Шаровая молния как способ жизни

На смерть Максима Ершова

20.03.2021, 18:59

Со стихами Максима Ершова я познакомилась на литературном фестивале «Мировоззрение. Крылья поэзии». Казалось бы, обычный фестиваль, если бы не место его проведения. Фестиваль состоялся в очно-заочном формате в 2014 году в тюрьме Нижегородской области. Нас привезли в закрытое учреждение на специальном автомобиле с охраной. Я – член жюри наравне с начальником ФСИНа, батюшкой отцом Владимиром церкви города Бор, учителем рисования, поэтами Нижегородской области. Тюрьма мужская. Присутствовало в зале около тысячи человек. Остальные смотрели трансляцию онлайн (из них: закрытое  учреждение г. Арзамас, женское отделение, а также Сызрань и пр.) Нам принесли стихи для ознакомления. И вот, что я нашла:

 

Максим ЕРШОВ

«ЖИЗНЬ В ТРЕТЬЕМ РИМЕ»

***

Где отчаялась Русь, там всегда есть для подвига место.

Только сил бы хватило – простых человеческих сил.

В этот жаркий июль вас встречает Донбасс без оркестра,

как добиться того, чтоб оркестром он вас проводил?

……….

ТОЧКА СБОРКИ

 

Охладев к заботе мелкой,

сердце, правильный компас,

гулко вздрагивает стрелкой:

как там держится Донбасс?

 

Эти стихи были в одной кипе рядом с другими строчками пишущих заключённых.

Перерыв был в библиотеке, где нас поили чаем с тортами, печеньем, конфетами. Мне не удалось много фотографировать, потому что телефоны попросили сдать при входе в тюрьму. Это было высокое здание, нас разместили на третьем этаже, там можно было сходить погулять по этажам, но тоже в присутствии охраны. Даже руки мыть я ходила под надзором.

Итак, фестиваль. Немного лагерных песен на сцене, стихов собственного сочинения. Зал был украшен детскими воздушными  шарами, были книги, но немного, авторучки нам выдали под расписку, чтобы мы их обязательно вернули на выходе…

 

И вот узнаю неожиданно и горько: Макса похоронят на его малой родине.

Он скончался 16 марта 2021 года на 45-м году жизни.

О смерти поэта сообщает журнал «Москва».

А также о том, что Максим Ершов родился в Сызрани в 1977 году.

И ещё, что Максим Ершов учился на техника-механика…

И урывками: Он является автором четырёх книг стихотворений, публиковался в журналах «Наш современник», «Юность», «Дон», «Родная Кубань», в альманахах: «Академия поэзии», «Русское эхо» и «Сызранская излучина».

***

Оказалось все непросто

для простых рабочих мест,

неспроста прибавил роста

их отчаянный протест.

Максим Ершов, кто вы на самом деле? Он высокий, плечистый, в чёрной рубахе, такой свой в доску парень, улыбается, верхний ряд зубов сколот, бледный цвет кожи. Как у всех, находящихся тут. У Макса уже за плечами пять лет отсидки. Ему скостили за талант — на один год и месяц.

Увидеться нам не пришлось. Нас быстро сопроводили на подведение итогов. Надо было распределить места. Как всегда — первое, второе, третье.

Максим! Ты не должен был попадать сюда. Драки, разборки, делёж – это не твоё. У тебя яркий дар. Хорошо, если ты нашёл её – свою музу. Хорошо, если оправился в другой путь. Ушёл в своём направлении.

Максим хотел что-то спросить у меня. А я как назло нарядилась в яркое платье с глубоким декольте. Как не в тюрьму, а на концерт. Меня оттеснил охранник и под-руку, под-руку повёл в библиотеку. На экскурсию. И разговор.

Вернувшись домой я написала стихотворение, это было 16 марта. Текст посмею привести полностью. Иначе мой пример теряет смысл:

***

                      М. Ершову

Давайте будем честными сегодня

шестнадцатого, в ночь, в Самарский март.

Смотри, снегирь на ветке слился плотно

с расклёванной рябиной в подворотне

между сараев, чёрных крыш, мансард.

Виолончель?

Откуда здесь?

И лютня.

Ты бредишь, март! Все взрослые мы люди,

здесь мурку бацают, гитарами звенят.

Виолончель. Она совсем другая.

Вот тело тёплое, вот талия тугая.

А здесь вороны, голуби, грачи.

Крикливые две чайки. Дым базара,

где мясо жарят ловкачи

на углях, на жаровне с пылу, с жара.

А ты мне: Фет, Мицкевич – нежный сын,

ты мне: Языков – томный, утончённый.

Март – это вор.

Март – это грязь и стынь,

и ненасытный ветер в куче вони.

Раздолбанная в лужах тьма дорог,

о, только б обошлось! Куплю хот-дог

и пачку сигарет. Март, что азарт,

торговец-март, хапуга-март.

А сердце билось.

Вот и разбилось.

Дед-то бил да бил, старуха била, тоже не разбила.

Бежала мышь, хвостом вильнула стыло:

она разбила!

Виолончель из чайных лепестков,

из женских, что под кофточкой, сосков,

подснежников, что на бугре под снегом,

из девичьих, что смоль тугих кудрей.

Март, кто родился в этот день,  повей

скитальцам по кофейням и ночлегам!

И как ломается на туфельке каблук,

стоять в прихожей, слышать сердца стук,

не моется – ломается посуда.

Инфаркт поэтам – лёгкая простуда,

излечится за несколько недель…

И всё же, всё же, плачь, виолончель!

Чужая. Итальянская. Родная.

Хотя бы дай мне звуки удержать,

разбойничий, тревожный, чёрствый март,

коль музыка вовек не умирает!

Это стихотворение моё оказалось пророческим…

Макс умер 16 марта 2021 года.

Вот и не верь теперь предчувствиям.

Максим известен как литературный критик. Его перу принадлежат статьи о Юрии Кузнецове, о стихах Дмитрия Быкова, прозе Виктора Пелевина.

***

Где-то Волга вздыхает о вас, словно небо, огромна,

колокольня с Казанского вдарит: Господь, сохрани!..

Если будет нельзя… что ж… тогда не жалейте патрона.

Если всё-таки можно, мы ждём вас домой, пацаны!

Максим много читал. Поглощал этот мир сказанный и несказанный в строчках. Он ловил любое дуновение ветра. Выхватывал из массы литературного потока свои потоки, встраивал их в мысль. Он боролся с любой несправедливостью, что происходила в мире. Любая война шла, словно кровавым шрамом сквозь его сердце. Радовался выходу своей книги «Сигнальный экземпляр».

Его статья о книге Ю. Козлова «Новый вор» была написана так  ярко и созвучно его собственному представлению о воровской жизни России, оборот-образ был раскрыт нараспашку, сделан экскурс в историю. И не только Третьего Рима. Но и самого Первого. У  Максима в статьях присутствует описание природы, как следователя; горы у Ершова, как узники, заключенные в кандалы; и тут и там щёлкают наручники слов, пишутся длинные тягучие доследственные протоколы. Но суда нет. Он где-то  в дымке. И в тумане.

Макс отметил свой день рождения 3 марта в Белгороде. И умер 16 марта через тринадцать дней.

Он нам оставил свои рукописи. Планы. И звуки открывающейся двери. Это когда появляется светлый луч, затем тьма рассеивается и в проёме первые ласточки. Они беснуются, они поднимаются выше. Ещё рывок. Ещё! И  в небо!

Вы свободны, Максим.

Автор новости: Светлана ЛЕОНТЬЕВА

14 комментариев на «“Шаровая молния как способ жизни”»

  1. Странные некрологи публикует газета. Начиная с названия — почему не шаровой кран, например? Кончая тем, что процитировав несколько четверостиший очень сомнительных, авторица разражается очередным необъятным своим стихотворением. Несомненным по беспомощности. Снегирь — плотно слился — с рябиной. Между мансард в Самаре. И упоминание неведомой кошечки, потому что если упоминалась бы песня, то в кавычках и с прописной. Как пишут в интернете: что-то пошло не так. Догадываюсь — что.

  2. Честно говоря, меня тоже «зацепило», что «снегирь на ветке слился плотно с расклеванной рябиной в подворотне». В целом «Приношение» покойному поэту» от автора материала мне показалось сомнительным. Соболезнования родным, близким и друзьям Максима Ершова.

  3. Знаю, что он учился в Литинституте в семинаре С.Ю.Куняева. Не знаю, за что сидел. Некролог, действительно, непонятный. Но его автор всегда больше пишет о себе, чем о своих героях. Соболезнования родным и близким, друзьям, читателям.

  4. И заодно — совет авторам, как начинающим, так и кончающим. Не пишите оригинально, пишите грамотно и информативно. Это куда труднее. И проверяйте заранее свои концепции на наличие плагиата. До вас тоже люди жили. И не глупее. А некоторые даже и умные.

  5. Прекрасная статья. Литературная. Ключевое слово литература. Поэзия. У Леонтьевой чудесный язык. Она настощая. А всем анонимам, гефам, лапше и всем прячущимся за кликухи скажу: вы завистливые графоманы. И не пишите ничего не позорьтесь. А редактору: просьба отвадить от кормушки эту компанию. Если они ничего не понимают в искусстве. Статья у Леонтьевой хорошая. А вы что хотели цифр? Это же не спортивное обозрение. Максима Ершова прочел благодаря Статье.

  6. И что за жаргон «кончающим»? Вы где находитесь? Что за нападки на талантливого человека? Напишите вашу ыамилию . Кто вы? Прочитаю и так раскритикую, что мало не покажется. Одни от вас желчные высказывания просто так от безделья. Идите людям помогайте, а не торчите здесь со своими злобными не по делу и не по сути брюзжащими не к месту фразами. Завистники. Брюзжатели. Самые настощие враги России, прохода от вас нет.

  7. Окскому. Если мне нужен критический разбор, я пойду сам к нормальному критику и литературоведу, что я и делаю обычно. А фамилию свою берегу от доносчиков вроде вас и злобствующих. Тем более, я вас не читаю и читать не буду. И вы меня не читайте. Так и будем квиты.

  8. Окскому. Вот именно потому, что давно знал и много читал Максима Ершова (в отличие от вас, невежественного), считаю публикацию неинтересной, неполноценной и недостаточной.

  9. Что за жаргон — у такой-то «чудесный язык»? Вы где находитесь? О дамах при дамах так не говорят. Приберегите для мужской курилки.
    А заодно поясните, у вас там, в Урени, у всех слов значения исключительно жаргонные, другие не используете? Эдак, слово «пошел» у вас означает — … ?

  10. Уважаемая С. Леонтьева! Просим не обращать внимание на высказывания анонима, алексея и лапши. Их слова несправедливы, невежествены, уничижительны. Неверны. Неправомерны. И к искусству отношения не имеют. Скорее всего, это обиженные люди за то, что их не приняли в Союз, не опубликовали и вообще обошли вниманием. Вот и тешат себя и свое уязвленное самолюбие сомнительной критикой да верхоглядным брюзжанием. Есть простой и хороший народ кто Вас читает и понимает Вы настоящий поэт и художник. Пишите назло этим желчныс старикам, что прячутся за собачьи клички. Я своего кролика алексеем назвал. А собаку кугелем. Злая! А что я не прочел вовремя Максима стихи, так простите некогда: у меня работа в отличие от этих бездарных лодырей. Теперь буду читать. Спасибо

  11. Окскому. А я, наоборот, очень люблю замечания, и когда что-то пишу, скорее склонен выслушать замечания по существу, нежели угодливые похвалы, которым я не придаю значение. Конечно, каждый автор имеет свои амбиции, и многим кажется, что они безупречны. Ну это дело личное, пусть живут с этим. Мне очень смешно, что теперь, обихаживая кролика и чистя его клетку, хозяин будет и меня вспоминать.

  12. Я не согласен с заголовком. Шаровая молния не может быть способом жизни. Она скорее форма материи.

  13. Слушай, у меня к тебе мужской вопрос. Тут в магазине яйца окские продают. К тебе это какое-нибудь отношение имеет? Я в том смысле, что если имеет, покупать не буду — еще обидишься, претензии станешь городить.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *