Либеральная премия «Большая книга» подружилась с яснополянским кружком

05.12.2023, 23:26

Мы привыкли, что последние лет двадцать главный приз учреждëнной правительственным чиновником Владимиром Григорьевым и русскими олигархами премии «Большая книга» уходил, как правило, одним либералам. Да и кто был распределителем этой премии?! Сбежавший после начала СВО в Германию гадëныш Урушадзе.

Первые коррективы случились в прошлом году. Испугавшийся отставки Григорьев заметался и срочно заключил тактический союз с советником президента по культуре Владимиром Толстым. И в 2022 году первая премия вместе с тремя миллионами досталась давнему другу Толстого и одновременно обозревателю правительственной «Российской газеты» Павлу Басинскому (перед этим Толстой обеспечил своему приятелю Госпремию с вручением в Кремле).

В этом году картина повторилась. Первый трëхмиллионный приз вновь достался активнейшему члену яснополянского кружка – Евгению Водолазкину за отнюдь не выдающийся роман «Чагин».

Чем известен Водолазкин? Он специалист по древнерусской литературе, успел под руководством путаного академика Лихачëва поработать в Пушкинском Доме, а в начале «десятых» годов попал в поле внимания директора музея «Ясная Поляна» Толстого, которого потом Путин взял к себе советником по вопросам культуры.

Именно Толстой затащил Водолазкина в жюри существующей на деньги южнокорейской корпорации «Самсунг» премии «Ясная Поляна». Правда, это сразу возмутило бесстрашного зоила Игоря Золотусского. Бескомпромиссный критик громко заявил, что Водолазкин весьма посредственный сочинитель и резко снизит художественный уровень яснополянского кружка (как будто Алексей Варламов держал высокую планку). Толстой, однако, его не послушал, и Золотусский вынужден был громко хлопнуть дверью.

Два известных человека потом лет десять не замечали друг друга. Примирение произошло пару лет назад. Впрочем, это было не примирение. Произошëл, по сути, подкуп. Чтобы умаслить зоила, лидер яснополянского кружка организовал ему вручение нового ордена за заслуги в культуре и искусстве и какую-то очень денежную (за счëт корейцев) премию якобы за какой-то выдающийся вклад.

Ну а Водолазкин стал собирать урожай разных премий. Правда, в писательском сообществе он любви так и не снискал. Когда питерец Сергей Носов устал наслаждаться атмосферой Комарово, он ключи от бывшей дачи Анны Ахматовой передал Водолазкину. Но в Санкт-Петербургской организации Союза писателей России сказали, что, по их мнению, такой человек недостоин жить в заповедном месте, и вселили в комнату гениальной поэтессы еë однофамильца – Алексея Ахматова, который даже рифмовать так и не научился. На фоне Алексея Ахматова – Водолазкин действительно чудо русской литературы.

6 комментариев на «“Либеральная премия «Большая книга» подружилась с яснополянским кружком”»

  1. Из всех упомянутых читал только Золотусского. Этот автор произвел на меня хорошее впечатление.
    Остальные как-то “проскочили” мимо. Правда, их имена на слуху. Но, похоже, это результат разного рода PR-кампаний.
    Любопытное время мы переживаем. Время временщиков.
    Впрочем, так было всегда.
    А что насчет дачек и комнаток – так ведь надо кому-то и в этой рухляди обитать.
    Да и три ляма в дереве – разве деньги по нынешним временам?
    Так, вшивота…

  2. А судьи кто?
    Сообщите состав жюри (Ф.И.О), место работы каждого.
    Короткий список конкурентов Водолазкина.
    От сверхуспешного “Вакулы” – по жаргону “три ляма в дереве – разве деньги по нынешним временам?Так, вшивота…”.
    Конешно. По сравнению со 150 миллионами на АСПИР, теоретически для Всех или избранных членов шести Пис.лит союзов.

  3. После очередного шоу «Большая книга» и «Открытая книга»
    который раз подумалось, что для организаторов и участников данных мероприятий это бизнес за счёт государства. Литература давно перестала быть тем, чем она, казалось, была в глухие времена. Уже Пушкин сформулировал это в «Евгении Онегине»:

    И снова, преданный безделью,
    Томясь душевной пустотой,
    Уселся он — с похвальной целью
    Себе присвоить ум чужой;
    Отрядом книг уставил полку,
    Читал, читал, а всё без толку:
    Там скука, там обман иль бред;
    В том совести, в том смысла нет;
    На всех различные вериги;
    И устарела старина,
    И старым бредит новизна.
    Как женщин, он оставил книги,
    И полку, с пыльной их семьей,
    Задернул траурной тафтой.

    Лермонтов в «Герое нашего времени» повторил это словами Печорина:
    «Я стал читать, учиться — науки также надоели; я видел, что ни слава, ни счастье от них не зависят нисколько, потому что самые счастливые люди — невежды, а слава — удача, и чтоб добиться ее, надо только быть ловким».
    Неслучайно Толстой сказал о себе, что, если б Лермонтов не погиб так рано, не нужен был бы он и Достоевский.
    Я внес свой скромный вклад в эту сокровищницу мысли:

    Литература отмирает,
    Достаточно того, что есть,
    Уже и это не читают
    Давно, а это жесть.
    Зачем читать, и так всё ясно,
    Как где-то я уже сказал,
    Тем более писать напрасно,
    Всегда как будто бы я знал.
    Не надо миру вечных мук,
    Короче, полный завальнюк.
    Гомер Шекспира не читал,
    А Илиаду написал,
    Тем более не знал Толстого…
    Можно продолжить данный ряд,
    Читать нет смысла никакого,
    Поскольку чтение есть яд.
    Немало я перечитал,
    Но главного так и не знаю,
    Как и всегда его не знал,
    И ближе к истине не стал,
    Как будто вовсе не читал.
    Я это всё к чему склоняю,
    Мир для меня как был загадкой,
    Так и остался без остатка
    Под нашим небом, как известно,
    Пред тёмной мирозданья бездной.
    Зачем всё только было нужно,
    Я к чтению совсем остыл,
    И чтение мне стало чуждо,
    Что прочитал, я всё забыл.
    К печатному открылось знаку
    Во мне простое омерзенье,
    Открылся мир, покрытый мраком,
    И нету от него спасенья.
    С тех пор я презираю чтенье.

  4. Наше чиновничество ещё в значительной степени представляет собой замкнутую и подчас просто надменную касту, понимающую государственную службу как разновидность бизнеса. (Путин)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.