«Я пишу о странствиях…»

Писатель Саша Кругосветов – человек с Одиссеей в крови

Рубрика в газете: Пора домой, № 2019 / 20, 31.05.2019, автор: Саша КРУГОСВЕТОВ

Наш автор, лауреат еженедельника «Литературная Россия» за 2016 год, Саша Кругосветов недавно стал лауреатом едва ли не самой авторитетной отечественной премии в области фантастики «Золотой Роскон» в номинации «Роман». Это уже далеко не первая награда писателя за произведения в данном жанре. В его активе есть ещё несколько премий фестивалей фантастики «Роскон», «Аэлита», «Созвездие Аю-Даг», «Поехали!». Как писатель-реалист и публицист, Кругосветов также удостоен многих престижных наград, среди которых Московская литературная премия за 2014 год, Международная медаль имени Адама Мицкевича (Москва – Варшава, 2015), Орден Кирилла и Мефодия за вклад в развитие русской литературы (2018), Гран-при международного конкурса Франца Кафки (2018).


Подобное количество наград может удивлять, но оно вполне сопоставимо с качеством и объёмом творчества писателя. Саша Кругосветов – автор двадцати пяти книг, две из них переведены и изданы на английском языке; имеет более сотни публикаций в газетах «Литературная Россия», «Литературная газета», «Независимая газета», «Московский комсомолец», в журналах «Российский колокол», «Нева», «Аврора», «Уральский следопыт» и др. Произведения Кругосветова вызывают широкий отклик среди литературных критиков, интервью с ним выходят не только в печатных СМИ, но и на радио и телевидении. Одновременно писатель ведёт большую общественно-просветительскую деятельность. Это организация зарубежных поездок на литературные конференции и ярмарки, участие в создании научно-популярных и просветительских фильмов, организация и проведение встреч с читателями-школьниками.
У нашего издания также сложились плодотворные творческие отношения с автором. В 2019 году издательство «Литературная Россия» выпустило книгу рассказов Кругосветова «Уже или ещё?» и номинировала её на литературную премию Правительства Российской Федерации.
А вот что пишет о Саше Кругосветове доктор исторических наук, писатель, литературный критик и издатель Дмитрий Володихин:

Саша Кругосветов – редкое явление в литературе наших дней. И дело не только в том, что он вошёл в воды литературного творчества в изрядном возрасте, да и не в том лишь, что как писатель он имеет возможность использовать богатейший личный опыт – учёного, инженера, бизнесмена, путешественника. Уникально, прежде всего, его стремление выразить себя в самом широком диапазоне литературных форматов: детские книжки, фантастика, проза в стиле мэйнстрима, публицистика, миниатюры. Саша Кругосветов – словно Одиссей, пустившийся в бесконечное плавание по океану художественной словесности, желая раздвинуть пределы «разведанной Ойкумены», добраться до самых дальних островов и берегов, проявить свои способности на экваторе, в умеренных широтах и в литературных странствиях у обоих полюсов. Это бесконечное стремление вперёд – дальше, дальше, дальше! – можно назвать отважным и… органичным. Совершенно правильно, когда сильная личность испытывает тягу к экспансии.


1.

– До начала писательской карьеры ваша судьба выписывала лихие виражи. Вы работали в системе Академии наук, когда на страну обрушились 90-е. Вы переключились с научных занятий на бизнес. Принесло ли это вам внутреннее удовлетворение?

– Более пятнадцати лет я работал в оборонке, занимался ракетами, стоял, можно сказать, у истоков отечественной микроэлектроники и вычислительной техники, потом перешёл в объединение Академии наук. В начале девяностых финансирование многих научных направлений было закрыто, и мне, подобно большинству старателей и тружеников науки, пришлось думать, как жить дальше. Вернее, выживать. То, что нарушает привычный, устоявшийся порядок жизни, равномерное течение времени, поначалу кажется нам случайностью, роковым стечением обстоятельств. В переломные моменты истории все мы уподобляемся Эдипам и часто оказываемся не просто перед новыми вызовами, но и перед сложным нравственным выбором.
Я оказался в бизнесе, и вскоре судьба вынесла меня в верхние эшелоны одной из крупнейших олигархических структур. Поначалу это было довольно интересно и даже забавно. Мне представлялось, что я вполне подготовлен к новым для себя занятиям – к бизнесу ведь можно подойти, как к обычному системотехническому проекту. Разложить проект на составляющие, выделить важные и второстепенные компоненты, определить целевую функцию, подобрать подходящих исполнителей, разработать спектр их обязанностей и полномочий и пожалуйста – можно стартовать. Базовые знания, конечно, нужны. Но это уже не теория сложности, не теория дискретных систем, не электротехника. Теперь надо знать законодательство в области предпринимательской деятельности, основы бухгалтерии, типовые формы договоров, основы налогообложения, разбираться в приёмах финансирования проектов… Оказалось, что освоить это нетрудно. Если мы занимались строительством, надо было разобраться в современных материалах и методах строительства. Если торговлей автомобилями – в автосервисе и особенностях различных марок. Моё базовое инженерное образование вполне позволяло быстро достигнуть необходимого уровня компетенций. Поначалу такой подход неплохо срабатывал. Business – это ведь просто «дело»! Построить дом, автосервис, шоурум, заправку, оформить документы на землю… Мне это понравилось – браться за новые для себя проекты и добиваться их осуществления.
Казалось, что такая работа вполне в моём характере. Здесь, конечно, появился принципиально новый для нас всех компонент, о котором мы в советские времена думали только в момент получения зарплаты, – деньги, финансы. Скорее всего, вы мне не поверите, но деньги для нас, бывших советских инженеров, в то время были в первую очередь ещё одним параметром, ещё одним средством, ещё одной целевой функцией. Деньги, конечно, давали незнакомые нам степени свободы – возможность создать современный офис, купить оргтехнику, связь, транспорт, выехать за рубеж, привлечь иностранных партнёров, участвовать в престижных выставках, проектах, встречаться с представителями высших эшелонов власти, правоохранительных органов, финансовых институтов. Но сами по себе деньги оставались только лишь красивыми бумажками. В тот период нас интересовали просто проекты, новые возможности, которые мы, как управляющие, получали при их продвижении. Неизвестное ранее, пьянящее чувство свободы. Впервые надо мной не было (или почти не было) вышестоящего начальника. Я мог сам принимать решения, брать на себя риски, извлекать пользу при успешном осуществлении проекта и, наоборот, брать ответственность и соответствующие убытки в случае промаха.


Это был для меня начальный, розовый период предпринимательства. Довольно быстро пришло осознание и понимание. Того, что в бизнес-структурах в то время все дела решались делёжкой налички под столом. Что неучтёнку следует носить своему куратору в обход кассы фирмы. Что учредители боролись друг с другом не на жизнь, а на смерть, и многим пришлось прежде времени уйти в мир иной. Что жизнь и работа бизнесмена плотно перевязана с жизнью криминальных и властных структур. Что бизнес вписан в орбиту борьбы партий, непрозрачных политтехнологий и так далее, и тому подобное – не буду перечислять всех прелестей бизнеса «свободных» девяностых. Всё это не укладывалось в моё представление о нормах деловой деятельности и о собственной жизни и судьбе.
В конце девяностых я твёрдо решил выйти из игры. Выполнить все взятые обязательства, завершить проекты, сдать учредителям документацию и финансовые отчёты и уйти без собственности и без золотого парашюта. Чтобы никто не смог предъявить мне официальных или неофициальных – по понятиям – претензий. И у меня это получилось. Не сразу, конечно, но через пять-шесть лет, в начале двухтысячных, мне удалось полностью покинуть орбиты бывших партнёров.
Как я оцениваю эти годы? Было очень опасно, но очень интересно. Думаю, что я вовремя принял важное для себя решение уйти из большого бизнеса, и мне повезло в том, что удалось это сделать без решающих жизненных и нравственных потерь. В моей книге «Сто лет в России» (Премия первой степени имени В. Гиляровского в номинации «публицистика» и ряд других премий) довольно подробно описан этот промежуток моей жизни. Можно найти материал и в другой моей книге «А рыпаться всё равно надо».

2.

– Не испытывали ли вы впоследствии желания вернуться в науку, в инженерное дело, не мучила ли вас боль от расставания с прежними вашими занятиями?

– Конечно, это было вынужденное решение – уйти из науки, из очень интересных инженерных проектов. На тот момент – а мне уже было пятьдесят – наука и проектная деятельность были делом всей моей жизни – оживить металл в соответствии с дебютной идеей, а ещё были статьи, диссертации, авторские свидетельства, более ста научных трудов. Жена плакала, когда я выносил на помойку личную научную библиотеку, тогда я отвёз всё это и сложил на пороге магазина технической книги.
Решение было принято, надо было двигаться вперёд, времени для вздохов и сожалений не оставалось. Но во сне я приходил в свой родной «Гранит», просил принять меня простым инженером. На любую, пусть самую маленькую зарплату. Значит, воспоминания о прежней работе еще занимали существенное место в памяти. Но я понимал, что пути назад для меня уже нет.
Теперь-то я могу позволить себе не торопясь подумать об этом. Многое из того, что раньше знал как «Отче наш», стерлось из памяти. Однажды мне захотелось самому, без справочника, просчитать высоту орбиты геостационарного спутника. Оказалось, что я забыл формулу центробежной силы. Пришлось повозиться, и мне удалось всё же вывести эту формулу, вычислить высоту возможного космического лифта – задачка для 8-9 класса средней школы. Не думаю, что мне по силам было бы вернуться в науку – и сейчас, и в начале двухтысячных. В инженерную практику – тем более, вычислительная техника ушла немыслимо далеко вперёд. Верно говорят о реке, в которую не войти дважды – река совсем другая, да и сам я уже не тот. Мои размышления на эту тему можно найти в разделах «Железный человек» и «Всё рушится» важной для меня, по существу – исповедальной книги «Пора домой».

3.

– Очень многие ваши тексты связаны с Крымом, с его историей, культурой, природой. Чем вас прежде всего «приворожил» Крым, чем он был для вас в юные годы и чем стал сейчас?

– В советское время мне довелось объехать много прекрасных мест России, Украины, Прибалтики, Кавказа и Средней Азии. Особенно любил бывать в Крыму. И в горах, и в субтропическом рае Южнобережья, и на горном массиве Карадага, и на скалах Тарханкута. В городе русской славы Севастополе, в греческих пещерных городах, в татарском Бахчисарае, в Генуэзской крепости.
Однажды мы с женой оказались в Крыму летом 1980 года во время Московской олимпиады. Отдыхающих почти не было. Вы удивитесь, но мы путешествовали вплавь. Клали вещи на надувной матрас и плыли вдоль берега весь день. Из пункта А в пункт Б. Спасатели вещали: «Граждане, вернитесь в зону купания!» «Да мы возвращаемся, возвращаемся!» К вечеру достигали намеченного посёлка, выходили на берег, снимали угол, а наутро отправлялись дальше.
Крым потрясает разнообразием климатических зон, концентрацией памятников природы и исторических памятников различных народов, – греков, итальянцев, татар, болгар, караимов, киевских россов, половцев, печенегов, хазар – прошедших когда-то через Крым, и оставивших там следы своих неповторимых культур, не говоря уже о славных страницах истории русского Крыма. Об этом крае можно рассказывать бесконечно. О Форосе, о Херсонесе, о Кастрополе, о Воронцовском дворце, о Коктебеле, о Горе Волошина, о Ласточкином гнезде, о пещерах в горах, об Алупкинской яйле, о Мангуп-Кале, о Серю-Кая, о Голицынской тропе, о гроте Шаляпина, о Царском пляже, о мысе Хамелеон, о знаменитом Карадагском драконе… И для каждого памятного места Крыма, для каждого события народ припас в подарок и назидание неосведомленному гостю этой земли свою незабываемую волшебную легенду. Я объехал много красивейших мест Средиземноморья, но ничего из увиденного не могу поставить рядом с Крымом. У меня выпущена книга «Светящиеся ворота» – о том, каким я увидел и навсегда полюбил Крым в свои двадцать пять. Крым по-прежнему у меня в сердце. Но, к моему глубокому сожалению, он слишком много потерял за годы перестройки. Когда-нибудь с улиц горделивой Ялты слетит, наверное, налёт провинциальной суеты и убогой малороссийской местечковости, но доведётся ли мне увидеть её возвращение?

4.

– Через множество ваших художественных произведений лейтмотивом проходит путешествие. Ваш постоянный герой, капитан Александр, – героический путешественник и, как сейчас любит говорить молодёжь, «приключенец». У вас в текстах разных времён очень много зарисовок Северного Причерноморья, разных его мест, притом всё это зарисовки, явно сделанные «с натуры». Есть Париж, Кавказ… Очевидно, что само состояние путешествия для вас имеет какой-то особенный смысл, чуть ли не сакральный. Почему оно столь важно для вас?

– Люблю путешествовать, за всю мою жизнь накопилось немало различных впечатлений. Как результат появился герой детских книг – русский путешественник капитан Александр, который в конце XIX века совершил несколько кругосветных путешествий на своём корабле «Быстрые паруса». Положительный герой. Похожий на знаменитых русских капитанов, открывавших Антарктиду, осваивавших русскую Америку, на четырёх адмиралов, похороненных в Севастополе, на героев Джека Лондона, на самого Джека Лондона и на Германа Мелвилла, немного на капитана Немо. Вот такого героя мне и хотелось дать детям.
Тема путешествий продолжается и в моих взрослых книгах, это вы верно заметили. Но для меня это не только живые впечатления, зарисовки с натуры. Путешествие, как таковое, представляется мне важным жизненным процессом взросления и нравственного роста человека.


Странствия – это ведь не только тема отдельных писателей, пишущих о путешествиях. Похоже, это у нас всех в крови. Со времен Рюриковичей, а может, и задолго до них. Архетипы, доставшиеся от дальних предков, пришедшие в нашу жизнь из глубины веков. Всю известную нам историю человечество передаёт из уст в уста несколько своих самых главных сказок. Одна из них – о проклятом корабле, кружащем между скал в поисках пути домой, – «на Родину, на Родину, в Итаку!».
Я пишу о странствиях – значит, об Одиссеях и об Одиссее. Упомянутый выше Кара-Даг тоже, кстати, связан с легендой о царе Итаки – именно здесь по преданию он спускался в Аид, чтобы поговорить с прорицателем Тиресием и узнать, в его ли силах попасть домой и как это можно сделать. Путешествия в поисках новых стран и новых истин – главная тема огромного количества книг и фильмов.
Любой рассказ о путешествиях устроен так, что он неизменно завершается возвращением к родному очагу. Библейский аналог этой темы – притча о блудном сыне. История обретения отцом утраченного сына, а сыном – утраченного дома.
Довольно часто я обращаюсь и к теме жены Одиссеи, Пенелопы, любящей женщины, отправляющей неистового мужа в дальнее плавание. К той, что точно знает – это её мужчина, её суженый, её муж. Которому она поклялась в верности и любви, которому подарила сына или дочь. Она уверена, что только в её объятиях он взлетает до небес, только рядом с ней он будет чувствовать себя мудрецом, воином, настоящим царем Итаки. Дело мужчины путешествовать, разведать и максимально расширить пределы Ойкумены, попробовать вырваться за рамки того, что считается нормой, проверить на прочность этот мир, а заодно – проверить на прочность самого себя. Его удел – мучиться, страдать, искать свой путь. И, в конце концов… вернуться всё-таки домой. Вернуться к своей Пенелопе.
Вся наша жизнь – это путешествие. И не только по разным странам. Это попытки выйти за пределы обычаев своего народа, за пределы привычного круга общения. Попытки преодолеть огромность и неуступчивость этого мира. И потом, после тридцати-сорока-пятидесяти лет плавания, мы понимаем, что пора возвращаться домой, к традиционным ценностям. Но останется ещё вопрос, насколько мы окажемся готовыми к такому возвращению?


Темой судьбы странствующего героя, неизбежности его возвращения проникнуты многие мои книги: «Архипелаг Блуждающих огней», повесть «Очнись, Руслан», рассказ «Третья встреча» (двухтомник «Цветных рассказов»), повесть «Сжечь мосты», новый роман «Вечный эскорт», который, я надеюсь, в этом году найдёт своего издателя. Безусловно, это доминантная тема фантастической книги «Прогулки по Луне», главный герой которой русский учёный Юра Ветров резко меняет свою жизнь и оказывается на Луне – чем не отважный и неукротимый Одиссей?
Вся история человечества с момента изгнания из Эдема, – это история странствий блудных сынов отца небесного. Не наступила ли пора возвращаться? Книга «Пора домой» завершается такими словами лирического героя, обращенными к его жене:

«Пора возвращаться. Мы все так уже набедокурили, наделали столько глупостей. Пора взрослеть. Пойдём в Эдем, дорогая. Вначале вдвоём. Потом к нам присоединится сын. Потом друзья. Потом друзья сына. Заразительны не только плохие дела. Но и хорошие. За нами пойдут многие. Их будет всё больше и больше. Отец Небесный дал знак. Пора возвращаться домой. Он ждёт нас. Мы созрели вернуться в отчий дом. Мы с тобой точно созрели. И остальные тоже. Только они пока этого не знают. Посмотрят на нас и поймут, что надо вернуться.
В отчий дом. Где мы будем как боги. Где будем знать существо и имя каждой вещи и каждого животного. Где мы будем творить мир, где есть ясный разум и живое чувство. Пора домой».

Беседу вел Дмитрий ВОЛОДИХИН,
доктор исторических наук, писатель,
литературный критик, издатель

«Уже или ещё?» –
новая книга Саши Кругосветова

В книгу вошли рассказы и лирические зарисовки, ранее публиковавшиеся в еженедельнике «Литературная Россия», а также произведения, не вписавшиеся в объём газетных полос, но оценённые в литературно-критических статьях на страницах издания.

11 комментариев на «“«Я пишу о странствиях…»”»

  1. Может, к гематологу обратиться? Переливание сделать. А то нехорошо, когда что-то в крови. А Д. Володихину к какому другому врачу.

  2. Чего-то, кажется, ошибка. Не за вклад в развитие литературы, а за развитие вклада. Так как-то логичнее.

  3. Это творчество рационального человека. Поэтому неудивительны темы произведений — путешествия, фантастика, описание стран и городов, планет и тп. Понимание жизни как путешествия, но не Пути. Как осмотра мира и мироздания, но не как поиска собственной души и сердца. Путешествие это внешнее состояние, Путь — внутреннее.

  4. Об «объеме творчества» сам автор нам и поведал, а вот с «качеством» — неувязочка вышла — не раз тексты, помещенные в ЛР, вызывали мягко говоря недоумение. Вот и сейчас, в интервью, внимательный читатель найдет массу нелепостей и неточностей — и зачем так явно пиарить и рекламировать банальщину?

  5. 1. Лично я с интересом прочитал статью о Саше Кругосветове (уверен, что это лит. псевдоним). До сегодня, 05.06.2019, ждал, какие же будут комментарии. Оказалось, всего четыре и все примитив.
    2. С.Кругосветов пишет, цитирую: «В начале девяностых финансирование многих научных направлений было закрыто, и мне, подобно большинству старателей и тружеников науки, пришлось думать, как жить дальше. Вернее, выживать…» В эту ситуацию были брошены сотни тысяч технических специалистов и научных Разработчиков Новой техники (из сотен НИИ, констр. бюро и заводов).
    3. Очень грамотно провёл беседу с интересной Личностью доктор исторических наук, писатель,
    литературный критик, издатель Дмитрий ВОЛОДИХИН, Повезло ставшему поневоле писателю С.К. Поплачусь немного. Скольким редакторам посылал я лит.статьи, подборки поэзии, предложения об издании «нехилой» прозы (повести, творческой биографии Н.М.Р, лит.публицистики, рассказов). Но, издательская литтусовка («либералов» и «патриотов») зациклена на свой круг авторов и «свою» тематику. Констатирую.
    4.Судьба и биография С.Кругосветова и моя практически идентичны. Это и путешествия по Крыму в советское и либеральное время, спорт, поэзия, авторская песня. Изобретения, научные статьи, диссертация, работа в разных НИИ и КБ (в том числе закрытых), кратковременная работа в бизнесе и своевременный уход в сторону из-за навязываемого криминала, поиск любых заработков, постоянное самообразование и приход в литературу (публикации без финансирования) сначала для самовыражения, а затем для Поиска Истины и дискуссий с лит. и полит. карьеристами, и скрытыми русофобами. Всего не расскажешь.
    5. «Рафинированным» не понять условий выживания «технарей» и суметь не продаться — остаться человеком.

  6. Действительно, Саша Кругосветов -псевдоним. Имя писателя — Лев Яковлевич Лапкин, член Союза писателей-переводчиков и Интернационального Союза писателей.

  7. Всё познаётся в сравнении. Рядом с Фёдором Конюховым, например, здешние биографии, зачем-то обнародованные, поездки в Крым, и прочее комментаторское хвастовство — тот же примитив и детский лепет.

  8. А писатели-переводчики это что за жанр? Из классики, что ли, градация: изрядно пишет, переводит?
    Они бы еще создали союз писателей умеренных и аккуратных.

  9. Галине. 1. Вас бы оставить сейчас и в любой период жизни без любой зарплаты и посмотрим, как вы запоёте. «Примитивом» или «детским лепетом».
    2. Вы случайно не в ИМЛИ работаете и попутно начинающим Смотрящим на сайте?

  10. Право, есть пупы земли,
    Что работают в ИМЛИ.
    И довольны до соплей
    Члены этошних имлей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *