О произведениях и текстах

Рубрика в газете: С карандашом в руке, № 2024 / 2, 19.01.2024, автор: Владимир ШНАЙДЕР (г. Барнаул)
В.А. Шнайдер, член Союза писателей России

 

Ничего нет в жизни постоянного – всё рано или поздно изменяется. В том числе и отношение людей к событиям, вещам, традициям… Происходит переоценка духовных ценностей. Ещё требовательность – к себе, поступкам – изменяется. Наверное, так и должно быть. Ведь это жизнь, а жизнь – движение. Не будет движения – не будет и жизни. Но движение, на мой взгляд, должно быть только вперёд, к улучшению. Любой шаг назад – деградация, мгновенная потеря приобретённого в течение долгих лет труда. Нормальный человек это понимает. Например, если его коллега вместо «куда» и «что» вдруг начнёт на полном серьёзе говорить «куды» и «чё». И на замечания не будет обращать внимания. Нормально? Нет, ненормально. Но это яркий пример, лежащий на поверхности. В основном же в наше время откат назад незрим, его мало кто замечает. Происходящее воспринимается как должное, и большинство подражает этому. К сожалению. А потому и вред от отката огромен.

Меня, как писателя и журналиста, волнует отношение общества к Слову. Особенно со стороны собратьев по перу. Среди ныне пишущих предостаточно не имеющих литературного слуха – основы, без которой писателем быть невозможно. О выстраивании сюжета, прописке характеров и т.п. тоже речи нет. В большинстве книжных текстов таких «творцов» – авторская речь и мышление ничем не отличаются от речи и мышления героев. Хотя в иных книгах указаны редакторы, но увы… Видимо, и редакторы одарены такими же литературными «способностями».

Канули в Лету времена, когда для каждого писателя и журналиста Слово являлось священным. Ныне в Союзы приходят люди, для которых Слово – игрушка, инструмент, с помощью которого можно снискать популярность. Они пишут быстро и много. И не произведения, а тексты. И чем пошлее, безграмотнее, тем охотнее их издают. К сожалению, нередко и за счёт средств налогоплательщиков.

 

 

Предметный разговор начну со столичных издательств. В книжной серии «Сибириада» (изд-во «Вече») есть сборник члена Союза писателей России А. Пешкова «Таёжная вечерня». На первой же странице спотыкаешься о несуразицу – «Лыжи режет из берёзы и топорища». На следующей: «…лицо умное и деятельное… заметили оторопь в его моргающих глазах… Надломленная осина, зависшая над тропой, заставила людей согнуться…» На следующей: «На худых бёдрах – резная юбочка…», далее – «На кресте прибит был гвоздями какой-то блудливый дух».

Откройте любую из 318 страниц «Таёжной вечерни» и на каждой найдёте подобные ляпы, или, как говорят в народе, – выпендрёж. Читал ли текст книги выпускающий редактор? Если нет, то плохо, если да, то ещё хуже.

Роман члена Союза писателей России П. Явецкого «Вера» (изд-во «Российский писатель») – сборник недоразумений и ляпов. Пример: «Удобства были на улице – ещё та задачка, найти местечко среди глыб и сталактитов мёрзлых человеческих испражнений». Автор не знает, что сталактиты – это наросты на потолке, а то, что образуется на поверхности земли, называется сталагмитами.

Л. Н. Толстой писал: «Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребляет слово, значение которого он не может объяснить, лишается права писать и получает 100 ударов розог».

Ещё несколько примеров из «Веры»: «…изобразив морщинами на лбу мыслительный процесс… обмер и остолбенел… чёрный цвет обновки выделял осанку… рукомойник на десять сосков… подав ему колбу с какой-то жидкостью, заставила окунать туда часть лица, чтобы из-под глазного яблока выходила грязь…» Таких «перлов» на каждой странице предостаточно.

К сожалению, книг, подобных «Вере», в названном издательстве выходит много. И это печально, потому как они отвращают читателей от современной литературы.

 

 

 

Теперь о книгах, которые издаются на Алтае на бюджетные деньги, то есть на средства народа. Издание ведётся по краевому конкурсу литературных произведений и губернаторскому издательскому проекту – книжная серия «Алтай. Судьба. Эпоха». Дело хорошее, нужное, но выполняется безалаберно. Вроде бы у всех изданий есть редакторы, но с первых же страниц читатель понимает, что его потчуют тюрей. Например, «Михаил Лисавенко» (серия «Алтай. Судьба. Эпоха», 2023 г.), авторы Н. и С. Тепляковы. Герой – личность известная и интересная. Для Алтая – знаковая, потому книга должна быть интересной. Так я думал, взяв книгу в руки. Но увы, ошибся в очередной раз. Первое, что обескураживает, – стиль. Дворовый. Как авторы говорят в быту, таким слогом и пишут – «…круглые очки… залетевшая через окно пчела… из дневников мы видим… хоть…» и так далее. Несколько примеров.

Стр. 22 «О характере Афанасия Михайловича нам может рассказать ещё один уникальный документ». – Ну-ка, думаю, что это за уникальный документ? А это всего лишь заметка из газеты «Сибирская жизнь» от 17 января 1906 г.

Стр. 24 «…нам удалось отыскать еще один важный документ, который красноречиво показывает» Или: «И эта тетрадь – очень красноречивый документ эпохи». От таких оборотов удивлению нет предела. Не менее аляповатое выражение – «Лупа творит чудеса». Какие чудеса может выделывать лупа? Думаю, после такой фразы читатель будет долго вертеть лупу в руках в ожидании чуда, но безрезультатно.

Стр. 25 «…попадалась фотография Афанасия Михайловича, где он зимой стоит на фоне горы шпал, – получается, был он десятником по заготовке шпал…» В одном предложении две глупости. Первое – шпалы не хранятся горами, их складируют в штабеля. Второе – если бы он сфотографировался на фоне самолёта, то авторы бы сделали заключение, что он был лётчиком?

Далее авторы пишут, что нашли в архиве блокнот с записями Лисавенко и что записи сделаны не ручкой, а карандашом, и на основе этого заключают, что это юношеские зарисовки Лисавенко. Для авторов, видимо, что запись, что зарисовка – одно и то же. На самом же деле между записью и зарисовкой огромная разница.

Таких и подобных ляпов и ошибок в тексте, как в небе звёзд.

Нередко авторы противоречат себе или забывают то, что писали ранее. Так, на стр. 214 они пишут: «Деньги Лисавенко положил в банк, они ему очень пригодились через четыре года: при переезде в 1950 году в Барнаул на них он смог купить дом на улице Пролетарской, 104». А на стр. 229 читаем: «…ему выделили дом по улице Пролетарская, 104…» и на стр. 234 авторы подчеркивают: «Мы, конечно, помним, что у Лисавенко имелась жилплощадь на Пролетарской, 104, предоставленная Алтайским сельскохозяйственным институтом». Читатель в недоумении – а где же обещанная покупка?

Бездумно, а порой и глупо авторы используют усилительные эпитеты: стр. 36 «…он точно превосходно знал нотную грамоту…», стр. 55 «… занимался очень прилежно», стр. 70 «Лисавенко очень вдумчивый…», стр. 106 «…очень остро стоял жилищный вопрос» и стр. 178 о том же «…был жуткий жилищный кризис», стр. 107 «…было ещё очень далеко…», стр. 111 «…очень красочно описывается…», стр. 140 «…Лисавенко очень хотел… с невероятным уважением относился к тем…», стр. 141 «…он очень талантливый и увлечённый…», стр. 142 «Лисавенко вспоминает… с невероятной теплотой», стр. 143 «…очень перспективное мараловодство…», стр. 159 «Характеристика (причём очень положительная», стр. 166 «очень толковым экономистом… директором очень дальновидным… который был очень заинтересован…», стр. 174 «…был невероятным дефицитом…», стр. 184 «…Лисавенко, очень трогательно написал…», стр. 197 «Михаил Афанасьевич был очень умный…», стр. 200 «…очень тёплое письмо…», стр. 207 «Есть очень тёплые фотографии… очень трогательно описывает…», стр. 235 «… Лисавенко был очень грамотным хозяйственником», стр. 251 «Лисавенко был человеком невероятной культуры» – это как так? Стр. 272 «… Лисавенко… очень пророчески написал ему…» – а это как? Приведена толика недоразумений с усилительными эпитетами, которых в тексте изобилие. Только по одному этому можно сделать вывод, что редактор в лучшем случае не работал с текстом.

Несколько о ляпах других форм. Например: стр. 104 «…досадная неприятность», стр. 143 «…много бывал в командировках», стр. 154 «…отец умер от аппендицита» (вообще-то умирают от перитонита; аппендицит у всех, а умирают, когда он воспаляется, лопается и начинается перитонит).

Ещё одной бедой авторов является скудость словарного запаса – текст усыпан словами «было», «был», «который», «это», «этот» и так далее. В большинстве их можно избежать, сделать материал литературно вкусным, если работать со слогом и словом, но авторы или не захотели утруждаться, или не умеют.

Не стали авторы обременять себя и в части разработки архивного поля. К примеру, защиту Лисавенко кандидатской диссертации развернули нормально – главу посвятили, а вот о защите докторской и присвоении звания академика отделались парой-тройкой слов. Более того, авторы несколько раз заостряют внимание читателей, что Лисавенко не был коммунистом. Даже главу назвали «Депутат без партии». И только в конце текста, на 275-й странице, они пишут: «Всем им одинаково близок выдающийся учёный, организатор сибирского садоводства, коммунист…» Непростительное упущение, потому как в те годы приёму в партию предшествовали два года в кандидатах, а сам приём являлся праздником для человека! И обойти сие событие…

Все вышеназванные недоработки можно устранить. Они второстепенные. Основная беда книги в том, что читатель не увидит героя. Не смогли авторы его показать, точнее прописать. Авторы пишут о любви Лисавенко к своему делу, о трудностях, с которым он сталкивается, заботах – а сам-то Лисавенко где? Его нет в тексте. Приведены обрывки из его записок, но это тоже не Лисавенко. Характер-то и Человека читатель не зрит!

Исходя из всего вышесказанного, нельзя назвать данный текст произведением. Пока что это – сырец, заготовка. Для того чтобы текст стал произведением, нужно ещё попотеть.

На мой взгляд, за последние годы на книжных полках количество текстов стало преобладать над настоящими произведениями. Их тоннаж растёт не по дням, а по часам. Я уверен, остановить поток псевдолитературы можно и нужно. В противном случае…

7 комментариев на «“О произведениях и текстах”»

  1. Да, Лев Толстой был прав: тут помогут только розги.
    Ради одного только того, чтобы драть ими издателей, редакторов и, прежде всего, самих авторов, нужно УЗАКОНИТЬ РОЗГИ.

  2. Очень типичная ситуация, когда издают “лишь бы было”. И розги здесь уже не помогут.

  3. Уж нашёл автор, какое издательство брать для обозрения! Что такое “Российский писатель”? Это более чем скромная частная лавочка Дорошенков, на которую в своё время были потрачены огромные суммы (не частных капиталов супругов). Вот число читателей книг этого “издательства” (взято с сайта Росписателя): Игорь Тюленев 2 читателя
    Юрий Леканов (следственный комитет) – 2 читателя
    Светлана Макарова-Гриценко 3 читателя
    Виктор Кирюшин 5 читателей
    Николай Зиновьев – 10 читателей
    Николай Иванов – 63 читателя

  4. У Игоря Тюленева больше 20-ти сборников и общий тираж, а следовательно и число читателей, зашкаливает. Не говоря уже о журнальных и сетевых публикациях. Откуда вы взяли цифры? Тираж книги Тюленева в “Российском писателе” был всего два экземпляра? У остальных авторов, кого вы назвали, тоже тиражи такие, как вы написали?

  5. Игорь Тюленев – стихослагатель уровня сильно ниже среднего. Его 20 сборников ничего не значат.
    Да и Николай Зиновьев ничего особенного не создал (хотя по сравнению с Тюленевым – он гигант).
    Дутые фигуры.

  6. Иногда я заглядываю на сайт “Российский писатель”. Несколько раз пытался поздравить саратовских авторов с публикациями. Но меня “забанивали.” Сегодня снова заглянул, прочитал статью Ивана Ерпылёва, статья показалась любопытной. Написал короткий комментарий. Опубликовали! Несколько часов комментарий “врага”, то-есть, меня красовался на сайте правдолюбцев, защитников настоящей литературы. Но “прокол” хозяева сайта заметили, комментарий мой убрали (даже в адрес Ерпылёва мне нельзя добрые слова произносить!) и поместили объявление: “Михаил Александрович Лубоцкий, Вы забанены!” Я даже не обиделся: я укрепился в своей оценке руководителей “Рос. писателя”: “Литературные Держиморды”! О каком возрождении литературного процесса можно рассуждать, демонстрируя образцы маразма!

    • Сайт “Российский писатель” не терпит конструктивную критику.
      Меня вчера, 20янв24г, также забанили на сайте “Российский писатель”.
      В 20-00 я написал отзыв на этот “прокурорский протокол” Ивана Ерпылева, где он требует создать иерархию писателей и поделить писателей на “касты”:
      https://rospisatel.ru/erpylev-sp1.htm
      – Это не статья, а написанный юристом протокол:
      “КАРЬЕРА писателя”, “в создании ИЕРАРХИИ литераторов”, “немало литераторов ВТОРОГО, ТРЕТЬЕГО И ЧЕТВЕРТОГО ПОРЯДКА”, “последняя на сегодняшний день ИНСТАНЦИЯ”.
      Думаю, рановато начинающему 34-летнему литератору учить “засевших бонз-председателей”.

      У Ивана Ерпылева тяжелые сочинения.
      А 7 марта 2023 года я дал в заметке “Не надо так писать о патриотизме и СВО” в Интернете отрицательную характеристику его рифмованному сочинению об СВО, опубликованному в газете “Вечерний Оренбург”:
      Иван написал об украинских боевиках:
      “Приходите к нам, соплеменники Гитлера, в гости”.
      Врагов, убивающих мирных жителей в России, член СПР зовет в гости?
      Приглашать врага в свой дом нельзя даже в шутку.
      Есть исторические русские слова:
      “Кто с мечом к нам придет –
      От меча и погибнет”.
      То есть ЕСЛИ САМ придет.”

      Спасибо Марии Якушевой, Анатолию Смышникову, Геннадию Сазонову за верную оценку этой самодельной (далеко не журналистского уровня) статьи.

      Огромная просьба к Ивану Ерпылеву (не имеющему литературного образования, Председателю Оренбургской региональной писательской организации Союза писателей России (2018), Члену правления Союза писателей России, Главному редактору журнала «Оренбургская заря», Издателю, Руководителю издательства «Ямб»): дать ссылку хоть на одну сделанную им литературную критику какого-либо произведения.

      Следом появляется злобный отклик за подписью некого “Александра Иванова”:
      “Не удивляет меня откровенная ненависть Николая Денисова к Ивану Ерпылеву.
      Этот Денисов наряду с десятком анонимов давно входит в огрызкинский актив, грязью поливающий Ерпылева наряду с другими нашими коллегами исключительно из ненависти к нашему СП.
      А удивляет меня только одно: что делает этот ерпылевофоб вне огрызкинских будуаров? Кто его сюда пропустил?”

      Я ответил:
      – Александру Иванову и его сторонникам:
      – Ненависти у меня к Ерпылеву нет. И в моем сообщении – тоже. Это ваша выдумка. Я корректно высказал свое мнение от его творчестве и его статье. И, думаю, доказательно.
      – На сайте “Литературная Россия” я, думаю, объективно показываю свое мнение на разные статьи.
      Грязью Ерпылева я не поливал и “ненависти к нашему СП” не высказывал.
      Я желаю СПР чистоты и здоровья. На это и направлены мои сообщения.

      ПС: Александр Иванов. представьтесь, пожалуйста. Я вас не знаю.
      Покажите, где можно посмотреть вашу литературную деятельность.

      Через полчаса смотрю: “Николай Денисов, вы забанены”.
      Причем стерты как эти мои сообщения, так и вышеприведенная фраза “Александра Иванова”.

      И после этого как ни в чем не бывало продолжились их “культурные обсуждения”: “нужна честная литературная критика”!
      Маразм?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.