Лично меня глубоко возмущает, что правительство Москвы, тратящее миллионы на травмоопасную плитку и мраморные подставки под деревья, решило увеличить бюджет за счёт помещения «Литературной России».
Да, я писатель! И я выражаю чрезвычайную обеспокоенность судьбой еженедельника «Литературная Россия»!
Читателей «Литроссии» я встречал в самых отдалённых глубинках нашей страны. «Литроссию» читают. «Литроссию» почитают. За своё самобытное, ни с чем не сравнимое, лицо в массовом потоке печатных изданий. Достоинств у неё много, но я постараюсь ответить кратко. Почему мы читаем и за что любим «Литроссию»?
С возмущением узнали о действиях департамента городского имущества города Москвы.
«Литроссия» – живое, страстное, и хорошо что часто пристрастное издание. Часто возмущенно не соглашаюсь со статьями в «ЛР». Но! Её всегда интересно читать.
Скорее всего, Департамент имущества г. Москвы перепутал адрес и адресата.
Узнав о выселении «Литературной России» из здания по адресу Цветной бульвар, 32, стр.3, томские писатели незамедлительно провели собрание, где единодушно высказались о недопустимости этого.
Люди протестуют против вероломства московских властей
В начале прошлой недели нашу редакцию замучили звонками: народ волновался, состоится всё-таки вечер газеты в Московском Доме национальностей или нет и, если да, то кого на него будут пропускать: только тех, кого московское начальство оставило в цензурных списках, или всех желающих.
Когда газета ещё называлась «ЛиЖи», в неё, как нам признавался Владимир Солоухин в последний год своей жизни (он в 1996 году праздновал с нами Новый год), все носили материалы второстепенные, а острые носили в другие издания, например, в «Литгазету». Теперь же настало такое время, когда мы, наоборот, в «Литературную Россию» носим самые острые материалы: нигде уже не примут, а в «ЛР» возьмут. И сам Солоухин, вы знаете, в последнее время писал очень острые и сильные статьи для «Литературной России».
«Роман-газета», естественно, поддерживает «Литературную Россию» в её абсолютно справедливой борьбе, потому что мы считаем эту газету своим родственным изданием. Но я хотел бы сказать немножко о другом. Владимир Ерёменко правильно сказал, что к 90-м годам «Литературная Россия» вышла на некие оппозиционные рубежи. Но это не просто оппозиционные рубежи, а, я бы сказал, очень осмысленное противостояние. И сейчас в том, что делает своими публикациями «Литературная Россия», мы тоже видим именно осмысленное противостояние. То есть это не следование какой-то либеральной доктрине, в том плане, как это делает «Новая газета», «Эхо Москвы» или телеканал «Дождь», а это именно оппозиция, которая стоит на государственных основах, и именно поэтому она как раз по максимуму неприемлема для тех, кто принимает решения...
