Русские классики с ракеткой: теннис в жизни Льва Толстого и Владимира Набокова

№ 2026 / 27, 15.07.2026

Теннис – один из самых популярных видов спорта в мире: за матчами следят миллионы зрителей, турниры Большого шлема становятся событиями планетарного масштаба, а букмекерские линии предлагают ставки на теннис самые разные исходы – от победителя гейма до точного счета по сетам.

Но еще в конце XIX – начале XX века эта игра только прокладывала себе путь в быт российской интеллигенции, постепенно превращаясь из экзотического развлечения в модное увлечение. Особенно показательно, как теннис вошел в повседневность русских писателей: для одних он стал частью здорового образа жизни, для других – источником вдохновения, для третьих – просто приятной привычкой. 

Среди тех, кто по-настоящему проникся духом этой игры, выделяются Лев Толстой и Владимир Набоков: оба не просто держали ракетку в руках, но и отразили свое отношение к спорту в творчестве и личных записях.

 

 

Лаун‑теннис в Ясной Поляне: спорт как часть философии Толстого

Лев Николаевич Толстой был известен своим стремлением к физическому совершенствованию и строгому распорядку дня. Писатель относился к спорту как к важному элементу гармоничного развития личности и в Ясной Поляне уделял много внимания прогулкам, верховой езде, гимнастике, а в зрелые годы освоил и лаун‑теннис – так в то время называли современный теннис.  ставки на теннис 

Для Толстого игра была не столько соревнованием, сколько способом поддерживать бодрость тела и ясность ума. Он нередко выходил на корт вместе с семьей и гостями усадьбы, превращая теннисные партии в часть светского и семейного досуга. В дневниках и письмах Толстого можно встретить упоминания о том, как он радовался возможности провести час в движении, считая, что физическая активность помогает сохранять работоспособность и внутреннее равновесие. При этом Толстой не стремился к спортивным рекордам: для него ценность тенниса заключалась в умеренной нагрузке, общении и ощущении полноты жизни.

Интересно, что в эпоху Толстого лаун‑теннис был игрой аристократической и достаточно элитарной: оборудование стоило дорого, а корты встречались лишь в крупных имениях и столичных клубах. В конце XIX века правила и мода на игру приходили из Англии, где теннис уже стал массовым увлечением. Толстой, внимательно следивший за новыми веяниями, воспринял лаун‑теннис как часть культурного обмена и способ приобщить молодежь к активному образу жизни. В Ясной Поляне корт был устроен так, чтобы на нем могли играть и взрослые, и дети, и гости.

 

Интеллектуальная игра: теннис как метафора творчества Набокова

Владимир Набоков, в отличие от Толстого, познакомился с теннисом уже за пределами России – в эмиграции, где спорт стал для него не только формой досуга, но и метафорой художественного творчества. 

Набоков был не просто любителем: он играл увлеченно, технично и с азартом, нередко проводя на корте часы. Для писателя теннис был сродни интеллектуальной игре: здесь требовались расчет, реакция, умение предугадывать действия соперника и мгновенно принимать решения – качества, которые Набоков ценил и в литературе. 

В его произведениях можно найти тонкие отсылки к спортивной эстетике, а в автобиографической книге «Другие берега» встречаются описания теннисных партий, передающие напряжение и красоту игры. Набоков видел в теннисе не только физическое состязание, но и искусство: каждый удар, каждый розыгрыш был для него маленьким спектаклем, где важны и техника, и интуиция, и даже элемент случайности.

Для Набокова теннис стал также способом сохранить связь с утраченной родиной и одновременно встроиться в новую культурную среду. В Европе и США, где он жил, теннис был популярным видом спорта, и участие в матчах помогало писателю находить общий язык с окружающими, не теряя при этом своей индивидуальности. 

Набоков подходил к игре аналитически: он изучал тактику, совершенствовал подачу и любил экспериментировать с разными стилями. При этом он не стремился к профессиональным турнирам – его привлекал сам процесс, удовольствие от движения и возможность проверить себя в условиях спортивного соперничества. В этом смысле теннис для Набокова был еще и формой внутренней дисциплины: умение концентрироваться на мяче, не отвлекаться на посторонние мысли и действовать четко и решительно помогало ему и в писательском труде.

Также писатель был большим поклонником шахмат, и об этом он упоминал в «Других берегах»: «Соревнование в шахматных задачах происходит не между белыми и черными, а между составителем и воображаемым разгадчиком (подобно тому, как в произведениях писательского искусства настоящая борьба ведётся не между героями романа, а между романистом и читателем)».  

 

Спорт в жизни других писателей: от бокса до рыбалки

Любопытно, что отношение к спорту у русских классиков было разным, но почти всегда осмысленным. Например, Александр Куприн, известный своей любовью к физической культуре, увлекался тяжелой атлетикой, плаванием и конным спортом, а также высоко ценил бокс, видя в нем проявление благородства и самоконтроля. 

Иван Тургенев, хотя и не был активным спортсменом, с интересом наблюдал за новыми видами физических упражнений и поддерживал идею гармоничного воспитания личности. 

Антон Чехов, несмотря на слабое здоровье, старался вести подвижный образ жизни: он много гулял, любил рыбалку и охоту, а также ценил свежий воздух и природу как источник вдохновения. 

Федор Достоевский, напротив, мало интересовался спортом, но в его произведениях нередко встречаются сцены напряженного внутреннего противостояния, которые по накалу эмоций сопоставимы с драматичными спортивными поединками.

 

Таким образом, теннис и другие виды спорта в жизни русских классиков – это не просто эпизоды биографий, а важная часть мировоззрения и творческого метода. Для Толстого спорт был элементом нравственного и физического воспитания, для Набокова – метафорой интеллектуального поиска и способом самовыражения. Другие писатели тоже находили в движении и состязании источник энергии и вдохновения, даже если не держали в руках ракетку. Сегодня мы продолжаем воспринимать спорт как явление, выходящее за рамки простого соперничества: это пространство, где раскрываются характер, воля и красота человеческого усилия.