Проще простого

№ 2008 / 27, 23.02.2015


Искусство – выражение духовной сущности человека. Народа, времени, государства… Эту истину ещё раз подтвердили фильмы, показанные в рамках 30-го Московского международного кинофестиваля.

Наше «тоталитарное» прошлое

Режиссёр Роман Балаян родился в Азербайджане, учился в Армении, живёт и работает на Украине. На пресс-конференции после показа фильма «Райские птицы» он признался: «По статистике, 70% жителей бывшего Советского Союза с ностальгией вспоминают о том времени. Но 30% населения, в основном творческие люди, тогда страдали. Этот фильм мы сделали для того, чтобы люди не хотели вернуться в прошлое».
Возможно, именно эта «творческая задача» – снять антисоветскую ленту – и побудила власти профинансировать фильм. Картина стала самым дорогим для Украины кинопроектом последних лет (около 3,5 млн. долл.). И 70% затраченных средств – государственные.
Действие фильма разворачивается в Киеве в 1981 году. КГБ прослушивает телефоны, следит за «неблагонадёжными» и планомерно, шаг за шагом, уничтожает ростки инакомыслия. Молодой писатель Сергей, автор талантливого неопубликованного романа «Станция Кноль», знакомится с диссидентом Николаем Петровичем (роль Олега Янковского). И тут выясняется, что литературный критик Николай Петрович и его молодая подруга Катенька умеют летать. Причём не в метафорическом, а в физическом смысле. Более того, возлюбленные на днях собираются улететь в Париж. Знакомство с Сергеем меняет их планы. «Все великие писатели умели летать», – утверждает старый диссидент и даёт уроки воздухоплавания молодому коллеге. Катенька тем временем влюбляется в Сергея. КГБ арестовывает Николая Петровича, а молодые люди улетают в Париж.
Казалось бы, желанная свобода передвижений обретена. Увы, но она сталкивается с экономическими оковами: в Париже Сергею почему-то не пишется, а деньги, которыми снабдило его западное издательство, уже на исходе. Кроме того, влюблённые потеряли способность летать. Катенька, узнав о смерти Николая Петровича, выбрасывается из окна, Сергея тайно вывозит на родину КГБ. Здесь главный герой сходит с ума от пережитого и заканчивает свои дни в психиатрической больнице.
Жизненный опыт и мастерство удержали Р.Балаяна от лобовых решений, и потому фильм получился не антисоветский, а антидиссидентский. Герои, несмотря на трагизм ситуации, в общем, и смешны, и жалки одновременно. Это слабые эгоистичные люди, лишённые какой-либо внятной идеи, кроме собственной «свободы передвижения» и «свободы творчества». Особенно пародийно они смотрятся, когда в кадре звучит ангинный голосок Окуджавы «Дай же ты всем понемногу, и не забудь про меня…», или когда герои молитвенно взирают на «Влюблённых» Марка Шагала.
Одна из примет «тоталитаризма» в «Райских птицах» – радио, рассказывающее о совещании свекловичниц. Радио звучит и в конкурсном фильме «Дзифт» модного болгарского театрального режиссёра Явора Гырдева. В «тоталитарной» стране в 50-е годы оно мрачно передаёт «точное время» и больше ничего. Если для Балаяна СССР, надо полагать, ад, из которого устремляются на волю «райские птицы», то для Гырдева социализм – «дерьмо» (именно так со сленга переводится название фильма). С точки зрения автора фильма, Болгария – безусловно, «пострадавшая» сторона. Потому лента начинается с картинки тюремной жизни под «Раскудрявый, клён зелёный, клён резной…», а завершается панорамой «тоталитарной» жизни страны в 50-е годы под песню: «Хороша страна Болгария, а Россия лучше всех».
Сюжет фильма таков: в 1940-е годы главный герой картины, парень по кличке Моль, и его подруга по кличке Богомолка вошли в сговор с опытным преступником Слизнем, чтобы ограбить ювелира из белогвардейцев-эмигрантов. В результате Моль оказывается в тюрьме за несовершённое убийство. На свободу он выходит только через 15 лет, уже при коммунистах, и отправляется в поход по «тоталитарной Софии» в поисках своей подруги и алмаза, спрятанного в трупе. Действие постоянно перемещается из 50-х в 40-е и обратно. Герой за кадром комментирует происходящие события.
К сожалению или к счастью, но ещё ни одному художнику не удавалось победить то, что называется правдой жизни. Я.Гырдев без размышлений пользуется клише «социализм – это плохо», и такая одномерность губит всю его работу, превращая её в пародию. Цель, которую ставит перед собой главный герой («свалить в жаркие страны»), и средства, выбранные для её осуществления (ограбление), не убеждают зрителя, что «виновник» столь убогого существования – социальный строй, и уж тем более СССР. Возможно, такие фильмы и полезны для национального «самоуспокоения». Но шедеврами они от этого не становятся.

Наше беспросветное настоящее

Если на экране тупые герои, мордобой, надуманные проблемы, мат, крики, водка и совокупления – можете не сомневаться – это новое «российское» кино.
Фильм Екатерины Шагаловой «Однажды в провинции» (основной конкурс ММКФ) продолжил эту скорбную традицию. Уж не первый раз режиссёры совершают «путешествие из Москвы в Россию», и пока все эти попытки терпят крах – слишком экскурсионный взгляд у «приезжих» инженеров человеческих душ на аборигенное население.
Однажды в провинцию (фильм снимался в Подольске) приезжает звезда телесериала «Братва», дочь генерала Настя. Ей больше не к кому идти, кроме родной сестры Веры. А у той сильно пьющий и периодически избивающий её муж Коля, который получил тяжёлую травму головы в «горячей точке», куда его когда-то отправил тесть-генерал, не желавший такого мужа своей дочери. Друзья Коли – ему под стать: дебоширы и пьяницы из бывшего «фронтового братства». Удивительное дело, но в этом бедном захолустье весьма «сочные», «фактурные» скинхэды (!) – если бы не последующие разъяснения, можно было бы подумать, что на экране спецназ ВДВ. Коля и его друзья – борцы за справедливость: они избивают скинхэдов, а восточной семье, стопроцентно положительной, дарят автомобиль, сделанный из подручного хлама.
Картина одновременно и беспомощная, и претенциозная. Режиссёр, кинематографист в третьем поколении (дочь Александра Миндадзе, внучка Анатолия Гребнева), поднимает тьму «модных» проблем. Тут и контуженые солдаты, никому не нужные после войны, и межнациональной ненависть, и «бытовая» дружба народов, и безысходность российской глубинки, и проблема насилия в семье… И т.д. и т.п. Но создаётся впечатление, что отношение у автора действа ко всему этому «ужасу» глубоко «параллельное» (да так оно, в общем-то, и есть). Аборигены для режиссёра всего лишь «материал» для кинематографического исследования. Утрата чувства гуманизма, человечности – это качество свойственно очень многим «деятелям культуры» новой волны. И здесь же – самоуверенность, отсутствие творческой тревоги, ответственности за сделанное. Что ж, услужливая критика похвалит. Но для чего были потрачены огромные деньги, задействованы немалые человеческие ресурсы, убиты месяцы жизни?!
Впрочем, была на ММКФ и другая провинция. К сожалению, не русская, а казахская. Фильм Сергея Дворцевого «Тюльпан» в Каннах признали лучшим в программе «Особый взгляд». Режиссёра наградили за идейную и эстетическую оригинальность. В течение года картина будет демонстрироваться в учебных заведениях Франции. В Москве фильм шёл в рамках программы «Гала-показ».
Для опытного документалиста Дворцевого это дебютная лента. И сразу – мировой успех! Правда, «Тюльпан» он снимал долго – четыре года, а сам фильм – ко-продукция нескольких стран (Казахстан, Германия, Россия, Польша и Швейцария).
Удивительное дело, но отсутствие на экране тупых героев, мордобоя, мата, криков, водки и беспорядочных совокуплений позволило режиссёру показать провинцию (вернее, глухую казахскую степь) гораздо точнее и пронзительней, чем его российским коллегам. В фильме молодой казах мечтает о белой юрте, о собственной отаре, о благополучной и счастливой жизни. Он приезжает к сестре, работает помощником чабана, и каждый день сталкивается с бедным бытом и убогим досугом. Всё это можно изменить, если девушка по имени Тюльпан (единственная невеста на пятьсот вёрст в округе), согласится выйти за него замуж. Тогда парню дадут отару, и он сможет построить свою жизнь так, как ему мечтается. Но девушка уезжает в город, а главный герой остаётся в степи – там, где гуляют пыльные бури и где его ждёт ежедневный тяжёлый труд.
В незамысловатой картине Дворцевого много поэзии, любви и внимания к людям, уважения к труду и своим героям. В фильме есть своя интонация, абсолютно естественная и незаёмная. Автор самостоятелен и честен. Такая позиция позволяет ему очень скромными кинематографическими (и финансовыми) средствами снять достойное кино. Жаль, что не в России…

Будущее – за патриотами

И всё же наибольший зрительский успех сопутствует картинам, где действуют смелые, отважные и мужественные герои. Это показал и ММКФ. Приз зрительских симпатий достался фильму «Для моего отца» (совместное производство Израиля и Германии). Режиссёру Дрора Зархави удалось создать образ красивого человека, способного к самопожертвованию. Это молодой араб Терек – благородный, мужественный парень, в недавнем прошлом – подающий надежды футболист. Но обстоятельства сложились так, что он должен стать смертником. В Тель-Авиве, куда героя забросили палестинские боевики, детонатор в решающий момент не срабатывает и террорист неожиданно получает 48-часовую отсрочку.
За этот короткий срок Тереку открывается многое. На его пути оказывается девушка-еврейка, сбежавшая из ортодоксальной семьи. Он может её полюбить… А вот и бывший тренер готов снова взять его в футбольную команду – Терека ждёт блистательная карьера. Сам террорист уже не испытывает ненависти к потенциальным жертвам – в общем-то, обыкновенным людям. Но долг и слово превыше всего – пути назад нет. Герой картину спасает, а портит её неопределённость – ответа на вопрос «Кто виноват?» у режиссёра не находится.
«Долг и честь» – ключевые качества в понимании образа Терека. На этих же опорах строится повествование в китайской ленте «Война на другом берегу». Режиссёру Ли Синю удалось снять удивительно красивый, хотя и несколько «детский», фильм.
Картина повествует о том, как летом 1937 года японцы под надуманным предлогом вторглись в Китай. Гоминьдановские войска, плохо вооружённые и разобщённые, не могут оказать серьёзного сопротивления. Одной из целей нападения стал Шанхай. В этом городе жил восьмилетний мальчик Хай Нань. Его глазами и показана эта история.
Хай Нань – мальчик из обеспеченной семьи. Его отец – бизнесмен, хозяин магазина детских игрушек; мама – диктор на радио. Склад магазина находится на другом берегу реки, куда ведёт не только мост, но и сточная труба, по которой Хай Нань иногда отправляется в рискованные путешествия. В ходе войны китайские войска занимают склад – стратегически важную точку обороны. Так Хай Нань знакомится с китайскими солдатами, которым суждено погибнуть во имя родины.
Именно долг и честь не позволяют солдатам нарушить приказ, а отцу-бизнесмену – наживаться на войне (в своём магазине он размещает детей-сирот). Эти чувства заставляют главу семейства взять в финале картины пулемёт и пойти на верную смерть, чтобы спасти сына, а значит, и будущее Китая. Идея простая, но она «работает». И мы можем предположить, что так называемый «средний уровень» азиатских картин скоро будет на порядок превосходить всё, что делается в Европе и Америке. (Не говоря уж о России…)
Ну а победителем 30-го ММКФ стала картина иранского режиссёра Реза Мир Карими «Проще простого». Это скромный фильм о жизни домохозяйки – на экране зритель видит один день, выхваченный из обыденности. Впрочем, если воспринимать фестивальную награду как некое послание и наказ отечественным кинематографистам, то посыл совершенно точный. Суть его в следующем: думайте самостоятельно, не живите штампами, любите человека и своё дело. Не гонитесь за модой, не следуйте конъюнктуре, не плюйте в прошлое. Уважайте национальную культуру, будьте внимательны и бережны к повседневности. Ведь это, действительно, проще простого…Лидия СЫЧЁВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *