Новый Белинский? Хорошо бы…

Рубрика в газете: Краеугольный камень, № 2019 / 29, 02.08.2019, автор: Александр КУРИЛОВ

С «Неистовым Виссарионом» отряд наших тружеников пера, считающих себя критиками, получил, наконец, собственную премию – свидетельство и одновременно символ литературно-общественного признания. Появление первых её лауреатов сразу же навело на мысль: а есть ли у нас литературная критика, не умерла ли она? «Дождёмся ли мы нового Белинского?» (Литературная Россия. № 22). И эта мысль возникла не случайно.

Дело в том, что «неистово» писать статьи и рецензии, что учредители премии поставили в заслугу её лауреатам, занявшим первые места, ещё не значит быть критиком. «…У нас, – писал В.Г. Белинский, – всякая статья, в которой судится (рассуждается. – А.К.) о каком-нибудь литературном предмете, называется критикой». Прошло почти двести лет, но ничего не изменилось: и сегодня литературной критикой считается всякий печатный отзыв о том или ином «литературном предмете».

С точки зрения Белинского – это не «литературная критика», а «литературные мнения» – т.е. суждения «о литературных произведениях по личным впечатлениям» (см.: «О критике и литературных мнениях „Московского наблюдателя”»). Они могут быть позитивными, «хвалительными» и негативными, «критическими», однако никакого отношения к «литературной критике», как особому виду деятельности, не имеют.

Что же такое «литературная критика»? Возможен ли «новый Белинский? Что предшествовало появлению «неистового Виссариона»? Стечение каких обстоятельств необходимо, чтобы у нас появился подобный критик?

 

У Белинского можно найти немало определений критики, её сущности и назначения. Она и «простая оценка художественного произведения», и «приложение теории к практике», и «усилие создать теорию из данных фактов». Он вменял ей в обязанности быть публицистикой («гувернёром общества»), писателеведением («раскрывать и показывать дух поэта в его творениях, проследить в них преобладающую идею, господствующую думу всей его жизни, всего его бытия…»), историей литературы («…должна определять значение поэта и для настоящего и для будущего, его историческое и его безусловно художественное значение»), теорией современной литературы («открытием нового, расширением пределов знания и даже совершенным его изменением… собирать для науки новые данные, новые материалы», быть «движущейся эстетикой») и т.д. Но при этом она должна оставаться литературным судом, «преследовать… литературные штуки всякого рода, обличать шарлатанство и бездарность». От неё, как в своё время заметил ещё А.Ф. Мерзляков, «зависит истинная оценка всех сочинений».

Литературный критик – это судья, что выносит свои «приговоры», как и положено судье, руководствуясь соответствующим кодексом, сводом законов, каковым для него является теория литературы. Либо существующая, либо своя, выстраданная, новая. В его «душе, – как отметил уже В.А. Жуковский, – существует собственный идеал совершенства, так сказать, составленный из всех красот, замеченных им в произведениях изящного, идеал, с которым он сравнивает всякое новое произведение художника, идеал возможного, служащий ему верным указателем для определения степеней превосходства». И творит литературный критик свой суд, и выносит «приговоры», прилагая свой идеал, свою теорию к практике, «теорию литературы к произведению литературному», – вторил тогда же Белинскому Валериан Майков, полностью с ним согласный в этом вопросе, одновременно не соглашаясь со многими его «приговорами».

Чтобы понять, тот или иной труженик пера, считающий себя критиком, действительно является таковым, «хотелось бы знать, – писал Белинский, – его литературное учение в приложении к разбираемым им книгам…» – т.е. его теоретико-литературные взгляды, теорию литературы, которой он следует.

Для абсолютного большинства теория литературы – это исключительно учебники Л.И. Тимофеева, В.Е. Хализева, И.Ф. Волкова и др., а также издания с соответствующими названиями, где пространно рассуждается о родах и видах литературных произведений, сюжетах и фабулах, направлениях и течениях и т.п. «литературных предметах». Однако теория литературы – это прежде всего представление о том, что такое литература, какова сущность и назначение «художественно-словесных произведений». Именно с формирования представления о художественной литературе начал свою деятельность Белинский, прилагая своё «литературное учение» к произведениям отечественной словесности, и оставался верен такому пониманию специфики литературно-критической деятельности до конца своих дней.

К «Литературным мечтаниям» он приступает, сформулировав своё понятие о сущности литературы и затем прилагает его к оценке произведений отечественных писателей XVIII – первой трети XIX века, чтобы ответить на вопрос: «Что такое наша литература?» Статью «О русской повести и повестях г. Гоголя» он предваряет рассуждением о «идеальной и реальной» поэзии и специфике повести, как рода литературы, и затем прилагает сказанное к произведениям писателя. Перед разговором о стихотворениях М.Ю. Лермонтова излагает своё представление о назначении поэта и поэзии и подчёркивает: «Всё сказанное нами о поэзии вообще легко приложить к поэзии Лермонтова», – что и делает. И т.д. Нет ни одной статьи или развёрнутой рецензии, где бы Белинский не прилагал свои теоретико-литературные воззрения, своё «литературное учение» к произведениям отечественных писателей, выявляя насколько они отвечают его представлению о литературе. В соответствии с этим он их рассматривает и оценивает, наглядно, можно даже сказать, демонстративно показывая, что такое собственно литературная критика, и что «прилагать теорию к практике», «теорию литературы к произведению литературному» и значит быть критиком, в отличие от любителей высказывать печатно свои «мнения» о литературных произведениях.

В этом принципиальное отличие «литературной критики», основанной на чётко сформулированном, принимающим на себя обязанности критика, понятии о сущности и назначении литературы, художественно-словесных произведений, от «литературных мнений» – суждений представителей литературной общественности и просто читателей о «литературных произведениях по личным впечатлениям». Несомненно, каждому дано и никто не собирается отнимать у кого-либо право иметь своё личное мнение о прочитанном, творчестве того или иного писателя в целом и выступать с этим мнением в печати. И нередко «литературные мнения» бывают интереснее и привлекательнее «литературной критики», и далеко не всех, как известно, устраивают «приговоры» судей, в том числе и литературных. Но это разные сферы, разные области литературно-общественной жизни и не следует их смешивать: у «литературной критики» и «литературных мнений» свои цели и своё назначение. (Но это тема особого разговора.)

Сказать, что сегодня у нас нет никакой литературной критики, нельзя. Она есть и опирается на краеугольный камень «литературного учения» Белинского – представления о сущности и назначении нашей литературы быть верной российской действительности, правдиво изображать картины современной и исторической жизни страны. Именно такое представление о литературе наша нынешняя критика и прилагает к «художественно-словесным произведениям», и соответствующим образом, естественно, их оценивает.

По своему характеру, по своей сути – это критика вчерашнего дня, для которой, согласно «литературного учения» Белинского, литература прежде всего, художественный аналог действительности, своего рода художественная летопись отечества, где безусловным критерием ценности произведений выступает правдивость изображённого с точки зрения симпатий и антипатий критика.

Конечно, никто не ставит под сомнение назначение литературы быть художественным аналогом действительности, правдиво изображать её. Но это, хотя очевидное и несомненно важное, однако не единственное, да и не самое главное её назначение (что тоже тема для особого разговора). Главным оно было для «реальной критики» XIX века, прямой наследницы Белинского, и советской критики, которая прилагала теорию социалистического реализма к произведениям искусства, требуя от писателей «правдивого, исторически-конкретного (т.е. «верного». – А.К.) изображения действительности», опираясь, как видим, непосредственно на упомянутый выше «краеугольный камень».

Однако само «литературное учение» Белинского изначально было предметно ограниченным. Разрабатывая его, критик исходил из того, что содержание произведений отечественной литературы должно быть связано исключительно с Россией, российской действительностью, и только. Всё, что не являлось художественным её аналогом, он выносит за пределы русской литературы. А потому в его «литературном учении» не нашлось места ни литературной сказке, ни фантастике, ни другим видам словесности, в содержании произведений которых не получала отражение современная, текущая или историческая жизнь страны. И это понятно: и «литературное учение» Белинского, и его деятельность преследовали одну цель – повернуть наших писателей лицом к российской действительности и наполнить произведения русской литературы русским содержанием, что и было достигнуто.

Сегодня перед нашими писателями, нашей литературой, теорией литературы и критикой стоят уже другие задачи и цели. А потому литературная критика, основанная на «литературном учении» Белинского, уже давно по сути не критика, а лишь высказывания по «личным впечатлениям», т.е. «литературные мнения».

Достаточно ли их для развития литературы или её будущее немыслимо без «литературной критики» и соответствующих «литературных учений», которые она во имя этого будущего должна прилагать к литературным произведениям? – вопрос открытый, как и другой: возможен ли сегодня у нас, при неуёмной «свободе» творчества, «новый Белинский»?

Критику, считал Белинский, кроме данных ему природой «тонкого поэтического (эстетического) чувства» и «глубокой приемлемости впечатлений изящного», необходимо ещё иметь определённые теоретико-литературные взгляды, своё собственное «литературное учение», на основе которого, прилагая его к «разбираемым им книгам», он даёт этим книгам (произведениям) оценки. Следовательно, чтобы стать критиком, нужно прежде всего определиться с понятием, что такое «художественная литература», её сущность и назначение – исходным для любой теории литературы и каждого «литературного учения». Это главное условие, кроме данной природой «способности к критицизму», выполнение которого необходимо берущему на себя обязанности критика. Одного желания «судить» и «оценивать» литературные произведения, излагать своё «личное мнение» о прочитанном недостаточно. Не сформулировавший для самого себя понятие о сущности художественной литературы и её назначении никогда не сможет стать критиком. А в России – не разобравшись ещё и в том, какова существующая в ней литература и какой по своему характеру, содержанию и назначению она должна быть. Деятельность Виссариона Григорьевича Белинского – наглядный тому пример.

Его появление было предопределено исторически, всем ходом литературно-художественного развития России. И происходило на фоне негативного отношения литературной общественности к состоянию отечественной литературы, на пике сетований по поводу её подражательности и отсутствия у нас собственно русской по своему характеру, содержанию и назначению литературы. Разговоры о том велись на протяжении десятилетий, с начала XIX века, особенно громко – в 20-е – начале 30-х годов. «У нас нет литературы, – говорят многие, и кто не согласится, что это правда?» – пишет в марте 1834 года Кс.А. Полевой. – И поясняет: «У нас нет литературы, потому что книги русские не выражают вполне России», а тут ещё «подражательность – …давняя губительница наших писателей…».

Требовалось отказаться от Классицизма, творчества по образцам, теоретически обосновать необходимость иной, самобытной, неподражательной литературы и самым решительным образом повести за неё борьбу.

Белинский был первым, кто от разговоров о том, что «у нас нет литературы», – перешёл к делу: литература будет! Он чувствует, что именно «движение мысли, совершающееся в критике, – о чём он позднее скажет прямо, – приготовляет новое искусство… убивая старое», возлагает на себя обязанности критика, выдвигает своё «литературное учение», уже в первой статье определяет сущность и назначение литературы, какая должна быть у нас, качественно новой по своему содержанию, за создание которой и начинает «неистово» бороться.

Следовательно, первое условие появления «нового Белинского» – недовольство существующей литературой и осознание необходимости иной, второе – представление о том, какой литературы у нас нет и какая должна быть, теоретически обоснованное и оформленное в соответствующее «литературное учение».

Движение в этом направлении уже идёт. Начало недовольства современной литературой обозначило заявление П.Басинского, напомнившего о главном тезисе «Литературных мечтаний» Белинского: «Сегодня можно сказать то же самое: „У нас нет литературы”» (Российская газета. 2015. № 1). Это недовольство усиливается ностальгией по «советской литературной Атлантиде» (Литературная Россия. 2019. № 25) и исторической неизбежностью новой у нас литературы (Литературная Россия. 2019. № 14). Заговорили и о необходимости выхода из теоретико-литературного застоя навстречу новой теории литературы и «литературных учений» (Литературная Россия. 2015. № 36; № 38). Предпосылки появления «нового Белинского», а вместе с ним и новой литературы, налицо.

Что же касается премии «Неистовый Виссарион»? Пожелаем ей доброго пути и счастливого плавания в океане словесности: авторы «литературных мнений», как и другие наши писатели, тоже нуждаются в общественном признании и поощрении. Может, это приблизит и время рождения «нового Белинского». Хорошо бы. Дай-то Бог…

26 комментариев на «“Новый Белинский? Хорошо бы…”»

  1. Странно и абсурдно сегодня даже упоминать Белинского, не говоря уж о том, чтобы ставить его в пример… Белинский был ярым противником христианства, неужели позабыта его полемика с Гоголем, которую так охотно цитировали в советские времена? Вот, что Белинский написал о «Выбранных местах» Гоголя: «нельзя умолчать, когда под покровом религии и защитою кнута проповедуют ложь и безнравственность» (проповедует Гоголь, по мнению Белинского); «неужели Вы, автор «Ревизора» и «Мёртвых душ», неужели Вы искренно, от души, пропели гимн гнусному русскому духовенству?» — ГНУСНЫМ Белинскому виделось нищее, самоотверженное русское духовенство…
    А вот Белинский об истории России из той же полемики: «столько веков потеряно в грязи и навозе»… То есть Россия, пока не восприняла «светлые европейские ценности», сидела, согласно Белинскому, «в грязи и навозе»… А высшая похвала у Белинского: «не хуже Гёте» или «не хуже Шекспира». Но такие Белинские в нашей сегодняшней критике, вроде бы, уже есть?

  2. 1. Очень содержательная статья Александра Курилова, особенно по терминологии и тезисам Белинского.
    2. Есть моя (Ю.К.) статья «Гоголь — основоположник литературоведения в России», которая опубликована здесь на сайте «ЛГ» ( № 13, 2019, 05.04.2019). Были приведены критерии творческой оценки (содержательности) поэтических (литературных) произведений на основе статьи Н.В.Гоголя «В чём же, наконец, существо русской поэзии и в чём её особенность?» (1844).
    3. Но нам нужен Новый Селезнёв! Литературовед народного традиционного мировоззрения, автор книги «Златая цепь», исследований русской поэзии, творчества Достоевского и тенденций в литературе — Юрий Иванович Селезнёв (1939-1984), ушедший в 45 лет — в расцвете творчества.
    4. Предлагал и повторяю: Надо учредить Всероссийскую литературную премию имени Ю.И.Селезнёва с 2020 года. . Финансирование может взять на себя Министерство культуры РФ и администрация Краснодарского края — Родины Селезнёва. А где позиция Союза писателей РФ?

  3. Как может Ю.Кириенко называть статью А.Курилова «хорошей» и тут же ссылаться на свою статью «Гоголь — основоположник литературоведения в России»? Гоголь и Белинский примерно так же совместимы как царизм и большевики. Объявлять Белинского критиком, достойным подражания, примерно так же «своевременно», как, например, обратиться с вопросом к молодым политикам: «Парни, а есть ли среди вас сегодня настоящий Троцкий?»

  4. 1. Я назвал статью А.Курилова содержательной, а не «хорошей» и не обозначил полного согласия с ней. Не надо передёргивать. Вы чувствуете разницу? Тем более затем сослался на Гоголя, который с духовно-русско-славянской (православной) позиции «разгромил» западника Белинского в «Выбранных местах из…» именно статьёй «В чём же, наконец. существо русской поэзии и в чём её особенность?»
    2. Любая критика (статья конкретная, литисследование и т.п.) , содержит (базируется) на «механических» (технических) критериях, которые обозначил Белинский как общий подход и были известны разрозненно до Белинского.
    3. «Достойным подражания» (по вашему термину)является Ю.И.Селезнёв, которого практически замалчивают, может секретари Союза писателей России сообщат, как они пропагандируют системно русского национального литературоведа?.
    Я сослался на Литературоведческий Завет «Златую цепь…» Селезнёва. Хотел сразу назвать также М.П.Лобанова, но не стал в одном комм. добавлять (чтобы не начали противопоставлять всякие смотрящие по сайту)

  5. Меня больше интересует, как можно назвать Басинского критиком? Он не критик, он соглашатель, только имитирующий полемику.

  6. Меня интересует, кто (какие меценаты-спонсоры и ведомства) будут финансировать премию Белинского для протежирования литкритиков «своего» западенско- антигоголевского направления.
    Которые будут пиарить модернистские «произведения» новых образованцев на «передовой» лексической основе для сексуального и бизнес-просвещения молодёжи и прочей «народной массы».

  7. Просто Белинский, вне литературы, это как во поле березка. Некому березку заломати. Критика только добавка к литературе. А литературы нет. Вон Прилепин сам себе Белинский. И напишет, и похвалит, и опять напишет. Он сам себе критика.
    Чего-то Зощенко вспоминается. Хочет человек жить при капитализме, ан живет при советской власти, хочет человек собственных холуев иметь, ан он сам холуй.

  8. 1. Зачем искать какого-то Нового Белинского? Он уже здесь — Александр Курилов. Во всяком случае критикессы ему в подмётки не годятся. Я не шучу.
    2. Осталось только А.Курилову найти подходящего автора и его литпубликацию. Это, если удастся-повезёт. Затем — распиарить, потому что «разнести вдребезги» нельзя, премию не дадут.

  9. Я тоже не понимаю, зачем сегодня нужен Белинский. Кому он может (и что?) своей критикой доказать? Доказать ЧТО-ТО сегодня можно только одним-единственным способом — ДЕНЬГАМИ. И вы все это распрекрасно понимаете.

  10. В нынешних условиях коммерциализации литературного цеха, когда всё решают деньги и подлость — от оценки творческого потенциала автора до выхода в свет его книги — невозможно появление нового Белинского, учёного, создавшего школу, институт русской литературной критики, для которого авторитетом был подлинный талант литератора, который хотелось продвигать, чтобы о нём знал читатель.
    В СССР была группа замечательных критиков. Сегодня критиков в России нет и в ближайшие годы вряд ли они появятся. Их появлению не способствуют ни литературны сообщества, ни союзы писателей, ни литературный институт, ни министерство культуры, нет инициативы ни сверху, ни снизу. Это даже не застой, это погибель, что характерно для путинского способа управления сферой культуры, которая ему не нужна, которая мешает ему «императорствовать» под визги прилепиных и прочих литературных проходимцев.

  11. 1. Премия им. В.Белинского. Доктор филолог. наук работавший в ИМЛИ Александр Курилов поддержал учреждение премии им. В.Белинского. Но промолчал о премии имени Ю.И.Селезнёва, с которым, вероятно, был знаком и заслуги которого значительней для современной литературы.
    2. А где Постоянная Ежегодная премия имени И.А.Бунина? Ежегодно, примерно в апреле Объявлялась номинация и приём материалов до 15 июля текущего года Премии. Напоминаю объявление 2018 года.
    «18 апреля 2018 г. под председательством профессора И.М.Ильинского состоялось заседание Попечительского совета Бунинской премии, на котором были рассмотрены вопросы конкурса на соискание Бунинской премии 2018 года.
    Попечительский совет принял следующее решение:
    В 2018 году конкурс на соискание Бунинские премии не объявлять.
    Объявить о проведении конкурса на соискание Бунинской премии 2019 г. в жанрах художественной прозы или поэзии.
    Бунинская премия учреждена в 2004 году для поддержания лучших традиций русской словесности в современной литературе. Ее освящает имя Ивана Алексеевича Бунина — великого русского писателя и поэта, академика, лауреата Нобелевской премии.
    Учредителями премии выступили Московский гуманитарный университет, Общество любителей российской словесности, Национальный союз негосударственных вузов, Национальный институт бизнеса, Институт современного искусства».
    Вопрос: Не решили с номинацией (в 2017 г. была — поэзия)? Бунин с его чистотой русского языка стал неактуален? Нет Средств на премию? Попросите в Министерстве культуры из статьи расходов на многосериалы.
    3. Премия имени Н.М.Рубцова. В 1997 году была учреждена ежегодная Всероссийская премия «Звезда полей» имени Н.М.Рубцова. Потом решили проводить раз в два года. Последний лауреат объявлен в 2011 году (других сведений не нашёл). Дважды лауреатами становились не литераторы: композитор А.Морозов и кинопродюсер «Поэт Николай Рубцов» — М.Барышева.
    Учредители премии Рубцова: Союз писателей России и Вологодская администрация. Уже 8 лет — тишина от учредителей. Размер премии лауреата тогда в 1997 г. составил 20,0 тыс. руб. и без изменений на сегодня. Комментарии любые — отсутствуют.

  12. Что за глухота? прилепины не могут быть проходимцами, даже слова противятся такому пониманию вещей. Совсем наоборот. От них не отвяжешься.

  13. Они не пройдут, да.
    Но пасаран.
    Но они прилепятся к тем, кто пройдет, — и таки проникнут!
    Как ракушки к днищу корабля…

  14. По темам обсуждаемым и предложениям, по экспертам, критикам, наблюдателям и др. ещё 200 лет назад великий Крылов сказал:
    «А Васька слушает да ест»
    «Вы, как,ребята, не садитесь, а в музыканты не годитесь».
    «Лебедь рвётся в облака, рак пятится назад. А щука тянет в воду»

  15. Еще хорошо бы правильно цитировать из басен. Без ненужных ошибок школьного материала. Во-первых, неуважение к автору. Во-вторых, все утверждение теряет смысл, становится неубедительным от коверканья цитаты.

  16. Анониму. 1.Ну, ладно, продолжайте мелочиться. Белинский вас не устраивает. Всю Одессу устраивает, а вас нет.
    2. Тогда, давайте по Ю.И.Селезнёву или М.П.Лобанову. Бегите в википедию — за Ликбезом!

  17. С чего вы кляузничаете, что Белинский меня не устраивает? Я этого не писал. Имел в виду вас — пятиклассника, мол, рано вам Белинского знать, если Крыло коверкаете. Про Одессу не понял. Я не одессит. Википедию надежным источником не считаю. О Селезневе и Лобанове мне с вами говорить неинтересно .

  18. Парткличке «Аноним» на ком. 3 21.
    1. Вы же написали с подоплёкой «На кой Белинский», если вы ещё в программе 5-го класса.
    2. По Одессе. Вы не знаете классику анекдотов. Пройдите Ликбез у своих наставников.
    3. Ну что выяснили, что Б. это пройденный критик. Актуальны Ю.И.Селезнёв и М.П.Лобанов.
    4. «Учитесь студент!» — кто это сказал? — проверка вас на интеллект.

  19. Для # 22. Написал именно так. Чтобы дойти до Белинского, нужно научиться прежде читать, грамотно писать, выучить некоторые произведения, например, басни Крылова, и не ошибаться ни на письме, ни в цитатах. Классика анекдотов меня не интересует ни в чьем изложении; ликбез пройти не у кого и желания нет. Здесь вы определенно впереди планеты всей. Не думаю, что у вас есть данные проверять меня на интеллект. Похоже, вы забыли правило запятой перед обращением в своем22. последнем назидании.

  20. Парткличке «Аноним». 1. По -первых, вы — НИКТО и НИГДЕ! Поэтому вы — Бездарность, которая «косит» под кандидата в Гуру.
    2. Ликбез вы проходите здесь, в том числе от меня. Перспективы у вас нет, т.к. Заявили «ликбез пройти желания нет». Неучем так и останетесь.
    3. Следить за каждой запятой — не «царское дело».
    4. Повторяю для вас: «Учитесь студент!» — кто это сказал? — проверка вас на интеллект.

  21. Для #25 (царя Гороха). Читать научИтесь. У меня нет желания проходить ликбез в одесских анекдотах, если вы не поняли. Тем более, в моих глазах смешная и жалкая ходячая потребность в ликбезе — это вы сами. От вас я ничего не прохожу. Разве только учусь, как не надо писАть и думать. «Неуча» и «никто и нигде», «бездарность» возвращаю вам — по истинному назначению. С улыбкой. Аноним.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *