Секрет фирмы

№ 2022 / 44, 17.11.2022, автор: Виктор ВЛАСОВ (г. ОМСК)

Это случилось дома у старого писателя и журналиста Николая Васильевича Березовского. Его великовозрастный коллега по творческому союзу Александр Афанасьевич Дегтярёв сказал, что свои рукописи никому нельзя давать читать до публикации. Почему? Они потеряют свою неповторимую силу-дух, утратят первейшую оригинальность-увлекательность. Их могут сглазить, как прекрасного новорождённого ребёнка…

– Виктор, никому не давай редактировать свои рукописи: во-первых, потому что это будет уже не твоя истинная работа, а во-вторых, как писатель ты будешь чувствовать себя уязвимым! – произнёс Александр Афанасьевич, сидя за кухонным столом у Николая Березовского. – Писатель – это всегда независимый человек. Помощь ему нужна разве что в денежном эквиваленте!

Александр Афанасьевич часто навещает старого друга, когда становится скучно и требуется моральная поддержка. Коллега принесёт хорошую закуску, а выпивка у Березовского найдётся…

Мы сидим втроём и выпиваем. Они – водку, я – эль, янтарный на свету из окна, если поднять стакан. Они едят слабо, в основном пьют, а я наоборот. Копчёная палка колбасы быстро истачивается благодаря мне, уходит сыр с орехом, мало становится хлеба и солёных огурцов. Друзья норовят отправить меня за новой порцией закуски, которую я превратил в еду. Меня радует эта компания двух старых писателей, начинающих спорить друг с другом по пустякам.

– Витя мне говорил, что его рукописи сначала смотрит мама, потом Николай Трегубов, Лев Трутнев или Юра Перминов! – говорит Николай Васильевич.

– Парень вырастет и перестанет направо и налево разбазаривать труды… – качает седой косматой головой Александр Афанасьевич.

– А когда он отправляет рукопись по электронной почте, Саш, ты об этом не подумал?.. – спорит Березовский, занюхивая солёным огурчиком. – Работу может редактировать Пётр Алёшкин, Вячеслав Огрызко или Стас Куняев! А вдруг коллеги захотят показать рукопись соседу или гостью?

– Это другое, Коля, – отмахивается Александр Афанасьевич. Лицо у него краснеет, особенно багровеет нос, делаясь похожим на сморщенную сливу. – Я говорю парню о таинстве рукописи! Как в церкви практикуются таинства, так и здесь: никому нельзя её доверять читать и тем более в ней черкать, как это делает злодей Коля Трегубов! Автор отправляет рукопись один раз. Один раз – в разные издания, скажем. Копии… И где возьмут – сообщат! Вся серьёзность в том, чтобы рукопись была единственной в своём роде. И после выхода её прочитает хоть кто: сват, брат, графоман и враг народа!

Тут уж и я стал сомневаться в том, что некоторые мелкие и крупные работы действительно принадлежат мне, как их исконному автору и уникальному создателю… И дальше, как по наитию, коллеги по творческому цеху-перу и по работе в школе, знакомые и даже случайные продавцы – многие начинают спрашивать: а нет ли у меня при себе рукописей моих будущих публикаций? Это страшно, поверьте, читатели! Будто Березовский и Дегтярёв навлекают на меня колдовство. Потом, когда я жалуюсь Николаю Васильевичу на странные стечения обстоятельств – мол, меня атакуют вопросами и предложениями почитать мою новую работу и подсказать на правах редактора, – он смеется в трубку мобильного телефона и требует пару бутылок красного вина.

– Я сниму заклятие, Виктор, только доставь нам пару пузырей! – требует Николай Васильевич. – Ты разозлил бога рукописей! Теперь тебе не отвертеться. Учитель ты наш и писатель, любитель японского аниме!

Стоит мне позвонить самому или ответить на звонок, когда экран мобильного выдаёт знакомый номер, как на другом конце провода хохочет Николай Березовский и передаёт трубку своему собеседнику-собутыльнику. Обычно у него в гостях мои бывшие редактора: Трегубов, Перминов, Богданов. Были у него до поры до времени в гостях Александр Плетнёв и Лев Трутнев – великолепные люди, которые запоём читали мои работы до публикации, но, Царствие им Небесное, отписались навечно эти великие бойцы – советские классики… Спаси Господи их мятежные души!

Приглашает меня на чашечку чая председатель Союза писателей России (Омское отделение) Валентина Ерофеева-Тверская на одно из творческих мероприятий. Тихонько спрашивает, когда мы сидим за столом и перекусываем: как мне, имея огромную нагрузку в школе, удаётся столько писать и публиковаться? Продолжаю ли я издавать свои рукописи с помощью Трегубова или Перминова?

Удивительно, но матёрые писатели между собой почти не обмениваются сообщениями. Не проще ли уважаемой Валентине Юрьевне было спросить у своих же однополчан? Нет, не проще, коли она выясняет это у меня. Общаясь с этим замечательным человеком и поэтессой, я устанавливаю, что омские писатели, члены СПР или СРП, ничего не имеют, кроме возможности раз в десять лет выпустить за счёт Министерства культуры небольшую книжку тиражом в 100-200 экземпляров. Валентина Юрьевна обещает печатать меня в журнале «Омск литературный», выпускать рассказы в сборниках, издаваемых государственной структурой. И раз в год выписывать диплом или грамоту – за заслуги перед культурой. Тогда я буду светиться на глазах у министра культуры. За меня замолвит словечко заслуженный деятель культуры РФ Татьяна Георгиевна Четверикова – член Союза писателей России…

– Виктор, показывай рукописи мне до публикации, – предлагает она увещевающим тоном. – Буду помогать!

– Валентина Юрьевна, простите великодушно, показывать рукопись до публикации – плохая примета, – примирительно поднимая руки, объясняю я. – Честно говоря, мне не нужна местечковость. И публикации в толстых журналах сейчас не дают авторитета. Согласны, милый человек?

– Как с языка сняли, уважаемый Виктор Власов! – Валентина Юрьевна заливается звонким, как колокольчик, смехом. – Но вы почему-то перестали посещать наши мероприятия. И кто-то мне сказал, что вы перестали ходить на литературное объединение к Трегубову. Что с вами, Виктор?

Вряд ли писатели должны часто посещать подобные мероприятия, где их подкармливают. Писатели не нуждаются в подачках: как настоящие самураи, они не служат за мерку риса (как в моём романе о войне кланов и любви ниндзя «Последний рассвет» – предыстории «Красного лотоса»).

– Я тихо сижу на своей базе любителя аниме – в однокомнатной квартире – и пишу, печатаясь на портале газеты «Литературная Россия» у Вячеслава Огрызко или на портале молодёжного глянцевого журнала «Наша молодёжь» у Петра Алёшкина и Татьяны Жариковой, – стараюсь я оправдаться перед этой милой женщиной. Какой смысл воевать: делить нам нечего! – В основном я даю ссылки на свои опубликованные работы на странице «Вконтакте» – на них ставит «лайки» Иван Коротков – помощник редактора Вячеслава Вячеславовича.

Я помню, что написал Генри Миллер – американский писатель, который толком не посещал никакие творческие мероприятия, кроме тех, что организовывал сам для себя или для своих друзей. Он говорил, что писатели – завистливые люди и общаются друг с другом, чтобы понять, насколько один автор превосходит другого. Так что это обмен вовсе не положительной энергией. Другое дело – когда писатель один. Тогда он творит и публикуется на радость себе и драгоценному читателю.

Да, мне не хватает общения с похожими на меня людьми, однако это общение даётся с трудом и сулит потерю бесценного времени. Вместо посещения очередного мероприятия, которое пусть журналисты описывают, я открою свой старенький ноутбук и напишу этот материал, где расскажу о своих реальных чувствах. Как я, например, иду в кофейню, находящуюся недалеко от моего дома, и покупаю кофе, а продавщицы, две юные красавицы, не отстают от меня, пока я не пообещаю, во-первых, опубликовать о них симпатичный пост в социальной сети, а во-вторых, не дам почитать свои ещё не отредактированные рукописи…

– Не дам, вы что, девушки?! – сержусь я, признаться, забирая бумажный стаканчик сладкого и пахучего кофе. – Писателю нельзя показывать текст, который не опубликован. Это таинство рукописи – священный закон!

– Виктор, мы только почитаем и порадуемся за вас! – уверяет одна прекрасная девушка в фирменном фартуке. Она просит обратить внимание на мой стаканчик, где собственноручно написала красным фломастером слово «Шок!». – Мы здорово шокированы тем, что известный писатель-блогер Витя Власов заходит к нам на кофе!

Я торопливо покидаю кофейню под смех двух очаровательных девиц. Почему-то оглядываюсь: они смотрят на меня ласково сквозь стеклянную прозрачную стенку кафе и шлют воздушные поцелуи.

Вот чего мне и любому провинциальному писателю не хватает по-настоящему! Впечатлений и образов после общения хоть с кем – в магазине, на работе, в спортивном зале или дома.

Фирма у каждого своя и секрет приготовления тоже. Вряд ли писатель будет интересен и как человек, если соседи узнают все его секреты. Незнание картины целиком, её тайна – лишь дополнят воображение зрителя или читателя, распалят его настолько, что ему захочется побольше узнать о вас и о вашем творчестве.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.