невмешательство в процесс развития человеческой духовности (идея, восходящая к педагогическому наследию Л.Н. Толстого). Речь идёт о невмешательстве как следовании естественно возникающим в психике индивида интенциям (движениям) и вопрошаниям в процессе ознакомления его (индивида) со всем многообразием созданного людьми в сфере культуре в их историческом развитии.

Детство – данность, каковую не надо менять и каковую следует слушать и следовать ей. Всё так. Но истина и в том, что за детством сразу, вдруг приходит взрослая жизнь. И к ней (человеку) надо быть готовым. Потому правы и те учёные, кто детство трактуют как время подготовки к взрослой жизни. В какой мере детство должно стать и подготовкой к взрослой жизни – в этом одна из давних проблем педагогической науки.

Ориентир решения обозначенной проблемы очерчен историей отечественной педагогической мысли. В качестве такового последняя в лице Н.И. Пирогова, П.Ф. Каптерева, В.В. Розанова, Д.И. Менделеева и других, а также учёных советской школы видела и видит общее развитие маленького человека. Общее развитие личности как поддержание развёртывания свойственных ей предрасположенностей и способностей в сфере интеллектуальной, эмоционально-ценностной и поведенческо-волевой служит предпосылкой для успешного освоения любой профессии и любого вида общественно-полезной деятельности.

Общее развитие ученика и есть мера возможного деятельного (вмешивающего) воздействия на его личность в воспитании. Та специализация (профилизация и пр.) допустима в детстве, каковая не затрагивает общего развития личности. Эта максима выстрадана отечественной педагогической мыслью.

Итак, школа, ища сбережения духовности ученика, а также стремясь подготовить его к жизни в условиях конкретного социума, должна, с одной стороны, всемерно способствовать естеству развития духовности ученика (учитывать её изначальность в приведённой выше трактовке), а с другой – поддерживать его (ученика) общее развитие как условие будущей возможной специализации.

 

Современная школа

Современная школа пагубно воздействует на духовность ученика. Пагубность её воздействия выражается в грубом вмешательстве в духовное развитие личности индивида и в резкой специализации предоставляемого ей содержания образования. Пагубность воздействия современной школы выражается и в изменении типа духовности отечественного учителя. Развернём сформулированное.

 

Вмешательство в духовное развитие личности

В детстве (юности) человек себе и миру открывается комплиментарностью (симпатией) ко всему живому, стремлением удержать в себе всё и вся, встать вровень со всем и вся и принять в себя всё и вся, пережить всё и вся своим приятием, своим неравнодушием к происходившему, происходящему и намечающемуся в мире, стремлением жертвенности ради всего живого, стремлением привнести в окружающее своё, и своё как доброе, как комплиментарное всему и вся, радоваться жизни и творчеству, оставить память о себе в прекрасном для человека мире.

Присутствие в юном человеке названных (метафизических) интенций подвигает его к (святой) дружбе, привязанностям, первой любви, к глубокому знанию, творческой деятельности, обретению чувства достоинства, готовности к некоему героическому, жертвенному и пр. Этими – и не другими – реалиями живёт юность, живёт онтологически и вопреки всему и вся (вопреки тем или иным социальным условиям). Эти реалии и должны стать предметом внимания школы, ищущей человека в своём воспитаннике.

Что в настоящем времени является предметом внимания или поддержания в личности ученика в школе? Противоположное выше очерченному. Школа современная в своём воздействии на ученика проецирует на личность последнего принимаемый современным социумом тип духовности. Что бы ни констатировалось в Законе об образовании (редакция 2012 года), школа де-факто поддерживает, а вернее, утверждает в ученике такие черты, как прагматизм, индивидуализм, соперничество (конкуренцию), либерализм, рационализм и индифферентность в отношении общей жизни предшествующих, настоящих и будущих поколений человечества на планете и др.

Высокое как искание чего-либо ценностного вне самого себя, как того, что не поддаётся объяснению, как того, что уводит от потребительского отношения к чужой и собственной жизни, – высокое из современной школы вытесняется (практически вытеснено). В школе, как бы ни спорили с этим чиновники от образования и разделяющие их мнение эксперты от образования, как бы иное не декларировалось в Законе об образовании, царствуют образовательная услуга и прагматико-потребительское отношение (участников образовательного процесса) к своему социальному бытию. Этими реалиями определяются ценностные установки и поведение большинства учителей и школьников старшего возраста.

Образовательная услуга как основание взаимоотношений школы и ученика диктует привнесение в ценностно-поведенческие структуры личности воспитанника феномена возмездности – материально-денежного воздаяния за свершаемое в отношении того или иного человека извне. Нет ничего бескорыстного, нет ничего не обусловленного внешним воздействием, нет ничего не объяснимого… нет высоко-высокого и нет, соответственно, педагогически оправданного обращения к личности ученика – отношения одной непостижимости к другой (нами использована стилистика С.Л. Франка). Есть внятные и объяснимые отношения взаимовыгодного обмена. Ими исчерпывается гамма возможных отношений между людьми (между учениками и педагогами). Ярче всего об этом свидетельствует действующая система оплаты труда педагога (оплата по так называемому результату обучения и воспитания). Природой этой оплаты реалия услуги и привносится в практику всех общеобразовательных организаций страны.

Прагматико-потребительское отношение к своей жизни есть восприятие последней как того, что может и должно быть использовано с выгодой для себя как живущего собой же по преимуществу. Моё «я» – его успехи в профессии, общественной деятельности, быту и пр., успехи любой ценой – этим живёт человек в современном социуме, и это же де-факто постулируется в школе. Постулируется привнесением в школьное бытие обучающихся как методологически доминантной категории успешности, жестоковыйной стандартизацией образования (стандарт есть принятая социумом реалия успешности индивида), отношениями соперничества в получении образовательных услуг (между образовательными организациями, учениками и их родителями) и другим аналогичным.

Категория успешности – отвратнейшая реалия в концепции современного образования и современного российского социума. Ею определяется ценностный контекст всего происходящего с учеником в его детской жизни.

Успешность в её прочтении в современной социальной и социально-педагогической действительности есть редуцирование человеком своего бытия к достижению определённых рационально описываемых параметров (жизни). Успешность обеспечивает для индивида обретение выгоды (в широком значении этого слова), и она же (успешность) отстраняет его от всего того, что и есть подлинное – неформализуемое, иррациональное в своей основе – бытие человека (выражение, восходящее к Платону).

Школа, таким образом, вводя учеников в отношения взаимовыгодного обмена (отношения образовательных услуг), а также поддерживая всемерно у ученика прагматико-потребительское отношение к собственной жизни, отвратно воздействует на естество психики маленького человека – на её метафизическое измерение.

 

Специализация содержания образования в современной школе

Современная школа содержанием предоставляемого ею образования резко специализирует мышление своего ученика.

Современная школа уже в 9 классе – школа предпрофильного обучения, а с 10 по 11 класса – профильная. Современная школа – и довольно часто – с 5 класса есть школа специализированная (иностранных языков, физико-математическая и пр.). Следствием этого является то, что ученик с указанных возрастов начинает мыслить в одной, пусть и перспективной со стороны востребованных в социуме видов деятельности, перспективе. Предмет мышления и переживания для ученика в этом случае резко сужается. Духовность его редуцируется к картине мира, каковая втиснута в гносеологию того или иного вида деятельности человека (естественнонаучная, гуманитарная, экономико-юридическая и пр. деятельность).

Человек в условиях профильного обучения недополучает в своём развитии (общем развитии). Его духовность страдает. Некое в ней уродливо (неестественно) развивается. Отсутствие гуманитарного опыта обедняет мышление естественнонаучное (некогда это замечал ещё Д.И. Менделеев). Неразвитость в формально-математическом отношении отрицательно сказывается на развитии гуманитарных интенций личности и пр.

Пребывающей в профильном классе духовности ученика в недалёком для неё будущем сложно вернуться к себе как истинной (той, каковая явлена в юношеских её движениях и каковая могла и должна была раскрыться в тех или иных аксио-гносеологических реалиях).

Разумеется, сформулированное нами не означает отказ от профилизации обучения (разумной профилизации; она другая).

 

Учитель

Учитель школы современной России в сопоставлении со своим предшественником – учителем советской школы – меняется и, увы, не всегда в лучшую сторону. Учитель отвечает на воздействие социума и вольно или невольно принимает навязываемые ему правила участия в общественно-экономической жизни страны. И он превращается в человека, каковой предлагает образовательные услуги и ищет большего заработка в сфере образования. Идея конкуренции закреплена в тексте Закона об образовании РФ (статья 2, пункт 1 Закона). В реализации стремления зарабатывать больше (больше, чем это оговорено его окладом) учитель перестаёт быть таковым, во всяком случае, в контексте отечественной философско-педагогической мысли.

Ища формальных успехов в педагогической деятельности (а они только и могут стать основанием для преференций в денежной сфере), учитель теряет в качестве предмета своего внимания главное в своей деятельности – духовность ученика. Теряет, так как последняя не может быть сведена ни к какой схеме, матрице, обобщению и пр. (не может быть сведена к «цифре»).

Редуцирование деятельности педагога к достижению формальных результатов в обучении (иными словами, финансовых преференций) резко обедняет его личность. Она свёртывается в нечто малое и одномерное, что, в свою очередь, замечается обучающимися. В учителе последние перестают видеть пример для подражания (бедное содержанием не интересно). В учителе ученики видят лишь то, что может быть передано в виде того или иного продукта.

Возможна и противоположная реакция обучающихся на учителя, ещё более отвратная с педагогической точки зрения. Ученики берут пример с учителя как с того, кто рационально-потребительски тратит свою духовность (продаёт свои знания).

 

Что делать?

Большой соблазн сказать, что нужно измениться социуму, тогда изменится и школа. Увы, это утопия. Социум – инертное по определению образование. Его изменение длительно и не однозначно. Противиться выше сформулированному (тому, что отвратно влияет на индивида) приходится школе и учителю в одиночку.

Как противиться социуму? Ориентир дан. Нужно оберечь детство как мир особой аксио-гносеологии, как мир, никому (из общественных институтов) и ни в чём не принадлежащий. Нужно вытеснить реалию образовательной услуги из школы (работать так, как это было принято в отечественной школе – дореволюционной и советской). Нужно исключить поддержание в поведении ученика потребительско-прагматического отношения к жизни (являть собою – речь идёт об учителе – пример общинного человека). Нужно обеспечить общеразвивающую составляющую в содержании образования на всех этапах обучения детей (не следовать рекомендациям Министерства просвещения России в отношении профилизации обучения в старших классах; естественно, делая это на законном основании, то есть выдвигать и реализовывать инициативы в сфере образования).

По силам ли намеченное осуществить школе и её учителю? Наверное, нет, что вовсе не означает, что им не следует начинать (или продолжать?) это делать. Исторически школа и учитель – отечественная школа и отечественный учитель – противились социуму, предупреждая возможное с его стороны отрицательное воздействие на человека. Противились и часто достигали желаемого ими результата.

 

2 комментария на «“О пагубности воздействия современной школы на человека”»

  1. Статья братьев Гагаевых привлекла моё внимание заголовком. Я знаю о многих недостатках современной школы, но утверждение о её пагубном воздействии на человека меня поразило. Начал читать. Уже в самом начале текста я понял, что передо мной очень научная статья. По образованию я — педагог. Знаком с идеями Я. Каменского, Н.И.Пирогова, К.Д.Ушинского. По книге Б.М.Бим — Бада познакомился с антропологией И.Канта. И всёже читал статью с большим трудом. Некоторые утверждения авторов меня поразили. Например, что детство — метафизика будущей жизни человека, эскиз его метафизической сущности. Я не мог соотнести детство ребёнка с метафизикой. Этот философский термин греческого происхождения переводится как ЗА ФИЗИКОЙ, в смысле ЗА РЕАЛЬНОСТЬЮ. Точного обьяснения этого термина нет до сих пор. От Платона и Аристотеля, до И.Канта и Гегеля все вкладывали в это слово разный смысл. О ребёнке и детстве надо говорить конкретно. В русском языке достаточно слов для выражения самой сложной мысли.
    Далее в статье авторы пишут о необходимости защиты ребёнка от пагубных влияниях социума. Такая защита есть. Это — детская литература. Народные сказки, рассказы и сказки Константина Ушинского, Павла Божова, Пушкина, Ершова. Они позволяют ребёнку познавать реальность и жить в мире фантазии. Тут и волшебное зеркальце и ковёр самолёт и автоматическая избушка на курьих ножках, управляемая голосом. Можно пойти в путешествие с персонажами книги Волшебник изумрудного города. Книги есть для всех возрастов и всех жанров.
    Авторов беспокоит, что школа поддерживает прагматико — потребительское отношение к своей жизни, отвратно воздействует на психику маленького человека, на её метафизическое измерение. Я не берусь комментировать это беспокойство авторов, так как не понимаю сути этого беспокойства и не знаю как измеряется метафизическая сущность души ребёнка.
    Авторы также возражают против профилизации обучения в старших классах школы. А я наоборот, считаю необходимым, после девятого класса, ввести изучение специальностей. Молодые люди в возрасте от 16 до 18 лет должны учиться в колледжах, в статусе студентов и получать профессии.
    Педагогическая наука и практика — важная часть жизни общества, отвечающая за подготовку будущего поколения, а значит страны и государства. Конечно, есть недостатки поэтому нужны конкретные предложения.

  2. Совершенно верно говорят братья Гагаевы о ненужности и даже вреде профориентации. Оглянитесь вокруг, господа-товарищи, и вы увидите, сколько людей с совершенно разными специальностями вас окружают. У нас в стране великое множество мерчендайзеров (они по полкам товар в магазинах раскладывают), водителей, монбланы охранников и т.д. и т.п. Это всё бывшие школьники, пригодилась им профориентация? То-то же, вот водительские права, полученные в старшем классе, пригодились бы почти всем. Кружки и секции в школах, в разных учреждениях культуры, причём бесплатные — вот и будет профориентация. Вспомните фильм «Большая перемена»: Убей меня! — истошно кричал учитель истории на занятии исторического кружка, рассказывая о Нероне. Было интересно, и учащиеся вечерней школы рабочей молодёжи после уроков — вечером! — оставались ещё и на кружок.
    Не могу не сказать ещё об одной проблеме. Ученик средней школы — не студент, это «штучный товар». Помню, как в институте весь поток с курса собирался в одной большущей аудитории, и под несмолкаемый негромкий гул преподаватель читал курс истории партии. Главное, о чём молчат все говоруны о школьных проблемах — это то, что в классе должно быть НЕ БОЛЕЕ 15 человек! Учитель за время уроков сможет пообщаться с каждым: успешному ученику дать более сложное задание, отстающему подсказать, приструнить шалуна, пригорюнившуюся девочку погладить по головке. Если ученик что-то не понял, он имеет возможность поднять руку и переспросить.
    Ну хорошо, если уменьшить наполняемость классов, то где взять лишние классные помещения, спросите вы? Скажу. При проектировании зданий школ проектировщики всегда предусматривали фундаменты с запасом прочности. Можно спокойно надстраивать существующие здания школ ещё на один этаж.
    Вот такие мои предложения.
    Как любой гражданин своей страны, я заинтересован в качестве школьного образования: сначала учился в школе сам, потом учились мои дети, потом внуки, довелось и самому выступать один год в роли учителя.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *