В ПОИСКАХ ЗОЛОТОЙ СЕРЕДИНЫ

№ 2007 / 15, 23.02.2015

Сегодня целый ряд регионов обижаются, что федеральный центр даёт им мало денег. Но, с другой стороны, мы знаем немало случаев, когда денежные ресурсы используются или не рационально, или не по назначению. Каким образом следует выстраивать бюджетные отношения между регионами и центром? Где здесь золотая середина? Вот о чём мы сегодня решили поговорить с сенатором Олегом Толкачёвым. Он говорит:

– Отношения между бюджетами регионов и федеральным бюджетом, конечно, не тождественны. Понятно, что есть регионы-доноры и регионы-акцепторы (дотационные), и существуют различные правила, нормы. Те регионы, которые обладают достаточно мощным собственным бюджетом, конечно, в меньшей степени зависят от подпитки. Они, может быть, и обижаются на то, что много отдают. При этом не все полномочия, которые регионы могли бы осуществлять, у них имеются. Да, 131-й закон по разграничению полномочий с учётом поправок существенно исправлен. И тем не менее… Например, в последнее время остро стоит проблема труда мигрантов в регионах. До сих пор «квота» на количество мигрантов в регионе определяется центром. В целом это, наверное, правильно – должна быть общая картина по России. Но эта квота должна определяться с непременным учётом мнения руководства регионов, по крайней мере как минимум тех регионов, которые являются донорами, которые в бюджет России вносят вклад больший, чем получают. Потому что на региональном уровне хорошо видно, как идут эти потоки. И таких полномочий много: в области защиты окружающей среды, природопользования, в области принятия решений по защите населения от всякого рода чрезвычайных ситуаций. В тех регионах, где бюджет достаточный, то есть бюджетная наполняемость на одного жителя выше, чем в среднем по стране, там идёт довольно мощное развитие. Кстати, самый большой по количеству бюджет, конечно, у Москвы – около 800 миллиардов рублей, а по расходам даже выше. Но в расчёте на одного жителя самый большой – в Ханты-Мансийском автономном округе. Город Ханты- Мансийск сейчас мощно развивается и в территориальном разрезе, и в плане национальных проектов, и в плане культуры, спорта. И таких регионов немало. Скажем, Татарстан, Башкирия, Краснодарский край, Самара, Екатеринбург, Свердловская, Ленинградская области. Что касается дотационных регионов, то там федеральные власти имеют право требовать строгого исполнения всех нормативов и решений, которые принимаются на федеральном уровне. Поэтому первое, что я хочу сказать, выстраивание бюджетных отношений между регионом и центром должно быть гибким, исходя из каждой конкретной ситуации.

– С советских времён в Москве остались промышленные объекты, которые сегодня зачастую используются под склады или торговые центры. Учитывая сложную экологическую обстановку в столице, какие, на ваш взгляд, промышленные объекты следовало бы строить и развивать?

– Вопрос очень интересный и чтобы ответить на него точно, нужно почитать несколько последних постановлений правительства Москвы. Там существует целая программа по выводу промышленных зон. Вывод из центральной части города не должен сопровождаться потерей промышленного потенциала. Тут необходим диалектический подход. С одной стороны, экологически неблагополучные производства должны, конечно, уходить. В то же время Москве следует сохранить свою промышленность, потому что это не только товары потребления, но и налоговая база, это и экономика. По прошлому году промышленность в целом по городу выросла более чем на 23 процента, по позапрошлому году – на 24 процента. Это приличный рост. Один из примеров – зиловская сборка. Уйдёт ли вообще сейчас ЗИЛ? Нет, не уйдёт, он будет работать. Но нужны ли сейчас при современном уровне технологий такие большие площади? Нет, они могут выпускать продукцию на меньшей площади. А территории можно использовать под технопарки. В Нагатинской пойме Москвы-реки будет построен огромный технопарк и примерно миллион квадратных метров площадей для малого бизнеса. Это сильное решение, потому что малый бизнес развивается хорошо (более 220 тысяч предприятий малого бизнеса), а площадей пока не хватает. Ещё пример. Есть в Москве, на Крестьянской заставе, металлургический завод «Серп и молот». Это мощный завод, там производят интересные сплавы, спецстали. Есть предложение перевести металлургическое производство в Смоленскую область, где Москва купила завод, а территорию завода «Серп и молот» в Москве использовать под выставочный комплекс. Потому что сегодня, несмотря на наличие ВВЦ, выставочного центра на Красной Пресне, площадей всё равно не хватает. В Павелецкой промзоне есть часть предприятий, которые хорошо выживают в условиях рынка. На днях исполнилось 85 лет обувной фабрике «Парижская коммуна», которая производит хорошую, конкурентоспособную обувь. А рядом – несколько предприятий, которые ушли с рынка (предприятие по производству технического стекла, ситценабивная фабрика). Там идёт развитие территорий под жилую и офисную застройку.

– Есть ещё проблема рабочей силы. Кто сегодня из москвичей захочет стоять за станком?

– С одной стороны, есть проблема подготовки квалифицированных кадров рабочих профессий, что ведёт к необходимости возрождения системы ПТУ. С другой стороны, рабочие места – это определённое благо и для москвичей (безработица, конечно, есть, но она на уровне 0,6 процента), и для жителей Московской области, и для жителей других регионов. Привлекает людей и довольно высокий уровень средней заработной платы в Москве – свыше 20 тысяч рублей. Надо учитывать и другой момент. Прошло время тяжёлого производства: конвейеры, горячие цеха и т.д. Не зря время, в котором мы сейчас живём, называется постиндустриальный период – это замена тяжёлого, неквалифицированного труда на комфортный и квалифицированный. То есть место рабочего класса не у плавильной печи, а за компьютером, за пультом управления технологическим процессом. Это можно увидеть на любом современном производстве. На той же «Парижской коммуне» всё производство автоматизировано; к тому же действует мощная социальная программа, и нельзя сказать, что москвичи туда не идут работать.

– Сегодня в столице цены на жильё превысили все разумные пределы. Где здесь выход? Как решать жилищную проблему в этой ситуации, например, работникам бюджетной сферы?

– По жилью в Москве работает несколько программ. Для осуществления программы «Молодой семье – доступное жильё» в текущем году будет заложено около 400 тысяч квадратных метров. Это ипотечная программа, она рассчитана на молодую семью (муж и жена до 30 лет, 35 лет – для учащихся и студентов, аспирантов), имеющих московскую регистрацию и состоящую в законном браке. Сейчас решается вопрос, чтобы считать молодой семьёй, где возраст супругов до 35 лет. Мэр внёс ещё одно интересное предложение: в эту категорию зачислить семьи, в которых общий возраст супругов не превышает 70 лет. По этой программе получение кредита осуществляется под более низкие проценты, чем при обычной ипотеке в банке (цифры варьируются, но где-то на половину ниже). При рождении первого ребёнка списывается (считается погашенной) сумма, эквивалентная стоимости 12 квадратных метров жилой площади, при рождении второго ребёнка – 18 квадратных метров, третьего – 20 – 22. Уже около 20 тысяч семей вступили в эту программу, и можно сказать, что она пользуется популярностью. Есть так называемая программа социальной ипотеки. Она используется, например, для очередников на получение бесплатного жилья. Сейчас очередь составляет 17 – 20 лет. Задача – чтобы в течение 7 – 10 лет очередник получил жильё. Существуют жилищные субсидии (до 70 процентов, в зависимости от того, сколько лет простоял в очереди), которые платит город, если семья очередника захочет вступить в программу социальной ипотеки. Есть форма ипотеки для не очередников. Банки выдают кредиты. Уже около 30 тысяч семей воспользовались этой ипотекой. Другое направление, когда фирмы-застройщики заключают договор с городом и определённую часть своей строительной программы продают очередникам чуть выше себестоимости. Получается, что квадратный метр обходится условно не за 5 – 6 тысяч долларов, а за полторы тысячи. Казалось бы, зачем фирме продавать почти по себестоимости, если можно продать в три раза дороже? Дело в том, что они заключают с городом соглашение о последующем получении площадки под застройку на более выгодных условиях. Это позволяет и очередь разгрузить, и фирмам развиваться. Часто бывает так, что рыночное жильё скупается не москвичами. По традиции в нашей стране все стремятся, как у Чехова в «Трёх сёстрах»: «В Москву! В Москву!» Но когда город выступает с предложением, что определённую часть жилья надо зарезервировать для покупки жителями столицы, это вызывает шквал критики: мол, нарушение прав человека, социального равенства и т.д. Я так не считаю. В деятельности мэра очень важно, чтобы ипотека была нацелена на решение проблем именно москвичей. Иначе небогатый москвич-бюджетник может оказаться в положении незащищённого по сравнению с богатыми приезжими. Реализуются также отдельные программы по врачам, учителям.

– Тем не менее до советских показателей ежегодного ввода нового жилья нам пока ещё очень далеко.

– Нужно больше строить. Это и есть национальный проект – комфортное доступное жильё. В Российской Федерации в 1989 году было построено 85 миллионов квадратных метров жилья, в 2004-м – в три раза меньше, 30 – 32 миллиона, в 2006-м – 50 миллионов. Ориентировки: по текущему году – выйти на уровень 65 – 70 миллионов, к 2010 году выйти на уровень советского периода – 80 – 85 миллионов квадратных метров жилья. Я думаю, это будет достигнуто. Для этого надо прежде всего развивать промышленность строительной индустрии.

– И последний, традиционный вопрос: какие литературные новинки вы открыли для себя в последнее время?

– Прочитал несколько книг из серии «ЖЗЛ» – об Исааке Дунаевском и о Юлиане Семёнове. Не так давно неожиданно для себя перечитал Голсуорси и получил большое удовольствие. Вообще, к чтению я пристрастился с детства, поэтому каждый день что-то читаю.

 

Беседу вёл Илья КОЛОДЯЖНЫЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *