ИзумлЯемсЯ вместе с Александром Трапезниковым

№ 2008 / 47, 23.02.2015


Василий Розанов когда-то сказал о литературном труде так: «Секрет писательства заключается в вечной и невольной музыке в душе. Если её нет, человек может только сделать из себя писателя, но это не писатель».Чистая сила

Василий Розанов когда-то сказал о литературном труде так: «Секрет писательства заключается в вечной и невольной музыке в душе. Если её нет, человек может только сделать из себя писателя, но это не писатель». Сегодня мало кто задумывается над этим, выпустив одну-две книги. Им эту «музыку» заменяет умелая реклама. И вот уже какой-нибудь пронырливый бизнесмен или пустая бабёнка с гордостью именуют себя «писателями», девальвируя само понятие Литературы. Прислушаться бы им к словам другого великого человека – Валентина Саввича Пикуля, написавшего много прекрасных романов, но которого часто злопыхатели обвиняли в отсутствии системного образования (всего пять классов). И это притом, что он обладал поистине академическими знаниями, собрал за свою жизнь огромнейшую библиотеку, в которой знал каждую страницу в любой книге. Цитирую: «Существует довольно распространённое мнение о писательском труде как о деле если и не серьёзном, то, во всяком случае, далеко не обременительном. «Подумаешь, – рассуждает иной обыватель, – сидят себе в тепле и уюте, чирикают пёрышком по бумаге… Это небось не кирпичи таскать… А живут-то, живут-то как! На машинах разъезжают, дачи строят…» Грустно делается порой от таких рассуждений. Ведь литература наша – если иметь в виду истинную литературу, а не подёнщину ради заработка, истинных писателей, а не приспособленцев и халтурщиков, – это всегда титанический труд, это полная самоотдача и добровольный отказ от многих удовольствий жизни, это своего рода подвиг, наконец. Недаром наша художественная словесность, начиная со времён Ломоносова, Пушкина, даже ещё более ранних времён, занимала и занимает столь же важное место, являя пример гражданственности и беззаветного служения народу. И вот что показательно: чем талантливее художник, тем обострённее он чувствует проблемы времени, тем он активнее как гражданин».
Кому-то сейчас могут показаться эти слова и устаревшими, старомодными, «не в формате» времени. Но я их полностью разделяю: это и титанический труд, и полная самоотдача, и активная гражданская позиция. А сам Пикуль доказывал это всей своей жизнью, своими романами «Честь имею», «У последней черты», «Океанский патруль», «Баязет», «Моонзунд», «Битва железных канцлеров», «Пером и шпагой», «Слово и дело», «Богатство», «Крейсера», «Каторга», «Три возраста Окини-сан», «Реквием каравану PQ-17», «Из тупика», «Фаворит», выходивших миллионными тиражами. И сейчас они столь же популярны, как во времена первого их выхода в свет. По ним можно изучать историю России. Он садился за свой рабочий стол в девять вечера и не отрывался от бумаги до семи утра. И так каждый день, минуя всяческие праздники, Новый год и даже дни своего рождения. Не отвлекаясь на пагубные привычки и пустопорожные разговоры (вот только курил много). Кто из современных писателей способен на такое? Не знаю. Наверное, он был последним титаном в писательском мире.
Очень рекомендую тем, кто ещё плохо знает его труды, но кто уже выбрал себе литературную стезю, познакомиться с книгой Антонины Пикуль «Жизнь и творчество Валентина Пикуля в фотографиях и документах» (Издательский дом «Вече»). Этот богато иллюстрированный альбом включает в себя более 500 редких фотографий и приурочен к 80-летию писателя. Годы его жизни – 1928 – 1990. Яркие и трудные годы, весь творческий путь выдающегося русского писателя, у которого можно многому поучиться современным литераторам. Ведь мы ещё так до конца и не познали его. А книга эта – приглашение к раздумью, практически первая попытка воссоздать яркий образ писателя в соответствии с его творчеством. Вдова Валентина Саввича и издательство сделали большое и нужное дело, бережно собрав текстовые и иллюстративные материалы. Как пишет сама Антонина Ильинична в предисловии, приводя слова Уитмена: «Друг мой, это не книга, прикасаясь к ней, ты прикасаешься к человеку». Здесь два взаимодополняющих пласта: тексты самого Валентина Саввича, взятые из его воспоминаний, статей, записей, и размышлений, дополнений, комментарий вдовы. А для удобства читателей все слова В.Пикуля представлены курсивом. Такое построение книги-альбома только способствует восприятию содержания. Ну а уж о фотографиях и говорить нечего: они передают не только дух времени, но словно ощущаешь живую и тёплую душу писателя.
Постскриптум. К моему великому счастью, мне довелось быть знакомым с Валентином Саввичем Пикулем. Я приезжал к нему в Ригу на улицу Весетас в дом 8 в последний год его жизни. Тот радушный приём и беседы запомнятся мне до конца жизни. Я имел смелость подарить ему свою маленькую книгу рассказов, а в ответ получил большой том «Нечистой силы», только что вышедшей в Красноярском книжном издательстве, с дарственной надписью: «Моему коллеге Александру Анатольевичу Трапезникову. В.Пикуль. ХХ век. Riga». Хотя какой я «коллега»! Но вот отношение маститого писателя к начинающему литератору – оно дорогого стоит. А за окном в это время местная националистическая «нечистая сила» уже вовсю размалёвывала асфальт оскорбительными для Пикуля лозунгами. Он, конечно, переживал, но не обращал на дураков внимания. А делал своё великое дело.


Таинство слова

Таких чутких, пронзительных, вероисповедальных рассказов я в последнее время встречал крайне редко. Думал, никто уже так тонко и искренне, в традициях отечественной литературы, в стилистике лучших классических образцов уже и не напишет. Всё больше попадаются рассказы нервные, таящие не любовь, а злость, мстящие и обличающие человечество. А тут – сильнейшее воздействие на душу и сердце. Поверьте, слёзы подкатывали к горлу, когда я читал небольшую книгу Алексея Варламова «Таинство», изданную Сретенским монастырём, при поддержке благотворительного фонда «Вольное Дело», в серии «Современная православная проза». Благую миссию выполняет эта серия, печатая самых талантливых писателей России, вера которых выражается не только в их жизни, но и в творчестве. Причём тут публикуются как широко известные писатели, уже стяжавшие заслуженную славу, так и начинающие литераторы, которым нелегко пробиться к читателю через коммерческие издательства. Алексей Варламов принадлежит к числу первых. Первых во всех смыслах этого слова.
Родился он в 1963 году в Москве, окончил МГУ, а его романы, повести, рассказы и эссе стали печататься с 1987 года в ведущих литературных журналах России и Русского Зарубежья: «Новом мире», «Знамени», «Октябре», «Москве», «Роман-газете», «Гранях», «Новом журнале» и многих других. Он автор нескольких книг прозы и жизнеописаний серии «Жизнь замечательных людей». Лауреат премии «Антибукер» за повесть «Рождение» (она представлена в сборнике), второй премии «Большая книга» и премии Александра Солженицына с такой вот показательной формулировкой: «за тонкое исслеживание в художественной прозе силы и хрупкости человеческой души, её судьбы в современном мире; за осмысление путей русской литературы ХХ века в жанре писательских биографий». Но Бог с ними, с формулировками, важнее то, что Варламов не предлагает читателю лёгких ответов на самые сложные вопросы; он показывает, как меняется, преображается жизнь по мере того, как человек осознаёт неслучайность всего происходящего и научается различать знаки Божьей воли в своей земной судьбе. В этот сборник вошли его произведения разных лет, объединённые общей темой сокровенного бытия русского человека. Такие замечательные рассказы, как «Таинство» (о преображении священнослужителя, его нравственном поступке, если не подвиге), «Случай на узловой станции» (тоже практически о подвиге, только мирянина), «Мытарь», «Связь», «Сочельник» (о тщете и гибельности богатства, накопительства), «Печаль», «Заступница» (материнство и детство), другие. Вот и я тоже пробую сейчас приложить к этим рассказам какие-то свои краткие формулировки. А этого нельзя делать. Ведь когда автор размышляет о тайне рождения и смерти, о сомнениях и борениях человеческого сердца, о постижении человеком образа Божия в самом себе, о возможности и невозможности этому образу соответствовать, то критику-рецензенту лучше всего молчать. Нечего ни добавить ни убавить от написанного. Есть вещи, которым можно только тихо внимать. Как таинству слова в Церкви. И постскриптум тут мой традиционный совсем не нужен.


Исповедальная проза

Книга Юрия Назарова называется «Только не о кино» (издательство «Алгоритм»), и лишь после прочтения её понимаешь, почему наш знаменитый артист дал именно такой заголовок, словно отстраняясь от кинематографа. А ведь им сыграно более полутора сотен ролей в таких знаковых фильмах, как «Андрей Рублёв», «Зеркало», «Кавказский пленник», «Непрошеная любовь», «Маленькая Вера», «Горячий снег»… Были и другие картины, которые остались как бы «проходными», например, «Две судьбы», но и они принесли зрительскую любовь, несмотря на всю убогость сценария и слабую режиссуру. Просто и в этих фильмах актёр выкладывался до конца, играл так, будто жил, а жил он всегда одной жизнью со своим народом. Но книга его действительно не о кино, вернее, не только и в первую очередь совсем не о нём. Это исповедальная проза. Не надо только путать с мемуарами постаревшего артиста, с воспоминаниями. Тут бьётся живой пульс человека, не мыслящего свою собственную судьбу вне судьбы Родины. Это книга в первую очередь о людях и событиях, с которыми столкнула его жизнь. И писалась она так же всю жизнь, часто урывками, в перерывах между съёмками, на кухне или в машине, когда оставалось время излить душу в слове. А слово у Юрия Назарова звучит просто и ясно, а главное – искренно.
Родом он из Сибири. Здесь его гнездовье, где прошло военное и послевоенное детство – с заснеженными окнами и раскалённой докрасна печкой зимними вечерами, с настоящей мальчишеской дружбой и мечтами о мореходке. Кстати, мечты о морских путешествиях воплотились в замечательном фильме «Баллада о Беринге и его друзьях». Здесь же решилась раз и навсегда его судьба – только искусство, сцена. Подвигнул его на это друг, «футбольный бог» и премьер школьного драмкружка, а в будущем один из великих наших писателей Виктор Лихоносов. Вместе они поедут в Москву поступать в театральное училище. Потом будут годы метаний, стройка в Казахстане, возвращение к актёрской профессии. Много чего будет – и обо всём этом в книге, в его исповедальной прозе, написанной чистым и понятным каждому русскому человеку языком. Но что её пересказывать, всё равно, что переснимать талантливый фильм, будет только хуже. Лучше приведу мнение Саввы Ямщикова о Юрии Назарове: «Всё русское искусство – за людей!» Эти слова замечательного актёра Юрия Назарова я вынес в заголовок нашего с ним диалога в книге «Созидающие», куда вошли беседы-откровения с сорока наиболее заметными людьми России, сохранившими своё лицо в гнилостную эпоху рыночной экономики и не поспешившими присягнуть на верность сначала горбачёвскому, а потом и ельцинскому правлению. В плеяде русских артистов-классиков я особо выделяю и ценю творчество Юрия Назарова. Услышал о нём впервые на съёмках «Андрея Рублёва», где я работал консультантом… Всю последующую историю отечественного кино без Назарова представить невозможно. Нет практически ни одного магистрального советского фильма, где бы он не сыграл главную или эпизодическую роль. Причём назаровские эпизоды дорогого стоят. Юрий Назаров из гвардии Жжёнова, Гостюхина, Стриженова, Заманского, Михайлова – высоко чтящих достоинство и честь русского актёра. Любую роль он старается сыграть филигранно – не важно, положительного или отрицательного героя он изображает. Чтобы создать столько разных образов, надо иметь богатый духовный опыт, а у Назарова он, безусловно, присутствует. Я рад, что в годы «катастройки» близко сошёлся с Юрой. Он не предал годами выношенных идеалов патриотизма и подлинной любви к России. В нашей беседе из цикла «Созидающие» Назаров говорит: «Всё русское искусство, начиная со «Слова о полку Игореве» и ещё раньше, с «Поучения Владимира Мономаха» – всё оно за громаду. Вся величайшая русская культура на этом стоит… За други своя, а не за собственную задницу». Да, дорогой Юрий Владимирович, только великая вера спасёт русского человека. На ней держится твоё творчество и искусство всех, кто противостоит разнузданному швыдковскому глобализму. А он хуже любого западного, ибо там люди, подобные тебе, не загнаны в угол и не презираемы так, как презирают российские «олигархи» и заправилы грязного шоу-бизнеса истинных служителей прекрасного в России».
Постскриптум. Процитировал я эти слова Саввы Ямщикова и тут же вечером в одном из телевизионных шоу пресловутый литературный сморчок Виктор Ерофеев оскорбил Юрия Назарова, в упор «не узнав» его; потом, правда, поправился, снисходительно обронив: «артистов я люблю». Куда тебе, пигмей, с такой русской глыбой тягаться! Твоё место в буфете.


Александр ТРАПЕЗНИКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *