МОБИЛИЗАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА: С ЧЕМ ЕЁ ЕДЯТ?

№ 2001 / 22, 28.05.2015

 

Большинство граждан России, где уже более десяти лет так трудно идут рыночные реформы, всё чаще задают себе вопрос, а как обстоят дела у соседних государств, которые были составной частью бывшего Советского Союза. Жизнь показала, что за годы независимого развития странами СНГ на пути адаптации к условиям рыночного хозяйства большинству из них, как правило, приходится сталкиваться с негативными результатами. В чём причины этого и что нужно сделать для успешного экономического развития государств, возникших на постсоветском пространстве?

В XXI век Россия и другие страны СНГ вступают с разрушенной экономикой. Они остро нуждаются в программах форсированного вывода национальных хозяйств из кризиса и обеспечения устойчивого развития в дальнейшем. Причём выход из кризиса не должен быть самостоятельной целью, но служить этапом перехода на эффективную модель развития. Этот курс должен быть настроен на управляемую экономику. Это значит, что перед экономикой должны быть поставлены определённые цели и приоритеты и государство обязано через определённый механизм способствовать их достижению.

При всём различии в экономическом положении и условиях хозяйствования в странах СНГ все они имеют примерно аналогичные проблемы и аналогичные альтернативы выхода из кризиса, связанного с «взрывной» трансформацией прежнего строя, перестройкой советской (социалистической) экономики.

Все эти страны при нынешней концепции неограниченного рыночного саморегулирования в ближайшем пятилетии могут выйти лишь на уровень показателей экономического роста в советских республиках в 1990 году. Продолжать строить сложившуюся за последние годы модель развития экономики значит провоцировать серьёзные социальные потрясения в странах.

Поэтому во всех новых независимых государствах всё больше крепнут убеждения, что для их успешного развития необходимы не просто «реформы», а экономика развития, основанная на поддержке отечественного товаропроизводителя, необходима соответствующая промышленная политика государства. В большинстве стран радикальные реформаторы первой волны ушли в отставку.

Реальный путь в направлении оздоровления экономики — это реанимация и возрождение реального сектора в рамках многоукладной экономики сориентируют преимущественно на мобилизацию собственных ресурсов и возможностей, то есть развитие в рамках мобилизационной экономики, правовой формой которой является государственный капитализм.

В России и в большинстве других независимых государств будущее развитие будет определяться борьбой двух моделей развития — свободной рыночной экономики и государственного капитализма. При всей внешней противоположности этих концепций между ними нет принципиального различия, ибо они основываются на рынке и конкуренции. Однако в последнем случае эта конкуренция может при необходимости ограничиваться государством.

Стратегия рыночников-либералов состоит в разграничении сфер ответственности государства и бизнеса. Они полагают, что государство должно концентрировать свои усилия на смягчении социальных тягот переходного периода, при одновременном закрытии убыточных предприятий, приватизации рентабельных хозяйственных объектов, создании подлинной конкурентной среды через дальнейшее расчленение сложившихся народнохозяйственных комплексов.

При этом реформаторы пытаются подправить свою концепцию «разрушительного созидания». Они стремятся в новой экономической системе создать не только конкурентную среду, но и на новой основе осуществлять концентрацию и централизацию производства. Например, экономическая стратегия нынешнего руководства РАО «ЕЭС России» направлена на создание энергометаллургических компаний и топливно-энергетических комплексов (объединение электростанций и производителей топлива для них). В перспективе возможно создание углеэнергометаллургических групп.

Однако в условиях рыночного беспредела этот процесс выливается в новый передел собственности.

Сейчас губернаторы заключают с правительством соглашения о перераспределении полномочий по управлению федеральными пакетами акций, препятствуя поступлению последних в частные руки. Губернаторы добиваются бюджетной поддержки вопреки законам рыночного хозяйства, не дают ликвидировать нерентабельные производства. Они пытаются создавать межотраслевые структуры, действующие на иных, нерыночных условиях. Конкурсный порядок выделения бюджетных инвестиций заменяется директивными решениями. Реформаторы считают, что это рецидивы командно-директивной системы.

В то же время в конкретном плане предложения либералов в области промышленной политики сводятся практически к двум положениям: снизить налоговый пресс на промышленность и делать упор на развитие мелкого и среднего бизнеса.

Снижать налоги, конечно, нужно, но как быть с теми предприятиями, которые вообще не платят налоги, поскольку не могут запустить производство, задействовать свои мощности?

Что касается мелкого и среднего бизнеса , то он может по-настоящему существовать лишь в «тени» большого бизнеса, работая на него через технологические связи в рамках кооперационных цепочек. Чтобы выйти из кризиса, речь должна идти прежде всего о возрождении крупной промышленности.

Я уверен, что в рамках мобилизационной модели развития экономики, например в России, можно обеспечить ежегодный прирост ВВП в 7-12%, реальной зарплаты — 18-30%, промышленного производства — 12-15% , рост инвестиций — 10-20% (в приоритетных отраслях — 40-60%).

Мобилизационная экономика в рамках государственного капитализма — это путь максимального использования имеющихся производственных природных, технологических и интеллектуальных ресурсов для обеспечения высоких темпов экономического роста. Это соответствующая система регулирования экономической деятельности государством, которая позволяет обеспечить максимально полное использование ресурсов, их эффективное размещение. Это жёсткое определение целей (приоритетов) развития и постоянный контроль за выполнением поставленных задач.

Давно уже пора переориентировать денежно-кредитную политику на улучшение финансового положения производственной сферы. Устранить диспаритет цен, налоговую дискриминацию отечественных товаропроизводителей, защитить их интересы во внешней торговле.

Предстоит освободить предприятия от затрат на содержание социальной инфраструктуры, списать старые долги и отменить пошлины на ввоз комплектующих изделий, не производимых в стране.

Ошибочность стратегии реформаторов состоит в их отказе от признания того факта, что большинство предприятий убыточны из-за создания подавляющей производство макроэкономической среды. Из-за высоких цен на топливо и электроэнергию, приближающихся к мировым, их доля в себестоимости продукции выросла за последние годы с 8-10% до 40%. Отсюда и высокие цены на промышленные и продовольственные товары. Эту тенденцию не может побороть низкая оплата рабочей сапы.

Реформаторы не оставляют попыток поднять цены на нефть и газ до уровня мировых. Однако они не хотят видеть того факта, что если за рубежом размеры зарплаты и пенсий составляют несколько тысяч долларов, то в большинстве стран СНГ — 20 — 30 долларов. Если ещё поднять цены, и отказаться от социальной поддержки населения государством, то неизбежен экономический коллапс, поскольку некому будет покупать товары. Уже сейчас большинство населения тратит свои денежные доходы в основном на приобретение продовольственных товаров первой необходимости.

Промышленная политика в рамках мобилизационной экономики исходит, прежде всего, из того, что производственный потенциал промышленности сегодня загружен на 40%, в машиностроении — на 20, в высоких технологиях — на 5-10%. Не заняты или работают не по специальности примерно 20 миллионов человек. В этих условиях важно переосмыслить роль долгосрочных инвестиций в развитии экономики на нынешнем этапе. Ведь монетаристы традиционно связывают экономический рост исключительно с инвестициями, хотя это не всегда так. Например, в бывших странах СЭВ экономический рост начался раньше роста инвестиций. Промышленность в первую очередь нуждается не в них, а в пополнении оборотных средств, чтобы запустить производство.

Важно также уяснить, что причины инфляции находятся не в сфере роста доходов и денежного спроса, который всячески ограничивали монетаристы, а в структуре производства и отсутствии конкуренции. Наше ценообразование равняется на цены импортных товаров. Характерно, что за последнее время доходы населения снизились, а цены растут.

Государство может временно установить такой торговый режим, при котором за рубежом будут закупаться только те товары, которые в стране не производятся. Это будет способствовать более эффективному регулированию ценообразования в интересах промышленной политики.

По мнению академика Д.Львова, основной вклад в прирост ВВП вносит не труд и не капитал, а природно-ресурсная рента — 75%. Поэтому главную налоговую нагрузку должна взять на себя рента, а не промышленность.

Предстоит обратить в доход государства природную ренту, установить монополию на экспорт природных ресурсов, производство и реализацию алкоголя и табака. Например, в России рентные доходы отечественного ТЭК достигают 8 миллиардов долларов, а в госбюджет из них поступает лишь 1 миллиард долларов.

Очень важно, чтобы государство выступало в качестве не коррумпированного субъекта хозяйственной деятельности, который направлял бы свободные средства не на престижное потребление немногих, а на общегосударственные цели.

В.ГАВРИЛОВ, 
научный сотрудник Института международных экономических и политических исследований РАН

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *